Скотт Вестерфельд - Особенная

Вокруг нее быстро образовался круг людей.

— Не двигайся! — сказал кто-то грубо.

Тэлли застонала.

В основном были красавчики. Они были такими возбужденными, словно стая кошек окруживших добермана.

Будь ей не так больно, она бы засмеялась им в лицо.

Но поскольку все было иначе, Дымники приняли ее молчание как знак того, что Тэлли сдалась.

Она проснулась в обитой войлоком палате. Вокруг пахло так же, как и в обычной больнице: повсюду витал неприятный аромат лекарств и немытых тел. Тэлли покрутила головой и заметила, что стены были очень длинными, и у большинства палат не было дверей.

Наверное, они были спрятаны под обивкой стен и легко выдвигались. Белый свет, вероятно, служил для расслабления.

Тэлли села и потерла ноющие плечи. Они все еще болели, но прежняя сила к ним вернулась.

Однажды, на тренировке Шэй сломала руку Тэлли, чтобы продемонстрировать ей эффект самовосстановления. Потребовался целый час, чтобы Тэлли вновь смогла почувствовать себя нормально.

Она вытащила ноги из-под одеяла и в изумлении замерла.

— Вы издеваетесь, — пробормотала Тэлли.

С нее сняли спец-костюм и нарядили в розовую сорочку в цветочек.

Тэлли яростно сорвала с себя ужасную одежду и ногой запихала ее под кровать. Лучше уж быть голой, чем смешной.

На удивление от того, что с нее сняли спец-костюм, ей стало легче. Хотя тот впитывал в себя пот, ничто не могло сравниться с реальным душем.

Тэлли только начала растирать кожу, как поняла, что она одна в этом месте.

— Привет. — Сказала она комнате. Ответа не последовало.

Тэлли всмотрелась в стену. Лишь при тщательном рассмотрении можно было заметить, что в нее вставлены тысячи микро-линз. Это значит, что врачи могут наблюдать за ней под любым углом.

— Эй, народ, я знаю: вы меня слышите. — Сказала Тэлли.

Молчание. Тогда она со всего размаху ударила кулаком об стену.

— Ай, — воскликнула Тэлли, тряся рукой в воздухе. Такое впечатление, что стена сделана из чего-то, что прочнее камня — керамика, наверное. Она испустила тяжкий вздох и вернулась на кровать, потирая ушибленные пальцы.

— Пожалуйста, будьте осторожны, молодая леди, — прогремел голос. — Вы можете навредить себе.

Тэлли взглянула на свою руку. Она даже не покраснела.

— Я просто хотела привлечь ваше внимание.

— Внимание? Хм. Где ты сейчас находишься?

Тэлли закатила глаза. Что может быть противнее таких голосов? Нет, дело было не в интонации: она была глубокая и чувственная, словно с Тэлли разговаривал психолог. Просто она представила, как группа врачей сейчас сидят за стеной и вносят ее ответы в базу данных компьютера.

— Ну, вообще, я в огромной комнате без двери. — Сказала Тэлли. — Я что, нарушила какой-то закон?

— Вас удерживают здесь, так как вы представляете возможную опасность для себя и других.

Тэлли вновь закатила глаза. Когда она выберется отсюда, то будет НАМНОГО больше, чем «возможная опасность».

Но Тэлли сказала лишь:

— Кто, я?

— Вы спрыгнули с утеса, с несоответствующим для подобных случаев, оборудованием.

У Тэлли отвалилась челюсть.

— Вы хотите сказать, что это я виновата?! Я только разговаривала со старым другом, как появились эти психи со стрелами! А что мне нужно было делать? Стоять и ждать пока меня похитят?

Голос сделал паузу.

— Мы как раз просматриваем видео с места событий. Признаться, у нас имеются некоторые элементы, которые могут затруднять жизнь. Мы приносим вам свои извинения. Раньше они никогда не вели себя столь ужасно. Будьте уверены, мы с ними поговорим.

— Поговорите? Как вы намерены это сделать? Почему вы не запрете кого-то из них, вместо меня? В конце концов — я потерпевшая.

Еще одна пауза.

— Мы это выясним. Могу я спросить ваше имя, город, откуда вы приехали и как зовут вашего «старого друга»?

Тэлли кожей чувствовала датчики в стене, которые отслеживают малейшие колебания ее сердцебиения и дыхания.

Она сделала пару вздохов, усмиряя гнев. В конце концов, они могут хоть целый день проверять ее, эта машина не сможет определить ее ложь.

— Меня зовут Тэлли, — осторожно начала она. — Я сбежала с севера. Вообще, я слышала, что вы парни, дружелюбны к беглецам.

— Мы приветствует эмигрантов. Согласно Новой Системе мы позволяем любому желающему приобрести гражданство в Диего.

— Новая Система? Так вот как это называется? — Тэлли закатила глаза. — Да, отлично. Новая Система позволяет удерживать людей только из-за того, что те убегали от психов. Я уже упоминала про стрелы?

— Будьте уверены, вы находитесь здесь не из-за ваших действий, Тэлли. Это скорее касается определенных морфологических нарушений.

Несмотря на свой контроль, вспышка гнева прошлась по ее телу.

— Что?

— Ваше тело сделано из очень прочного керамического скелета, зубы и ногти слишком острые, ваши мускулы намного больше и сильнее любых других.

С чувством отвращения, Тэлли наконец поняла что произошло. Думая, что она получила серьезные травмы, врачи принесли ее сюда, и в процессе обследования обнаружили ЭТО. Наверное, власти не на шутку насторожились.

— Я не понимаю, о чем вы говорите. — Тэлли попыталась состроить невинность.

— Так же присутствуют определенные структуры в вашем мозгу, предназначенные изменить поведение. Тэлли, вы когда-нибудь страдали от внезапных вспышек гнева или эйфории, от чувства превосходства?

Тэлли глубоко вздохнула.

— Я страдаю только от того, что меня заперли.

— Почему у вас шрамы на руках, Тэлли? Кто-то с вами что-то сделал?

— Что? Со мной? — Тэлли засмеялась, водя пальцами по шрамам на руках. — Там, откуда я родом, это просто писк моды!

— Вы не можете знать о том, что они сделали на самом деле. Для вас это кажется вполне естественным, но это не так, Тэлли.

— Но они только… — Тэлли покачала головой. — После всей этой ужасной хирургии, которая происходит тут у вас в городе, вы волнуете из-за каких-то шрамов?

— Мы волнуемся по поводу вашего умственного состояния.

— Не надо говорить со мной об умственном состоянии! — прорычала Тэлли, плюнув на свое спокойствие. — Я хотя бы людей не запираю!

— Вы понимаете политические споры между своим городом и нашим?

— Политические споры? — переспросила Тэлли. — Какое они имеют отношение ко мне?

— Ваш город имеет историю опасных хирургических экспериментов, Тэлли. Вкупе с нашей историей о приюте беглецов, это часто вызывают дипломатические конфликты. Появления Новой Системы все только ухудшило.