Эротический хоррор для похотливых домохозяек - C. В. Хант

- Это самая тупая хрень, которую я когда-либо слышала, - сказала Сьюзен.

Но Спенс оторвался от них, а через мгновение вернулся со своей неуклюжей судебно-медицинской лампой.

- Давайте просто посмотрим...

Он встал на колени в пространстве между полом и отодвинутым диваном, затем щелкнул лампой. Мгновенно устрашающе появились крошечные светящиеся точки аквамарина.

- Не верю, - сказала Сьюзен.

Светящиеся отпечатки вели прямо к плинтусу, где был нарисован квадрат, и заканчивались. Как будто существо вошло прямо в стену.

- Там. Вот видите, - раздраженно сказал Анджей. - Теперь вы верите старику из Праги? А плохо то, что голем может вернуться через проход в любой момент, когда захочет. Убить снова, - он опять произнес это с акцентом на слове "убить".

- Так что же нам делать? - раздраженно сказал Спенс. - Можем ли мы стереть это место, проход? Или, может быть, прибить к нему доску?

- Ага, - сказала Сьюзен. - Как к мышиной норе.

Анджей покачал головой, усмехнувшись.

- Глупые американцы. Вы ничего не можете сделать, кроме как благодарить Бога за то, что я здесь, - он допил свое пиво. - Теперь принесите мне еще одну банку пива, пока я делаю особые приготовления. Ой, и зубочистку принесите, - а потом он поковылял по коридору и свернул в мастерскую дяди Петра.

Пиво и зубочистка. Отлично.

Сьюзен посмотрела на Спенса.

- Значит, мы согласны с этим? Чокнутый старик говорит, что за стеной находится голем, он прячется в другом измерении или еще в каком-то дерьме... и мы на это покупаемся? Мы в это верим?

Спенс выглядел истощенным от усталости.

- Черт, я не знаю... Да, я полагаю. Почему, черт возьми, нет?

- По крайней мере, не повредит подождать и посмотреть, что произойдет, - предложила Сьюзен.

Когда она вернулась с кухни с очередным пивом и зубочисткой, Анджей как раз возвращался сам. В ладони он держал что-то похожее на кусок глины размером с помидорку черри.

- Вы, американцы, да все, что вы знаете, это ваши Facebook и ваши глупые телефоны, которые делают селфи, и ваши машины, которые разговаривают с вами и включают свет или кофеварку. Ба! Такие глупости - это магия современности, а это, - он поднял кусок глины, - это настоящая магия, древняя магия Каббалы, уходящая в историю на тысячи лет, - старик самодовольно улыбнулся. - Сейчас Анджей покажет вам, что такое настоящая магия!

Он прошел за диван, потом неуклюже встал на колени около места, где на гипсокартоне был сделан "проход". С этого ракурса Сьюзен не могла толком разглядеть, что он делает, и, в конце концов, он протянул свою скрюченную руку и сказал:

- Дайте мне зубочистку.

Сьюзен так и сделала, нахмурившись, после чего Анджей, казалось, сгорбился и несколько минут возился. Они со Спенсом обменялись молчаливыми недоумевающими взглядами, но затем Сьюзен, никогда не отличавшаяся большой продолжительностью концентрации внимания, поймала свой взгляд, блуждающий вверх-вниз по его массивному, широкоплечему телу.

Блин, я бы хотела с ним трахнуться. Интересно, есть ли у меня шанс?

Каким бы большим он ни был и какой бы маленькой она ни была, она могла представить, как он сдавливает ее, скручивая ее, как глину.

Пожалуйста, пожалуйста! Используй меня как куклу для траха! Моя жизнь - полное дерьмо!

Когда ее нелепые мечты испарились, Анджей уже стоял на ногах, вытирал руки и пил пиво.

- Так. Теперь все снова в порядке. Голем в ловушке и никогда не сможет выбраться.

- Почему? - спросила Сьюзен. - Что вы сделали?

- Мне бы тоже было интересно услышать это, - сказал Спенс.

Анджей вел себя небрежно.

- Я воткнул кусок влтавской глины в середину прохода, а затем использовал зубочистку, чтобы написать на нем слово.

- Какое слово? - Сьюзен ухмыльнулась.

- Особое магическое каббалистическое слово, о котором вы ничего не знаете и знать вам не нужно. Оно является печатью. Это навсегда запечатает голема.

- Другими словами, - догадался Спенс, - вы закрыли проход, как заперли дверь.

- Да, большой американский полицейский, - подтвердил Анджей. - Это идеальный способ описать ситуацию. Голем заперт и не может выбраться.

Перед всеми повисла долгая пауза. Сьюзен спросила:

- И что дальше?

- Что дальше, спрашивает Зузанка? Ну, я скажу вам. Во-первых, вы благодарите меня за то, что, вероятно, я спас вам жизнь. Затем я ухожу и иду в зал для бинго. А вы двое? Вы отодвигаете диван к стене и забываете о големе. И никогда, никогда не прикасайтесь к проходу или печати. Никогда не подходите к нему, никогда никому не показывайте, никогда не думайте о нем. Пожалуйста, поймите. Это очень важно. А теперь, - он допил остатки пива, - я пошел.

Сьюзен вздохнула.

- Хорошо, хорошо. Спасибо, Анджей.

- Да, спасибо, сэр, - сказал Спенс.

- Да, да, и до свидания с вами обоими. Зузанка, надеюсь, мы еще увидимся - ах да, а тот большой ящик влтавской глины в комнате Петра? Ты оставляешь его в покое на всю оставшуюся жизнь. Никогда не прикасайся к нему, даже никогда не смотри на него снова, и... и...

Даже не смей это говорить, старый ублюдок! - подумала Сьюзен.

- Никогда больше не делай фал-ло-и-ми-та-то-ров! Никогда!

Лицо Сьюзен снова покраснело.

Анджей поковылял к двери.

- И ты тоже, большой, гигантский американский полицейский. До свидания.

Лица Спенса и Сьюзен застыли, когда они смотрели, как он уходит.

- Черт, - сказал Спенс.

- И это все? - спросила Сьюзен. - Он приклеивает кусок глины на стену и вуаля, проблема решена? Серия убийств закончилась?

- Похоже, что так...

Спенс прошел за диван и присел на корточки; Сьюзен последовала за ним и наблюдала, как он достал крошечный фонарик и направил его луч на проход. Действительно, этот маленький шарик глины был вдавлен в квадратный контур и теперь прилип к стене. На нем была сделана крошечная гравюра - без сомнения, Анджей и его зубочистка.

- Полагаю, это и есть волшебное слово, - сказал Спенс.

Сьюзен прищурилась и смогла разглядеть что-то похожее на цепочку перевернутых букв "U", несколько букв "В" либо задом наперед, либо повернутых на девяносто градусов, и несколько искаженных букв "А" со странными ударениями.

- Это иврит? - спросил Спенс.

- Я не знаю. Это показывает, какая я хорошая еврейка. Но, похоже, это может быть он.

Спенс встал.

- Ну, тогда... Думаю, этого