Сергей Калашников - Хозяева Прерии

– Такие же проблемы и здесь возникли, – второй офицер плотнее и выглядит старше. – Мы захватили полосу для посадки челноков и приняли сразу целый батальон. Потом госпиталь срочно перевозили на поверхность и разворачивали, да наших людей из рухнувшего корабля доставали, а потом, когда пришёл челночкам нашим черёд лететь на орбиту за подкреплением, то первый же пилот сначала попытался сломать шасси, но не вышло у него. Зато остальные сообщили, что навигация у них поотказывала. А уж почему, уверенно не скажу. Может быть, посмотрели на руины города? Или из-за сбитых вертушек? Летуны-то не больно нам, топтунам, объясняли свои мотивы.

– Так, что, выходит, сдулась наша дивизия, как воздушный шарик, так и ничего не сделав?

– Нет, Миша, тут за перевалом успели набедокурить. Правда большинство ракет по целям не попало, грохнулось рядом с посёлками и местных жителей о предстоящем визите предупредило. А они помирать оказались несогласными, и давай отстреливаться. Один взвод вообще в воздухе перебили, другому купола пожгли напалмом с самолёта. Ну и вообще устроили войнушку типа кошки-мышки. А тут тебе ещё и слоносвиньи, и носороги и тигры саблезубые – в каждом ландшафте у аборигенов, оказывается, свои союзники имеются. Плюс к тому сами люди к оружию привычны, да ещё и передвигаются скрытно просто по жизни, чтобы этим же самым союзникам уступать дорогу ещё до того, как будут обнаружены.

А теперь выяснилось, что есть среди старожилов несколько человек, у которых родные погибли. И парни эти нашего брата выслеживают и отстреливают. При полном попустительстве властей, заметь. Так что ношение формы или любой её детали по ту сторону Большого Хребта – дело рискованное.

– Да уж, планетка не курортная. Так что с нашей дивизией происходит? Никак в толк не возьму. Слухи идут, что масса народа демобилизуется, а что со штабом, с командиром?

– Геркон наш, как почуял, что пассивное сопротивление личного состава нарастает, словно снежный ком, сразу на здешнюю военную базу подался, тем более, что местные как-то умудрились грохнуть портал и связь с центральным командованием исчезла. А уже через пару часов прошла отмена боевого приказа и поступило распоряжение вести себя выдержанно и действовать по обстановке с целью сохранения личного состава. Ну мы сразу поняли, что комдив с завязки соскочил и не меньше литра залил за воротник. Сидим, понимаешь, по сторонам озираемся. Чуть погодя на полосу сел транспортник не из наших – чисто атмосферный самолёт, а оттуда с полдюжины парней вылезли и утопали в город. Вскоре поймали местную передачу, что, мол, кончаем войну. Только диктор нас выродками обозвал, но велел не трогать, потому, что мы и убить можем. Дал, в общем понять, что как дерьму относится.

– Знаешь, Коля, слышал я это выступление, и на Степана этого Асмолова, сердца не держу. Ты бы посмотрел через прицел на ребёнка, кормящего кур, тоже бы себя говном почувствовал. Ну ладно. Проехали. Так мне сказали, если я рабочее место и пристанище себе найду, меня сразу демобилизуют. Ну я посмотрел в сети предложения, так тут в основном в батраки зовут. Как-то некузяво выходит на дядю ишачить, никакого резона не вижу наниматься.

– А ты Миша хотел в брокеры или в дилеры? А то, может, в менеджеры? Таких желающих сейчас и своих тут с избытком хватает, потому что куча предприятий разорена. Правда электриков или механиков или других профессий ребят тоже берут охотно и на верфь и в ремонтные мастерские. Авиатехников особенно ценят, но их со службы не больно-то отпускают. Опять же спасательную службу формируют и на военную базу кое-каких спецов переводят. Нам-то, крылатой пехоте, по профилю тут не устроиться.

– Слушай, Коля, а кто тут всем заправляет? Может, в охрану к нему попроситься? Чай на немаленькое жалование можно рассчитывать? Неохота мне с мотыгой под здешним солнцем горбатиться.

– Ты только за стул держись, чтобы не упасть со смеха. Здесь нынче Представитель Президента оказался на вершине, а только не знаю, как это вышло, но комбат его видел – пацану лет восемнадцать. По всему выходит, что – охрана ему без надобности, потому что, как и все местные, он ружья из рук не выпускает. Ну, да ты таких много видел.

– А почему такого молодого решили наверх посадить?

– Никто и не решал, он сам как-то просочился, и вдруг оказалось, что это всех устраивает. Вот понравился чем-то народу такой диктатор. Законным путём его не сместишь, перевыбрать тоже не получается, потому что он – должностное лицо назначенное на этот пост приказом. А отдать отменяющий приказ здесь некому. Только он сам и имеет право себя уволить и назначить на это место кого-то другого. Казус, понимаешь! Но только местные это положение дел одобряют и, ты не поверишь, слушаются этого юношу.

– То есть получилась монархия? Если этот парень назначит своим преемником собственного сына, то называйся он хоть Представителем Президента, хоть кациком, наследование власти обеспечено. Знаешь, Коля, это даже интересно, пожить при царизме. Я про такое только в книжках читал. Ну, а как он правит?

– А фиг его знает как? Чтобы кого-то казнил или миловал, таких слухов не было. Похоже, сам живёт и другим даёт.

Офицеры расплатились наличными и ушли. Стёпа обменялся взглядами с Захаром и Тархом. Улыбнулись. Тарх не заметил, наверное, но его напарник и Делла с мужем давно распределили зоны наблюдения и не забывали поглядывать на то, что происходило вокруг. Царь ты или диктатор, Прерии наплевать.

После получения столь исчерпывающего и непредвзятого описания происходящих событий, прослушанного на веранде с мороженным, Степан принялся за анализ ситуации на планете с лёгкой отстранённостью. Ведь трудно не понять, что его разыгрывают. Не в смысле – шутку с ним шутят, а словно козырную карту приберегают для главного хода игры.

И что же это за игра? А главное, что же это за ход?

Выходит, всё дело в портале. Вдруг он откроется?! И тогда при возобновлении контакта с метрополией все окажутся белыми и пушистыми, потому что при возникновении затруднений подчинились представителю главы государства. То есть, если кому-то там наверху что-то не понравится, то сразу понятно, к кому следует предъявлять претензии. К нему, Представителю Президента. Так что и командир базы, и комдив и всё чиновничество дружно взвалят на Степана ответственность за любые прегрешения, допущенные им.

Именно поэтому, пока он не производит реорганизаций или кадровых перестановок, все довольны. Так что космодесантную дивизию он расформировывать тоже не будет. Посадит её, похудевшую но, сохранившую структуру и технические службы, на остров Полигон – там полоса для челноков почти не растрескалась, так что нужно будет подремонтировать её. Но об этом надо потолковать с дядей Ляпой. Как то он отнесётся к тому, что на территории акционерного общества "Морковкин и К" рядом с его любимой ростовой появятся парки, мастерские и штаб воинской части?