Замужество в подарок, или Дебют попаданки - Джулия Поздно

Дядюшка сонным взглядом окинул помещение. Сначала посмотрел на булку в моей руке, потом перевел взгляд на стакан с молоком и, сонно потянувшись, выказал недовольствие своей супруге:

— И ради этого ты подняла меня в такую рань?

Я тоже была удивлена, что тетушка в такое время на ногах, но виду не подала, что меня это как-то очень тревожило.

Я отламывала ароматную сдобу с корицей и запивала теплым молоком, прикрывая от удовольствия глаза. Есть, как оказалось, мне очень хотелось, зря я пренебрегла вчерашним ужином и тем самым дала возможность родственникам бесчинствовать в своей комнате, пока я крепко спала.

— Доброе утро, — проговорила я ровным голосом, обратившись к дяде, полностью игнорируя присутствие его жены. — Я бы хотела с вами поговорить, после того как вы позавтракаете.

Дядя напряженно вслушивался в мои слова и затем нехотя согласился уделить мне несколько минут, так как сегодняшний день был у него расписан по часам.

— Бесстыжая, — заламывала артистично руки тетушка, — и ведь хватает совести еще отнимать у нас время, которого и так в обрез. Столько дел, столько дел!

На самом деле я не особо рассчитывала на расположение дяди и на то, что он войдет в мое положение, но известить его о проделках жены и дочери считала себя обязанной, так как совершенно не хотелось потом выплачивать в двойном размере за испорченный наряд. Знаю я скупую натуру главы семейства Даньелзов — с них станется взыскать убытки с моего будущего мужа. Если я, конечно, попаду на бал...

Дядя любезно предложил обсудить ситуацию вне дома. Я сняла платье с вешалки, упаковав то, что от него осталось, в дорожную сумку, накинула пальто, и в коляске хозяина мы отправились в центральную часть Коверлоу.

— Шелли, я предполагаю, о чем пойдет речь, — проговорил дядя Рубен, когда коляска отьехала от домика, оставив на его пороге пятнеющую от распирающей злобы тетушку Тресси. Анжел еще спала. Ее сон и отличный цвет лица перед балом — первостепенная задача для Даньелзов.

— Так, а для чего мы тогда уехали? — я удивилась поведению мужчины.

— Шелли, меня устраивало, как все сложилось ранее. И все, что сейчас происходит, для меня — одно сплошное неудобство. Мы взяли небольшую ссуду в банке на все это путешествие. С учетом непогашенных долговых обязательств банк пошел нам навстречу, выделив еще сверх того, что мы уже заимствовали...

Я не очень понимала ход его мыслей и к чему он ведет.

— Если бы вы не растратили деньги наших родителей, то, возможно, вам бы не пришлось в данный момент испытывать финансовые трудности.

— Не думаешь ли ты, что мне, человеку с образованием королевской академии, это неизвестно?

Я ничего не думала. Не всякий маг — волшебник, не каждый человек —'добропорядочный гражданин. А Даньелзы не обладали ни тем, ни другим. К моему сожалению.

— Но сейчас речь не об этом. Ты должна понимать...

Но договорить дядюшка не успел, мы добрались до центра Коверлоу, извозчик притормозил у входа в торговые ряды городка.

— Нам подойдет это место, — указал Рубен Даньелз на закрытый мужской клуб, о чем гласила вывеска.

— Я туда не пойду, — ответила прямо и решительно подняла голову.

— Шелли, я уже договорился, нас проведут туда через запасной выход.

— Но я не понимаю... Дядюшка, почему нам потребовалось разговаривать именно в этом месте?

Я испытывала чувство неловкости. А еще боялась осуждения и порицания со стороны тех, кто мог находиться внутри. Рубен Даньелз немного занервничал, глаза дядюшки забегали, а мне совсем стало не по себе.

— Я с места не сдвинусь, пока вы не объяснитесь, — мне пришлось вынуть руку из-под мужского локтя, пальцами я впилась в ручку своей дорожной сумки.

— Не устраивай сцен, даже здесь имеются глаза и уши дворцовых прихвостней, завтра весь двор будет обсуждать твое поведение! — и он бесцеремонно потянул меня за руку.

— Вы уверены, что обсуждению подлежит именно мое поведение, а не ваше? —каблуками ботинок я устойчиво врезалась в снежную дорожную колею.

— Шелли, я надеюсь, тебя еще заботит будущее Роберта? — весьма многозначительно проговорил дядя, а я так не вовремя вспомнила сон в прошедшую ночь...

И как-то боевой дух, поднявшийся на мгновение, резко сник, да и вообще скрылся на задворках моей испуганной души.

— Что вы хотите этим сказать?

Дядюшка нажал на самую мою больную мозоль, прорастив во мне зерно сомнений относительно нашей с Робертом неприкосновенности, зафиксированной в бумагах.

— Все, что я хочу сказать, я скажу в клубе. Надеюсь на твою сознательность и расположение.

Я кивнула и подалась вперед, больше не препятствуя нашему перемещению. Когда мы пересекли дорогу и обогнули здание клуба, дядюшка постучал в черную, окованную железом дверь тростью. Сначала скрипнула защелка, а затем отворилось маленькое окошко, из которого на нас смотрели два черных глаза.

— В местах не столь отдаленных ветрено и сумрачно, — проговорил этот дверной человек.

Дядюшка же не растерялся и ответил:

— Коверлоульцам не грозит плохая погода, здесь практически всегда ясно и безопасно.

Окошко захлопнулось, и я услышала более тяжелый скрип металла. Затем перед нами отворилась дверь целиком.

И РУбен Даньелз меня совсем не по-родственному толкнул внутрь...

Когда за моей спиной захлопнулась дверь, я вздрогнула. Металлическая защелка противно заскрежетала по нервам.

— Дядюшка...

Я не верила, что все это происходило со мной. Рубен Даньелз казался сейчас очень невозмутимым. Складывалось такое впечатление, что его мало заботили мои переживания в данную минуту. А я же никак не могла унять в груди гулкий ритм своего сердцебиения, который отдавался с удвоенной силой в висках.

— Не вздумай только устраивать истерику, Шелли! — проговорил со всей строгостью родственник.

Я хотела было возмутиться, что он сильно заблуждался на мой счет и истерики больше по части его жены и дочери, но не стала. Меня больше волновали причины, по которым я оказалась в мужском закрытом клубе. В голову лезли самые жуткие мысли от возможного рабства до принуждения к...

Но затем я одернула сама себя. Нельзя строить свою жизнь на сплошных домыслах. Главное — понять, что происходило в голове у дядюшки и чем он руководствовался, затаскивая меня в такое место, совершенно неподходящее для незамужней леди.

— Лорд Даньелз, рад вас видеть! — навстречу нам вышел элегантный незнакомец, затянутый в шикарный темно-зеленый фрак, на его волосах поблескивало