Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода - Лилия Тимолаева

Лисель рассмеялась снова.

— То есть сначала с женихом, потом с невестой.

Орвен раздражённо провёл ладонью по столу.

— Я не намерен разбирать здесь каждую фразу.

— Тогда зачем приехали? — спросила Ивена.

Отец посмотрел на неё.

— За вами обеими.

Вот теперь зал снова стих.

Лисель выпрямилась.

— Я не поеду.

Орвен даже не повернул головы.

— Поедешь.

— Нет.

— Мы обсудим дома.

— Мне не нужно обсуждать дома решение, которое я уже приняла здесь.

Отец наконец посмотрел на младшую дочь.

Ивена увидела в его лице растерянность.

Слово «нет» от Лисель он слышал гораздо реже.

— Ты не понимаешь, что делаешь.

— Возможно.

— Через неделю пожалеешь.

— Возможно.

— И всё равно?

Лисель побледнела, но кивнула.

— Всё равно.

Ивена почувствовала гордость.

На этот раз не маленькую.

Настоящую.

Орвен перевёл взгляд на старшую дочь.

— А с тобой всё проще.

Эти слова не понравились Ивене сразу.

Отец сделал знак одному из сопровождавших его мужчин.

Тот поднялся и поставил на стол кожаную папку.

Эйдар насторожился.

— Что это?

— Оригинал соглашения между нашими домами, заключённого перед отправлением Ивены.

Ивена нахмурилась.

— У меня есть копия договора.

— Твоего личного договора с Севером. Я говорю о соглашении домов.

Ровен посмотрел на Эйдара.

Тот ничего не сказал.

Орвен развязал папку и достал несколько листов.

Ивена узнала печать Торвальдов.

Печать Ардалей.

Документ действительно был старым — тем, на основании которого Ровен приехал за представителем дома.

— Зачем вы привезли его?

— Потому что, судя по письмам Лисель, здесь решили забыть первоначальные условия.

— Я не писала вам после приезда, — сказала сестра.

Орвен посмотрел на южного секретаря.

Тот побледнел.

— От него.

Секретарь медленно встал.

— Я отправил гонца в первый вечер. До заседания.

Лисель стиснула губы.

Отец продолжил:

— Я уже находился в пути, когда получил сообщение на южной заставе. Оно только подтвердило, что мне следует ехать дальше.

Ивена посмотрела на бумаги.

— Какое условие вы имеете в виду?

Орвен перелистнул страницу.

— Ровен, полагаю, помнит.

Управляющий подошёл.

Прочитал.

Его лицо стало серьёзным.

Эйдар протянул руку.

— Дайте.

Отец передал документ.

Эйдар прочёл пункт дважды.

Ивена почувствовала нарастающую тревогу.

— Что там?

Он поднял глаза.

— Первоначальный договор определяет вас как представителя, переданного Северу до полного удовлетворения требований по ущербу.

— Это я знаю.

— Дальше указано, что после закрытия обязательств Север прекращает все права требовать вашу службу и передаёт представителя обратно в распоряжение направившего дома.

Ивена не сразу поняла смысл последней фразы.

— «В распоряжение»?

Ровен пояснил:

— Стандартная старая формулировка. Обычно речь идёт о людях, которых один дом временно направляет другому: управляющих, мастерах, представителях.

— Но мой договор с Эйдаром говорит, что после погашения долга я свободна и могу уехать.

— Да, — ответил Эйдар.

Орвен вмешался:

— Можешь уехать с Севера. Север не имеет права удерживать. Но принадлежность к дому Ардалей отдельным договором не прекращалась.

Ивена почувствовала, как ладони холодеют.

Вот почему отец приехал с бумагами.

Не просить.

Не объяснять.

Забрать.

— Долг ещё не закрыт, — сказала она.

Орвен посмотрел на человека, который привёз папку.

Тот достал второй документ.

— Закрыт.

Эйдар нахмурился.

— Каким образом?

— Южный дом внёс оставшуюся сумму через два торговых дома и предоставил обеспеченные грамоты на часть весенних поставок. Подтверждение было принято северной казной сегодня утром на пограничной заставе.

Ровен взял лист.

Проверил печати.

— Я не получал сообщения.

— Потому что приехал быстрее гонца, — ответил Орвен.

Эйдар прочитал подтверждение.

Ивена наблюдала за его лицом.

По нему ничего нельзя было понять.

Это испугало сильнее, чем если бы он сразу разозлился.

— Сумма соответствует остатку, — сказал Ровен.

Орвен кивнул.

— Именно.

— Ущерб этой ночи туда не входит, — заметил Эйдар.

— Это отдельный спор. Он возник после первоначального соглашения и не продлевает срок службы Ивены по старому долгу.

— Вы очень предусмотрительно разделяете долги, когда вам удобно, — сказала Ивена.

Отец посмотрел на неё.

— Я приехал не спорить с тобой о формулировках.

— Конечно.

— Я выполнил обязательства дома.

— После того как пытались уничтожить результат, которым я их погашала.

— Ивена.

— Что?

— Достаточно.

Она замолчала.

Потому что вдруг поняла: это слово больше не имеет силы.

Никакой.

Отец мог сказать «достаточно».

Она могла продолжить.

Простое открытие оказалось таким сильным, что захотелось рассмеяться.

Орвен заметил выражение её лица.

— Что смешного?

— Ничего. Просто привычка умерла.

Он нахмурился.

Эйдар всё ещё держал старый договор.

— Этот пункт прекращает права Севера на её службу. Он не даёт вам права заставить взрослую женщину ехать туда, куда она не хочет.

Орвен повернулся.

— В ваших землях, возможно, родовые правила иные. Ивена — незамужняя дочь главы Ардалей и формально остаётся членом моего дома. Пока она исполняла северное обязательство, я не мог требовать её возвращения. Теперь могу.

Ивена почувствовала, как где-то за спиной люди зашевелились.

— А если я откажусь?

Отец встретил её взгляд.

— Тогда ты нарушишь обязанность перед домом.

— Какую именно?

— Вернуться после окончания временной службы.

— Я не нанималась к вам после Северного договора.

— Это не имеет отношения к найму.

— Тогда к чему?

Орвен устало выдохнул.

— К семье.

Вот оно.

Снова.

Семья как последний аргумент.

Когда деньги не работали.

Когда договоры не работали.

Когда любовь уже давно перестала быть убедительной.

— Вы ведь понимаете, что я не хочу возвращаться?

— Сейчас — понимаю.

— И всё равно приехали требовать.

— Потому что через месяц ты будешь благодарна.

Ивена почувствовала не гнев.

Изумление.

После всего отец по-прежнему считал, что знает её лучше неё самой.

— За что?

— За то, что остановил это вовремя.

Он обвёл рукой зал.

— Ты живёшь в чужом доме. Связалась с человеком, против которого наш род годами вёл торговую борьбу. Твои хозяйственные навыки используют для укрепления Севера против твоей же семьи. Люди вокруг называют тебя хозяйкой, но земля под твоими ногами принадлежит Торвальду. Ты думаешь, что стала независимой, потому что тебе выдали бумагу.

Ивена побледнела.

Вот именно этого она боялась утром.

Эйдар шагнул вперёд.

Она остановила его взглядом.

Нет.

Этот ответ должен быть её.

— А дома земля принадлежит вам, — сказала Ивена.

Орвен замолчал.

—