Александр Казанцев - Озарение Нострадамуса

— Вам повезло, ребята, — начинаете воевать, а пули вам пока не грозят, конечно, в том случае, если выполните задание.

Трудно было не понять намек помпотеха, и выполнять его приказ принялись с редкой энергией и даже азартом.

С пустыми руками никто не вернулся. Оказывается, в Москве были золотые россыпи запасных частей к автомобилям. Всегда дефицитные, они валялись без использования и были изъяты, по закону или без закона, но на нужды фронта ярыми офицерами Званцева.

Ремонтная работа на лужайке в Перловском лесу закипела. Восстановленные автомобили один за другим отправлялись в Серпухов, где, сам едва сформировавшийся, запасной саперный батальон формировал и сразу отправлял на фронт мотосаперные батальоны.

Однажды на лужайке оказался грузовик откуда-то с севера. Вместо задних колес у него были гусеницы. Вездеход!

Формируемым батальонам вездеходы не требовались, но Званцева он очень заинтересовал. Он долго в раздумье смотрел на гусеницы, и в его воображении маленькая юркая танкетка на гусеничном ходу отделилась от грузовика и помчалась… навстречу немецкому танку. Еще мгновение, и она взорвалась вместе с ним.

«Камикадзе!» — мысленно воскликнул Званцев. Решения он принимал мгновенно, и, подозвав к себе бригадира слесарей танкиста Курганова, приказал ему заменить гусеницы у вездехода на колеса, а гусеничный ход превратить в самостоятельно действующую танкетку.

— Так какой же у нее привод будет? — удивленно спросил Курганов.

— Электрический, — не раздумывая, объявил Званцев.

Курганов с сомнением покачивал головой:

— А где ж двигатели взять?

— Достать электродрели, — мгновенно решил Званцев, — и вместо сверл приладить зубчатки, чтобы вращать гусеницы. Сумеешь?

— Как не суметь, ежели надобно, товарищ военинженер. Только прикажите Печникову дрели достать. Он все может.

— Это верно, — согласился Званцев. — Печникова ко мне.

Печников не подкачал, и требуемые дрели в тот же день были у бригады Курганова. Званцев прикомандировал к нему инженера Савочкина, чтобы тот решал все технические задачи при переделке гусеничного хода в танкетку.

И танкетка через день была готова.

Ее отвезли во двор соседнего завода, примыкавшего к Ярославскому шоссе, где решили испытать импровизированный электропривод из электродрелей, ловко прилаженный умельцами.

Званцев пошел согласовывать с дирекцией завода свое вторжение на их территорию, а когда вернулся, увидел смущенные лица своих помощников. Гадко пахло горелой изоляцией.

— Не терпелось ребятам, они и включили дрели, — объяснил Савочкин. — Конечно, я недоглядел. Вину на себя принимаю.

— Объявляю вам, воениженер Савочкин, благодарность за быструю сборку танкетки и строгий выговор за вопиющую техническую неграмотность. Включать электродвигатели дрелей на полное напряжение под нагрузкой, когда танкетка еще стоит, — это пережечь их пусковым током.

— Нужен трамвайный контроллер, что ли? — заметил подошедший инженер Зубков, человек дотошный и неторопливый.

— Возьмем любой трамвай на абордаж! — воскликнул подошедший юный Куцаков.

— На абордаж проблему будем брать, а не трамваи — ответил Званцев.

Через полчаса он уже шел по знакомому двору Всесоюзного электротехнического института.

Вот и машинный корпус, где они с Иосифьяиом, теперь профессором и доктором технических наук, создавали электрическое орудие.

Званцев вошел в знакомый зал испытаний, поражавший всех своей высотой. Он привычно взглянул наверх и под потолком на уровне третьего этажа увидел чьи-то болтающиеся ноги. На трапеции под каким-то жужжащим летательным аппаратом сидел Иосифьян. Он закричал Званцеву:

— Саша! Здорово! Каков электролет? Подняться может насколько позволит провод. Здесь потолок низкий. А с высоты можно и неприятельские позиции разглядывать, и артиллерийскую стрельбу корректировать, — говорил он, плавно спускаясь на пол. — Понимаешь? Сделать — пара пустяк! Обыкновенный электродвигатель. Статор и ротор свободно вращаются в разные стороны, а к ним приделаны два пропеллера. Вот и все!

— Обещающе, — заметил Званцев. — А я за тобой, Андроник. Дело как будто большое затевается.

— Большое дело люблю!

— Тогда поехали. Машина у ворот.

Иосифьян стоял во дворе завода, приютившего военных ремонтников, и рассматривал злополучную танкетку. Солдат-механик заменял сгоревшие электродрели новыми.

— Как бы опять не сгорели, — беспокоился он.

— Зачем сгорать? Пара пустяк сделать! Менять напряжение надо. С малого начинать при трогании с места.

— Без реостата? — усомнился Зубков. — А мы уже хотели подставки мастерить, чтобы гусеницы сначала раскрутить, а потом на землю опустить.

— Зачем подставки? Зачем реостат? Автотрансформатор лучше.

— Где ж его взять, товарищ профессор? — спросил Печников.

— И искать не надо. Видишь, стоит без дела синхронный двигатель, местный, заводской. Мы его взаймы возьмем. На ось ротора рычаг приладим. По статору ток пустим, с ротора любое напряжение снимать будем, рычаг поворачивая. Понимаешь? Пара пустяк!

Званцев распорядился немедленно выполнить замысел Иосифьяна, оказавшийся решающим. Танкетка, едва ее подключили к заторможенному ротору, плавно двинулась с места.

Иосифьян с мальчишеским увлечением разгонял и поворачивал ее, направляя ток то в один, то в другой привод гусениц.

— Теперь можно показать, — решил он.

— Кому показать? — удивился Званцев.

— Это уж мое дело! Связи — двигатель прогресса!

К опушке примыкающего к Перловке леса одна за другой подъезжали машины высоких начальников.

В составе комиссии, созданной по настоянию Иосифьяна, прибыли наркомы электростанций и электропромышленности Ломако и Кабанов, два генерала и полковник Трепаков из штаба Московского военного округа, и, что особенно было важно, помощник Маленкова, заместителя председателя ГКО, Государственного Комитета Обороны, высшего органа власти военного времени, возглавляемого самим Сталиным.

Маленькая электроторпеда стояла в укрытии на краю опушки с возвышающимся над нею огнеметом.

Синхронный двигатель на деревянной раме поместили около осветительного столба, и электрики подсоединили к проводам статор иосифьяновского автотрансформатора.

Званцев докладывал комиссии свой замысел защиты от танков московских улиц с помощью демонстрируемой электроторпелы, выскакивающей из укрытий.

Иосифьяи держал в руках рычаг придуманного им устройства. Рядом у пульта управления стоял дотошный и осторожный инженер Савочкин.

Танкетка лихо выскочила на середину опушки, виляя и уклоняясь от воображаемых разрывов снарядов.