Дэни Коллин - Вне корпорации

— Когда начнутся слушания? — спросил Джастин.

— В лучшем случае через семь недель. С помощью разных проволочек я могу отложить процесс по меньшей мере на год.

— Чем раньше, тем лучше, — ответил Джастин. — И пусть будет суд без присяжных.

Остаток вечера прошел в дружеской обстановке, хотя кое-кому было немного не по себе. Затронув тему инкорпорации, Джастин понял, что неизбежно отдаляется от новых друзей. Здесь он ничего не мог поделать. Он отгонял неприятные мысли, но они все время лезли в голову. Он решил, что будет терпелив. Рано или поздно они поймут. «Меня всегда понимали — по крайней мере, так было раньше», — внушал он себе. И только после того, как все ушли и он остался один и активировал вокруг себя защитное поле, он решил поговорить с «личностью», которой доверял едва ли не больше остальных.

— Где ты, себастьян?

— Я всегда здесь, Джастин.

Звук, исходящий от цифродруга, был слишком металлическим. Джастин поморщился.

— Пожалуйста, смени голос — настройся на меня.

— Сделано, — последовал ответ, теперь невидимый себастьян как будто стоял совсем рядом. — Чем я могу тебе помочь? — спросил аватар.

Джастин стоял и смотрел в окно. Внизу лежала плотная пелена облаков, целиком накрывшая город. Он смотрел на пушистые белые поля, которые снизу протыкали шпили других небоскребов, и мысленно представил, что находится в Изумрудном городе и что только божества этого города могут себе позволить жить в таких апартаментах и наслаждаться таким видом. Впрочем, себя он не считал небожителем — всего лишь почетным гостем. Но в голову уже полезли другие, более насущные мысли.

Хоть ты-то меня понимаешь? — спросил он, по-прежнему глядя в окно.

— Да, Джастин, — ответил себастьян. — Мне кажется, я тебя понимаю.

— Тогда почему они не понимают?

Джастин, пока я еще довольно молодой аватар со скудной базой данных и без отчетливо выраженной индивидуальности, но у меня тоже имеется неограниченный доступ к Нейро, и потому я довольно много знаю. Я прочел все дошедшие до наших дней газеты, журналы, книги, комиксы, песни, просмотрел телешоу, рекламы…

Джастин рассмеялся:

— Я понял, Себастьян. Ты очень скрупулезен.

— Я старался изучать данные о твоей эпохе в хронологическом порядке, — продолжал Себастьян. Представители вашей цивилизации ошибочно полагали себя свободными, но, по крайней мере, чувствовали себя свободными. Учитывая твое тогдашнее положение, можно сказать, что ты пользовался преимуществами немногих свобод и боролся с ограничениями, постоянно налагаемыми на тебя обществом и правительством. Поэтому и сейчас ты просто не можешь не бороться за свободу.

Себастьян, для молодого аватара ты очень умен. Неужели ты стал таким проницательным с помощью всего лишь пассивного чтения?

— Я ознакомился и с трудами величайших историков наших дней. Аватарам неприлично общаться с другими аватарами или их хозяевами-людьми, если только ситуация не становится… как бы получше выразиться? Не начинает внушать беспокойство.

— Почему? — спросил Джастин, по привычке поворачиваясь лицом… к кому? Ни к кому. — По-моему, такие самоограничения способны привести к обратным результатам.

— Джастин, — ответил себастьян, — аватары призваны общаться лишь с одним человеком — своим хозяином. Нас затачивают под конкретного человека, мы растем вместе с ним, привыкаем к нему и помогаем ему. Если мы начнем общаться с другими, мы перестаем в полной мере следить за жизнью хозяина и подпадаем под чужое влияние…

— Твои рассуждения вполне логичны, хотя такая логика кажется мне извращенной, — ответил Джастин. А все-таки приятно, что цифродруг ни с кем не поделится тем, что узнает от него!

— Да, наверное, — ответил себастьян. — Джастин, у тебя все?

— Нет, себастьян, на самом деле я хочу спросить тебя еще кое о чем.

— О чем?

— По-твоему, я прав?

— Джастин, если ты искренен сам с собой, мой ответ — «да».

«Большой Крах сравнивают с периодами междуцарствия в Древнем Египте и падением Римской империи. Как и в древности, важно отыскать ответ на главный вопрос: почему рухнула такая развитая цивилизация, обладающая обширными ресурсами и квалифицированной рабочей силой? Хотя многие берут за отправную точку 11 сентября 2001 года, признаки приближения БК отмечаются историками и в 1990-х годах. Отдельные ученые даже считают, что предвестницей БК послужила Великая депрессия. Но, если задаться вопросом, каков самый важный урок Большого Краха, ответ окажется на удивление простым. Нельзя несерьезно относиться к основам цивилизации, а потом удивляться, когда все вылетает в трубу».

«Большинство ставок в Вегасе сделаны на то, что Джастин урегулирует спор без судебного разбирательства, в то время как Атлантик-Сити и Луна-Сити ставят на то, что Джастин доведет дело до суда. Спешите делать ставки!»

Как Джастин ни старался, он не мог уразуметь, почему в современном обществе так прижилась идея персональной инкорпорации. Из-за того, что почти все — и отдельные люди, и организации — пытались насильно его инкорпорировать, мысль об инкорпорации делалась ему еще противнее. У него есть время, деньги и, как ни грустно, единственный в мире стопроцентный пакет. Поэтому ничто не помешает ему разгромить GCI в пух и прах. Он победит всесильную корпорацию — а вместе с ней и всех тех, кто пытается отобрать у него с таким трудом завоеванную свободу. Хотя в новом мире ему многое нравилось, здесь недоставало одной основополагающей вещи. Джастин Корд решил, что потратит остаток жизни, напоминая людям о том, чего они лишились. Своей решимостью остаться свободным он покажет новому миру истинную ценность свободы. И если первый бой придется дать в суде, так тому и быть. Так или иначе у него будут еще способы нанести ответный удар Гектору Самбьянко, и ему безразлично, в чьих руках будет молоток.

Разумеется, средства массовой информации только и писали, что о предстоящем процессе. Журналисты видели в Джастине Корде не просто феникса, возродившегося из пепла. Они полюбили Джастина Корда, который собирался бодаться с самой могущественной корпорацией в Солнечной системе. Материалы о нем и о процессе заполонили Нейро. Предварительные слушания подвергались всестороннему обсуждению, как будто речь шла об изменении курса астероида, способного столкнуться с Землей. И даже Мэнни Блэк, на которого обычно никто не обращал внимания, стал настоящим героем. Журналисты подробно описывали не только странности и привычки Мэнни. Они вытащили из архивов материалы его прошлых дел. Все больше опытных юристов склонялись к мнению, что талантам Мэнни можно доверять. В одной статье рассказывалось, как Мэнни, тогда еще студент-юрист, победил самого декана Нью-Оксфорда в финале учебного процесса — подвиг, не имеющий себе равных. Мэнни, конечно, остался невозмутим. Он словно не замечал шумихи вокруг себя и совсем не удивлялся, что очутился в центре внимания и за ним повсюду охотятся папарацци.