Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри - Элис Айт

1881 год, где-то в шотландской глубинке

В просторном зале старинного замка стояла тишина, нарушаемая лишь странным скрежетом. В дальнем углу напротив огромного зеркала стояла уродливая одноглазая старуха и царапала по серебристой поверхности длинным загнутым ногтем, выводя причудливые узоры.

От ее пальца в разные стороны разбегались дорожки инея. Совсем скоро вся поверхность зеркала покрылась ледяными цветами и листьями папоротника, которые будто служили продолжением орнамента всего зала. Колонны, словно вырезанные из цельных кусков льда, блестящие скользкие полы, прозрачные статуи в нишах – все дышало холодом.

Если бы сюда попал человек, он бы решил, что оказался во владениях сказочной королевы зимы.

И не ошибся бы. Но живых людей здесь не жаловали.

Старуха закончила заклятие и скрипучим голосом, напоминающим треск мороза, прошептала зеркалу:

– Покажи ее. Покажи мне Книгу Мерлина.

Зеркало ожило. Однако впервые за последние дни оно показало не темноту, а молодую женщину лет двадцати пяти, темноволосую, стройную и привлекательную. Она ехала в новомодной человеческой повозке. Как же та называлась?.. Старуха нахмурилась.

Точно, кэб.

Это было не то, чего она ожидала. Книга должна находиться у фэйри, причем здесь простая человечка?

Хозяйка замка задержала на миловидном женском личике взгляд. Кого-то оно напоминало, но кого?

– Я слишком много времени провела вдали от людей, – пробормотала она себе под нос. – Пора это исправить. Воин, подойди сюда!

Из самого темного угла зала к ней подступил высокий широкоплечий мужчина. Вокруг него клубилась тьма, а лица было не разглядеть под низко надвинутым капюшоном, но глаза горели красным, как разожженные угли.

– Выследи ее, – приказала старуха. – Книга Мерлина у этой женщины.

Он несколько долгих мгновений смотрел на двигающееся изображение в зеркале и кивнул.

– Я знаю ее. Задача будет легкой.

– Надеюсь, ты не зря бросаешься словами. Я уже несколько дней колдую над погодой, чтобы ты со своим отрядом мог спокойно передвигаться по всей Британии. Артефакт забери, но саму девчонку не убивай. Нужно выяснить, как у нее оказалась вещь, за которой я охочусь уже больше тысячи лет.

Воин низко склонился.

– Да, ваше величество.

– Не упусти книгу, – прошипела старуха. – Твой предшественник потерял ее – и поплатился за это. А фэйри – смотри, где они. Не смеют перед людьми носа показать, хотя в прежние времена только одни наши имена заставляли их трястись! Кто сейчас скажет, кто такая Никневин? Зато все знают Титанию и Маб!

– Вас еще помнят, ваше величество, – хрипло ответил воин. – Я тому пример.

– Ты не человек. Уже не человек, – исправилась старуха и отвернулась обратно к зеркалу. – Сгинь. Я жду книгу. Какими будут последствия провала, ты уже должен был понять.

Он поклонился и беззвучно исчез.

Никневин, воплощение зимы, когда-то одна из самых могущественных фэйри Британии, сцепила за спиной костлявые руки и внимательно наблюдала за едущей в кэбе молодой женщиной. Та была задумчива и настолько глубоко погружена в размышления, что не заметила, как окна экипажа непонятно отчего вдруг покрылись узорами инея.

Похоже, она не имела ни малейшего понятия, что везет с собой предмет, способный нарушить равновесие во всем королевстве, а то и во всем мире. Что ж, тем быстрее Книга Мерлина окажется у Никневин в руках…

18 января 1881 года, Лондон

– Скандальные новости! Лорд Мэлтон, член Королевского совета магов, развелся с женой! Читайте в свежем номере «Таймс»! Скандальные новости!..

Звонкий голос мальчишки-газетчика далеко разносился по улице, невзирая на снегопад, стук колес, ржание лошадей, тащивших кэбы, и гомон сновавших туда-сюда носильщиков.

При его словах сердце у меня ухнуло куда-то вниз.

Едва выйдя из экипажа, я кинулась к подростку, который продавал газеты, и попыталась выхватить у него из рук свежий номер, но мальчишка ловко увернулся.

– Сначала деньги, мэм!

– Сколько? – буркнула я, доставая кошелек.

Словно я какая-то воровка!

– Три пенса! Но если для вас дорого, могу предложить другие газеты всего за пенни! Что пожелаете: «Морнинг пост», «Дэйли телеграф»? – и он продемонстрировал весь набор, который держал в руках, ловко смахнув с него снежинки.

Пробежав глазами заголовки, я болезненно охнула.

Везде на первой странице красовалась фамилия моего мужа. Вернее, уже моего бывшего мужа.

– Давай все, – решилась я и сунула обрадованному мальчишке деньги, даже не потрудившись их пересчитать.

В тот же миг, словно ребенок владел особой газетной магией, в моих руках оказалась подборка выпусков за сегодняшний день. И во всех громко сообщалось о моем позоре.

Проклятые газетчики! Судебные слушания проводились при закрытых дверях и закончились только вчера. Никто, кроме непосредственных участников, ни о чем не знал. Конечно, с учетом статуса моего супруга глупо было думать, что это положение дел сохранится навсегда, но я так надеялась сбежать из Лондона до того, как новость прогремит на каждом углу!

– Леди Мэлтон, – окликнул меня скрипучим голосом возчик. – Ваш багаж.

– Больше не леди, – со вздохом поправила я. – Просто «миссис Мэлтон».

Тот безразлично кивнул. Моя трагедия его не волновала.

Все дальнейшие действия я выполняла механически: расплатиться за экипаж, объяснить носильщику, куда доставить мои вещи, и самой скорее побежать через улицу, не растеряв при этом газеты.

Ждущий меня напротив вокзал Кинг-Кросс многим казался уродливым, однако я была счастлива скорее очутиться под его крышей. Две огромных кирпичных арки мощного фасада казались мне крыльями гигантской птицы, которая унесет меня из этого вечно грязного, насквозь провонявшего дымом города домой, к родителям, после пяти лет брака, закончившегося так глупо и постыдно.

Я вздохнула, в очередной раз прокручивая в памяти сцену, которая случилась около месяца назад.

Это произошло за утренним чаем. Мой муж, виконт Дуэйн Мэлтон, всегда пил его в собственном кабинете в гордом одиночестве. Он объяснял это тем, что слишком загружен делами, но в действительности большая их часть ложилась на меня, и я знала – это всего лишь прихоть Дуэйна. Одна из многих.

Поэтому я удивилась, когда меня оторвали от собственных дел и пригласили к супругу. Мы с ним вообще виделись крайне редко – только когда того требовали правила приличия. Что