Брат мужа. Ты мой гинеколог? Не смей! - Полина Нуар

— Вы злишься на меня, — говорит он. — За что? За то, что я хочу тебя? Или за то, что я оказался братом твоего мужа?

— За то, что ты вообще оказался в моей жизни, — говорю я, и в голосе проскальзывает то, что я пыталась скрыть. Горечь. — Рушишь мою жизнь.

— Я рушу? — он делает шаг ко мне, и я снова оказываюсь в ловушке. — Или я просто напоминаю тебе о том, что ты предпочитаешь не замечать?

— Что именно?

— Что ты несчастна с ним, — его голос становится тише. — Что он не видит тебя. Не чувствует. Не ценит. Ты заслуживаешь большего.

— Ты не имеешь права…

— Имею, — перебивает он. — Потому что я видел тебя настоящую. В самом откровенном, самом уязвимом состоянии. И знаешь что?

Я молчу, боясь услышать ответ.

— Ты была прекрасна, — говорит он, и в его голосе нет игры. Только правда, которая обжигает. — Несмотря на унижение, на панику, на всю эту нелепую ситуацию. Ты была живая. Настоящая. И я понял, что это меня будоражит.

Я смотрю на него, и что-то внутри меня ломается.

— Тебе лучше уехать прямо сейчас, — шепчу я.

— Возможно, — он берет из моих рук полотенце, и его пальцы касаются моих. — Но я здесь. И Витя разрешил мне пожить с вами. Вы же не выгоните меня?

— Хотела бы, — честно говорю я.

Он улыбается. Той самой опасной улыбкой, от которой у меня внутри все переворачивается.

— Не выгоните, — констатирует он. — Потому что тогда Витя все узнает.

— Это шантаж?

— Это правда, — он вытирает руки, аккуратно вешает полотенце обратно. — Я не буду к вам приставать, Вера. Если вы не захотите.

— Я не захочу, — говорю я, глядя ему в глаза.

— Посмотрим, — он открывает дверь ванной и, перед тем как выйти, оборачивается. — Только одно скажу.

— Что?

— Мне жаль, что ты его жена. Не потому, что он мой брат. А потому, что он этого не достоин.

Он выходит в коридор, оставляя меня одну в ванной. Я смотрю на свое отражение в зеркале — раскрасневшееся, с горящими глазами, с дрожащими губами. Точно такое же, как в тот вечер, когда я стояла перед зеркалом в своей квартире, пытаясь вытащить игрушку.

Только сейчас игрушка не внутри меня. Зато есть двухметровое искушение, которое поживет с нами.

Я делаю глубокий вдох, умываюсь холодной водой и выхожу. На кухне Витя уже накрывает на стол. Константин разглядывает наши семейные фотографии на холодильнике.

— Симпатично — кивает на снимок, где мы с Витей на море.

— Обычная фотка с отдыха, — отвечаю я, занимая место за столом.

— Хорошее было время, — поддакивает Витя, ставя передо мной тарелку. — Помнишь, Вер, как ты тогда обгорела?

— Помню, — говорю я, чувствуя взгляд Константина на себе.

— Даже обгоревшая красивая, — замечает он, и в его голосе нет ничего двусмысленного. Но я слышу. Я все слышу.

Витя же занят тем, что разливает настойку.

— Ну, давайте выпьем за встречу! Костян, рассказывай, как у тебя дела. Что там у вас с Настей случилось?

Настя. Жена. Та самая, о которой так волновалась его медсестра.

Константин берет свою рюмку, но не пьет.

— Настя ушла, — говорит он спокойно. — Неделю назад. К другому.

Я замираю. Витя роняет вилку.

— Что? — переспрашивает он. — Ты серьезно?

— Абсолютно, — Константин отправляет в себя алкоголь. — Так что, брат, я теперь свободный мужчина.

Сижу, не в силах пошевелиться, и чувствую, как земля уходит из-под ног.

Он свободен. А я замужем за его братом.