(не)желанный подарок дракона - Юлия Парфенова

— Милая, я передумала, не могла бы ты принести нам чаю? Будь любезна.

Люси посмотрела на меня, ища подтверждения. Я едва заметно кивнула, показывая, что всё под контролем.

Сестра ушла, оставив нас с гостьей наедине.

Мать моментально, с видом полного владельца, устроилась в моём рабочем кресле, сбросив перчатки. Я же осталась стоять на месте. Затем она перевела на меня пронзительный взгляд.

Что у неё на уме?

Долго строить догадки не пришлось.

— Дорогая, — начала она, сложив руки на коленях. — Тебе известно, что твой брат, Эдгар, в этом году поступает в академию «Арквелл»?

Я кивнула в знак согласия, предчувствуя неладное. Холод сдавил живот.

«Арквелл».

Самое престижное и дорогое учебное заведение для молодых аристократов, кузница дипломатов и управленцев. Место, куда закрыт путь без громкого имени и огромного состояния.

— Но понимаешь, — она вздохнула, делая вид, что смущена, — у нас с отцом сейчас, конечно, временные, но непредвиденные расходы. А взнос и оплату за первый год нужно внести до конца этого месяца. Я пришла просить тебя о помощи.

Вот оно что!

В уме я уже видела развитие дальнейшей ситуации.

Мне придётся отдать все свои сбережения, которые я копила несколько лет, чтобы её «мальчик» не упустил свой шанс и не опозорил фамилию. Чтобы его будущее соответствовало ожиданиям зажравшихся родичей.

На языке крутились ругательства, но сказать их сейчас было равносильно тому, что встретить голодного волка на своём пути.

Медленно опустилась на один из стульев, расправила складки на платье, чтобы потянуть время с ответом.

— Вивьен, дорогая, — начала она, сцепив пальцы, — я прекрасно понимаю, что ты независимая женщина. Но он ведь твой брат. Единственная семья. Разве не долг старшей сестры выручить, когда его будущее под вопросом? Я бы не стала тебя беспокоить, если бы не была уверена, что ты примешь правильное решение.

Долг. Семья. Будущее. Всегда беспроигрышные козыри. Но, видимо, она запамятовала, что я уже не та наивная девочка, которую можно загнать в угол словом «долг».

В этот момент тихонько приоткрылась дверь, и вошла Люси с небольшим подносом. На нём аккуратно стоял заварочный чайник, три изящные фарфоровые чашки и красивая вазочка с шоколадными конфетами из той самой кондитерской, двери которой я открывала разве что в особых случаях.

Сестра поставила поднос на стол, её взгляд коснулся моего, полный тихой поддержки, и она села на соседний стул, став молчаливой союзницей в этой игре.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов.

Я потянулась к вазочке, взяла одну из конфет. Блестящая, тёмная глазурь сверкала в свете лампы. Осторожно откусила небольшой кусочек. Терпко-сладкий вкус вишни наполнил рот, на миг отвлекая от тяжести в груди.

«Нет, мама. Твоему мальчику давно пора научиться отвечать за собственное будущее, особенно если он претендует на место в „Арквелле“.» — Мысленно выстраивала ответ, перекатывая шоколад на языке. — «А я… я сейчас сама болтаюсь над пропастью. Магазин может рухнуть в любой момент в прямом смысле слова. Эти деньги — не лишние, они последние, что удерживает мой мир от обвала. И я не собираюсь бросать их в бездонную бочку амбиций твоего сына.»

Но, естественно, так сказать я не могла.

Сделала глоток чая, чтобы смочить пересохшее горло, и тихонько поставила чашку на блюдце.

— Мама, я понимаю ваше беспокойство за сына, — начала я, заставляя свой голос звучать ровно и спокойно, вопреки дрожи внутри. — Но у меня сейчас попросту нет свободных денег. Ни копейки. Всё, абсолютно всё, задействовано в обороте магазина. Каждая сумма расписана на месяцы вперёд.

Посмотрела ей прямо в глаза, стараясь не моргать.

— Я физически не могу помочь вам в этом деле.

Вся её напускная вежливость мгновенно исчезла. Ещё мгновение назад её глаза казались такими печальными, но теперь они гневно сверкали.

Она пристально смотрела на меня, словно хотела пригвоздить к полу одним лишь своим взглядом. Но так ничего и не добившись, наигранно вздохнула.

— Я никогда не могла предположить, что моя дочь окажется такой чёрствой и себялюбивой, — она театрально взмахнула рукой и прижала её к сердцу. — Но, если это так, не буду больше отнимать твоё время.

Она встала так резко, что стул с громким скрежетом отъехал назад, чуть не опрокинувшись на пол.

— Вы обе, ты и сестра, меня разочаровали. Не стоит меня провожать.

И с видом оскорблённой женщины с гордо поднятой головой она вышла за дверь, напоследок громко хлопнув.

Мы с Люси замерли, глядя друг на друга.

— Не кажется ли тебе странным её быстрый уход? — первая нарушила тишину сестра.

Из-за двери послышался глухой удар, за которым последовал оглушительный звон разбивающегося стекла.

Я вздрогнула всем телом, встретив расширившиеся в панике глаза Люси.

Боги! Что она натворила?

Мы с сестрой бросились на звуки.

Перед нами открылась картина: мама, словно испуганная кошка, забралась на маленький диванчик для посетителей, высоко задрав подол своего дорогого платья. В руке она сжимала фарфоровую кружку, предназначавшуюся для посетителей, размахивая ею перед мордой большого рыжего пса.

Пёс же стоял, расставив лапы, и, вытащив язык, открывая вид на желтоватые клыки. Но, в его позе читалась не столько агрессия, сколько недоумение от такого странного поведения человека.

— Люси, откуда тут собака⁈ — выдохнула я, переводя взгляд на закрытую дверь.

Сестра моментально бросилась к нему, мягко, но твёрдо взяла того за ошейник и при этом умудрялась почёсывать за ухом. Пес послушно отступил, хотя продолжал сопеть и коситься на маму.

Подскочила к дивану, протягивая руку.

— Мама, спуститесь, пожалуйста. Он вас не тронет.

— Не тронет? — фыркнула она, но слезать не спешила. — Да этот плешивый урод чуть не сожрал меня целиком! Где вы таких монстров подбираете?

Голос её дрожал от гнева и, возможно, всё-таки от испуга.

Пёс, кстати, не был ни плешивым, ни уродом. Он был крепким, с густой рыжей шерстью и умными глазами, которые сейчас с интересом следили за происходящим.

Когда она наконец с неохотой спустилась на пол, я увидела причину звона. На полу лежали осколки хрустального графина — моей гордости, подаренного на открытие магазина. Вода растеклась лужей, отражая уличный свет, а рядом валялись обрывки цветов, которые Люси так тщательно подбирала каждое утро.

Судя по всему, мама, испугавшись животного, смахнула графин со столика — или, что более вероятно, метнула им прямо в животное.

Бедняжка.

На ковре остались мокрые