(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

— Книгу! — потребовала я.

Ренци, не торопясь, вернулся к полкам, достал толстенный талмуд с самого верха и поднял учебники, что я уронила.

Это было еще одним свидетельством того, как я потеряла голову.

Я не могла больше находиться рядом с этим болваном.

Рывком выхватив у него стопку книг, рванула из библиотеки.

Разумеется, Ренци меня быстро догнал. Мне очень хотелось ему нагрубить, но начинать первой было глупо, а Дориэн молчал. Точнее, он вышагивал рядом со мной, довольно насвистывая, чем доводил меня до белого каления.

Кажется, я поняла, что имела в виду тетя, когда говорила, что своевременный скандал спасает от серьезных бед.

Не имея возможности посклочничать, я начала продумывать способы убийства Ренци.

Самым противным оказалось то, что, когда мы вернулись к покоям, мне не удалось избавиться от общества Дориэна. Я мечтала хлопнуть дверью у него перед носом, но у меня на пороге обнаружилась Гвидиче, которая как раз достала из внушительного кармана лаборантского передника антимагические перчатки и начала исследовать косяки.

— Джемма?

Она обернулась ко мне с виноватым видом.

— Прости. Рамис передал мне твоё приглашение, но мне было так любопытно, что я не смогла ждать окончания занятий Цецилии. К тому же у нас с ней не самые простые отношения.

— Ничего страшного, — отмахнулась я. — Может, так даже лучше. Что ты там разглядываешь?

— То, чего быть не должно, — мрачно отозвалась она. — Точнее, его остатки. Кто-то весьма качественно сжёг огнём заклинание, но вот пыльца…

Я вспомнила мерцающую паутину на двери, которую уничтожил Ренци.

— Что за пыльца? — заинтересовался Дориэн.

— Государственная тайна, — кисло ответила Джемма, — но мне это не нравится. Я думала, что мы с этим уже справились.

Я тут же наябедничала:

— Это сделали или Русполли, или Монферо, когда требовали вернуть магсниматель.

— Это будет отягчающим обстоятельством в их случае, — кровожадно пообещала Гвидиче и снова посмотрела на дверь. — Странно, что дверь цела…

Она выудила из бездонного кармана пробирку и что-то в нее соскребла.

— Университетскую защиту заклинание уничтожило подчистую, а моя, видимо, оказалась не по зубам, — похвасталась я.

Джемма посмотрела на меня восхищенно.

Удивительное чувство. Меня редко хвалили. Мэтр Стонце не был щедр на похвалы.

Почувствовав, что мы подзадержались на пороге, я открыла дверь и пригласила:

— Прошу.

Ну, разумеется, зашла не только Джемма, но и Ренци, на которого я демонстративно не смотрела. Гвидичи дипломатично делала вид, что не замечает возникшего между нами напряжения, правда, и её хорошие манеры дали трещину, как только она оказалась в гостиной её как магнитом потянуло к столу.

— Дай же это мне! — потребовала она. — Какой фон! Какая дисперсия!

А может, и не так уж плохая пара вышла из них с ректором, он то уж, наверное, не выпадает из реальности при виде артефактов.

Кстати, о парочках.

— Ты не знаешь, когда бал?

Как оказалось, Дальтиго неплохо знает свою подругу.

— Вроде скоро. Через неделю или завтра. Кристиан точно помнит.

С другой стороны, Гвидиче в отличие от Рамиса хотя бы руки не протянула к незнакомой вещи. Ей бы не понравился эффект, потому что защиту на коробке я усилила.

Достав шкатулку, я поставила ее перед Джеммой.

— Ого, какая! Сделана на заказ совсем недавно, лет пятнадцать назад, а заклинания применили древние. Вижу слой запретки, фон просачивается изнутри. Сверху симбиоз современной магии с рунами старой хвиссинской школы.

Мне не хотелось быть невежливой, но пришлось прервать восторг Гвидиче:

— Нам бы понять, как ее открыть, — намекнула я.

— Даже жалко, — вздохнула Джемма. — Она ведь не откроется, а рассыплется.

Я не готова была сдаться:

— Так что скажешь?

— Сейчас, — осторожно взяв шкатулку в руки, она какое-то время вертела ее в руках, потом попросила бумагу и карандаш и принялась что-то чертить под нашими напряжёнными взглядами.

Спустя минут двадцать, Гвидиче была готова нас просвещать.

— Итак, три условия, чтобы открыть. Первая руна «потомок». Ну, тут все понятно.

— Рамис ещё сказал, что там «искренность» или «жертва», — я вся превратилась в сплошное ухо.

Джемма фыркнула:

— Прогульщик. Это одно и то же. Значение зависит от третьего условия.

— И? — я затаила дыхание.

— И это «Поток».

— Что ещё за поток? — влез Дориэн. — Нам его в воду бросить, что ли?

— Нет, магический поток, разумеется, — Гвидиче снова безуспешно боролась с прядями-пружинками, которые лезли ей в лицо. — Потомок должен пожертвовать артефакту много родовой магии, буквально пропитать его ею.

Это было плохой новостью.

— Но у меня нет доступа к родовой силе, — расстроилась я. — Мне еще нет двадцати. А без ритуала совершеннолетия я наскребу только крохи. Этого не хватит даже чтобы самой сделать родовую вышивку!

— Я тебе помогу, — неожиданно подал голос Ренци, и я вынуждена была обратить на него внимание.

— Как?

— Увидишь.

Довольный вид Ренци вызывал у меня подозрения.

Дориэн разве что не светился, он вот-вот начнёт потирать руки, и это означало, что у него родился очередной план.

Покровитель, дай мне терпения, силы и ещё раз терпения!

— Что-то мне подсказывает, — вздохнула я, — что мне твоя идея не понравится.

— Я в этом совершенно уверен, — сверкнул улыбкой Ренци, было очевидно, что его мое недовольство совсем не пугало, — но выхода у тебя нет.

— Даже не представляю, как именно ты можешь дать мне доступ к родовой магии, — нахмурилась я.

— К твоей не могу, — подтвердил Дориан. — Зато я могу поделиться своей родовой, а ты её трансформируешь. Я уже прошел ритуал объединения.

— Это бред, — покачала я головой. — Чтобы это сделать, мы должны быть связаны уза… — я застыла, не договорив.

Проклятье!

Я недовольно засопела.

Почему Дориэн всегда соображает быстрее меня?

И почему очевидные обстоятельства и их последствия сразу не пришли мне в голову?

Джемма почесала кончик носа:

— Это может сработать, если у вас: — она подняла кулак и отогнула указательный палец, — во-первых, родственная магия, во-вторых, если вы связаны узами, — второй палец присоединился к первому, — и в-третьих, если реципиент может усваивать донорскую магию без отторжения.

Мы уставились на три оттопыренных пальца Гвидиче.

И я, и Ренци — боевые маги, мы связаны этим проклятым «Коллегато» и…

— Реципиент может и не отторгает, — ещё шире улыбнулся Ренци.

Да, Дориэн вливал в меня свою силу, когда у меня было магическое истощение. Ни о каком отторжении речи не шло, я даже не ощущала разницы потенциалов.

Стоп!

— Каким это ты способом собрался со мной делиться? — прищурилась я на Ренци.

Дориэн тут же надел маску скучающего аристократа:

— Самым надёжным и уже