Эротический хоррор для похотливых домохозяек - C. В. Хант

Сьюзен пожала плечами.

- По-моему, звучит неплохо.

Спенс отодвинул диван к стене.

- А теперь, Сьюзен, я отправляю всех копов домой и сам ухожу.

Дерьмо...

Ее глаза в последний раз посмотрели на него.

- Подождите... За углом есть отличное китайское местечко. Может, сходим? Я угощаю.

Он протянул руку к дверной ручке.

- Это очень щедрое предложение, но я должен вас расстроить, и мне нужно вернуться домой к мужу.

Все мысли Сьюзен замерли.

- О, эм-м-м, да, конечно...

- Спокойной ночи, - весело сказал он и ушел.

Один пинок под зад за другим, - подумала она после того, как дверь закрылась. - У этой большой мускулистой стойки есть МУЖ! Я просто не могу поверить.

Когда сгущались сумерки, она стояла на балконе, потягивая вино и наблюдая, как полиция и техники собирают вещи и уезжают. Вскоре автостоянка вернулась к своей обычной тишине. Она могла видеть луну и сверкающие звезды. Но она не могла не задаться вопросом, как она собирается расценивать все, что произошло? Парень умер? Соседей убили? Древний монстр, заточенный за стеной?

Пошли они все к черту! Зачем беспокоиться о вещах, с которыми я ничего не могу поделать?

В сложившихся обстоятельствах это казалось наиболее практичным способом справиться со всем этим. И по какой-то причине сейчас она была очень довольна и уверена, что если голем действительно существует, то он останется запертым за той стеной.

Так что все хорошо! - подумала она в порыве счастья.

Но счастье быстро улетучилось. Она вернулась внутрь, налила еще вина и поняла, в чем проблема; она знала, почему вдруг почувствовала себя обделенной.

Она все еще была очень возбуждена...

Этот чертов глиняный фаллоимитатор доставил мне лучшие оргазмы в моей жизни, но теперь все кончено. Я никогда не смогу сделать еще один. Блядь!

Сьюзен включила свет и начала рыться во всех этих коробках для переезда. Она нашла бы свой вибратор, даже если бы на это ушла вся ночь.

Перевод: Alice-In-Wonderland

Вики хихикает, стоя в душе, и думает о том, что она хотела бы с ним сделать. У него, наверное, член всегда твердый, и он, бьюсь об заклад, знает, как им пользоваться. Звезды падают с потолка парной ванной, и она уплывает в запретные земли. Пальцы ласкают то потаенное местечко, которое она хранит для себя, - то, которое ее муж никогда не может найти. Я в безопасности, - думает она, - дверь заперта, вода течет. Мистер Пицца улыбается ей чуть дольше, чем нужно, и она знает, чего он хочет. Пальцы касаются сосков, и она позволяет себе наслаждаться этим томлением, дразня себя. Она щебечет от удовольствия, думая очень плохие мысли об этом члене у нее во рту и не только. Глаза закрыты, уже почти.

Тук-тук!

Кто-то стучит в дверь ванной.

Что такое? - недоумевает она, желая, чтобы кто бы там ни был, исчез.

- Что? - говорит она и перекрывает воду. - Кто там?

- Впусти меня. Мне надо в душ, - говорит ее муж Билл, растягивая слова. - Давай, открой.

- Минуту, - говорит она. Он опоздал и пьян. - Уже заканчиваю.

И она возвращается, чтобы довести себя до конца.

Тук-тук!

- Ах, ладно. Иду, - Вики говорит это с сожалением, хватает полотенце и отпирает дверь ванной.

Билл толкает дверь и проходит мимо.

- Я же говорил тебе не запирать.

Вики смотрит, как он снимает рубашку, ремень падает на пол. Его лицо одутловатое, и от него пахнет спермой и какими-то духами, которыми она не пользуется. Он возится, стягивая трусы. Она замечает свежие следы от ногтей под его животом. Последняя, видимо, была удивлена, увидев там шляпку его грибка, - такое разочарование.

- Ладно, я понимаю, но мне просто нужно минуту, чтобы смыть мыло, Билл, - говорит Вики, стараясь его не злить.

- А я разве тебе мешаю? - oн улыбается. - А давай лучше вместе.

Ну вот, началось. Вики ненавидит, когда он одновременно пьяный и возбужденный. Она идет обратно к душу и включает воду. Это твой супружеский долг, - напоминает она себе. Полотенце падает на пол, и она заходит под струи.

- Знаешь, - говорит Билл, заходя в душ следом, - я все это делаю, чтобы у нас было все самое лучшее.

Вики знает, что брак - это и переговоры, и компромисс, и напоминает себе: Билл хорошо зарабатывает. Район недешевый. Дом по соседству только что продали за приличную сумму, и ей любопытно познакомиться с новыми хозяевами.

Руки Билла уже на ее груди, слишком сильно щиплют соски, и она чувствует, как он трется своим сантиметровым червячком о ее бедро. Он стал трудоголиком, а она занимается домом, уборкой и покупками. Ходит к психотерапевту. Она опускает голову между ног и смотрит на слив - привычная поза.

Он кряхтит и возится, пытаясь пристроить свою сосиску куда-нибудь, - как в игре в тире, в которую невозможно выиграть. Она издает стон удовольствия, хотя терпение уже на исходе.

- Ты можешь кончить, - говорит она. - Не обязательно ждать меня.

Она хихикает, думая, что ему пришлось бы ждать вечность. Тонкая желтая струйка обвивает ее пальцы на ногах, и она начинает кричать:

- Ты что делаешь?!

Вскочив, Вики поворачивается и видит, что муж мочится на нее.

- Ну давай, детка. Тебе понравится, - говорит Билл.

- Да что с тобой не так? - кричит она и выпрыгивает из душа. - Это отвратительно.

Она слышит, как Билл смеется, пока она выходит из ванной. Надо было продолжать пить таблетки - тогда бы ей было все равно. Вики ополаскивает ноги с мылом в кухонной мойке. Ей хочется что-то чувствовать. Как только Билл выйдет из душа, он отключится и проспит восемь часов подряд, ни о чем не беспокоясь. Она садится за кухонный стол с миской мороженого и облизывает ложку, думая о пиццемейкере с мечтательными глазами. Однажды ночью, - думает она, - я оближу кое-что другое.

* * *

В январские дни солнце держится всего несколько драгоценных часов, и Вики бегает в это время по делам. Вывеска на городской площади с надписью: "Добро пожаловать в 1950" -