Сергей Калашников - Хозяева Прерии

– А о своём будущем подумать ты, как всегда, позабыл. Тебе ведь предстоит политическая карьера и необходимо взвешивать последствия собственных высказываний.

– Да ну, пап, какая карьера!? Утрясётся всё, и я вернусь туда, откуда прибыл. Там важные дела затеваются. Деллка займётся работами с арбузами, а я ей предметные стёкла буду протирать. Детишек заведём и позовём вас с мамой с внуками потетёшкаться. Ну сам посуди, нафига мне политика? Ты просто не представляешь себе, как тут интересно!

Папа как-то увял и попрощался. Стёпа взглянул на стоящего рядом с ним связиста и на диктофон в его руках:

– Записали, что я наговорил?

– Да. Сейчас запустим фонограмму на трансляцию по кольцу, пока кто-нибудь из редакционной студии не перехватит канал вещания.

Ещё не дошёл от башенки с радиоаппаратурой до окраины Белого Города, как получил на визоры вызов от Деллы. Она обругала его охальником и велела добавить в оповещение, что летательным аппаратам летать над планетой опасно, пока небо не будет разминировано. Пришлось срочно возвращаться и наговаривать добавку к предупреждению на диктофон, дождавшись конца воспроизведения предыдущей записи, в которую, как выяснилось, попал и разговор с отцом. Вот почему жена ругалась таким радостным голосом! Он же сказал, что хочет детишек завести. Ей это заявление понравилось, а вот трансляция на всю планету – смутила почему-то.

Он же добрался, наконец, до рабочего места Представителя Президента и первым делом распорядился, чтобы всех впускали и выпускали беспрепятственно – не хватало ему ещё хлопот с пропусками-допусками, тем более что нет вокруг никого. Так что автоматику дверей просто перевёл в положение "незаперто". Естественно, поскольку сотрудников аппарата в здании не было вообще, то пришлось коннектиться со служебными программами самому, благо допуск у него самый высокий, и приоритет безусловный.

А потом взялся за первоочередные дела. Надо срочно приводить в рабочее состояние космопорт и принимать вояк с орбиты. Для этого с севера следует подогнать сейнер, на котором доставить работников стартово-посадочного комплекса и начать работы по очистке посадочного стола и приведению его в порядок.

Благо, население начало понемногу появляться в сети и он связался с тем самым дядькой, что так активно мельтешил вокруг него в день, когда он тут организовывал выход на учения формирований федеральной милиции. Они тогда обменялись контактами, а сейчас этот человек оказался в том самом лагере, куда отправилось и воинство, и празднующие. Деятельный мужик и толковый, быстро всё организовал.

Потом Рустамка-каботажница через визоры пристала с вопросом, где разместить больных из городского стационара, которых у неё два битком набитых сейнера стоят на якорях в бухте в устье ущелья Бедного Йорика. Растерялся. На месте корпусов медгородка теперь ведь сплошные развалины, а он, лопух, тогда, организовывая отвод из-под удара городского населения, даже не вспомнил о людях, находящихся на излечении! И что сейчас делать не знает.

Оторвал взгляд от монитора, а в кабинете офицер стоит, похоже – космодесантник. И смотрит на Степана. Прямо так ему и выдал:

– Здрассте! Ну и где мне разместить стационарных больных, что трое суток вместе с персоналом болтались в море на сейнерах? – вот так в лоб и спросил, со злостью даже.

– Э-э, в гостиницах можно.

– Так что господин военный, извольте распорядиться, чтобы бойцы с носилками срочно прибыли на причал, а разведку свою отправьте на набережную, где у нас лучшие отели, выбрать и подготовить помещения к приёму немочных. Да извольте кого-то из медиков с ними направить, чтобы понимал в вопросе, а не просто бойцов. Ступайте!

– Разрешите спросить. Я получил приказ о перемирии, а вы ведёте себя с нами, как с пленными. Возможно, я чего-то не знаю, – офицер смотрит ехидно.

– Перемирие не означает, что безделье! Извольте потрудиться в устранении затруднений, в создании которых приняли участие. И, прежде всего, давайте, разберёмся с транспортировкой и размещением пациентов разбомбленной больницы, – Степан снова обратился к девушке через визоры. – Рустамка, сколько у тебя лежачих?

– Одиннадцать. Я слышала ваш разговор. Через семьдесят минут ошвартуемся у причала набережной, но ненадолго, нам надо уйти до начала прилива.

– Вы поняли, военный? Поторопитесь. И пришлите связистов, у меня всего двое, а нужно сочно восстановить работу радио и телевидения. Энергетиков среди Ваших людей всё равно не найдётся, так что не будем терять времени.

Ушёл офицер неохотно, но Степану было не до него. Он уже искал работников электростанции, энергохозяйства и своих друзей-диспетчеров. Транспорт нужен, как воздух, и прежде всего, воздушный. Беличье колесо руководящей работы набирало обороты, и дальнейшее воспринималось, как в калейдоскопе.

Делла появилась и сообщила, что небо разминировано, а связисты протянули прямо кабинет шнур от микрофона и сказали, что теперь отсюда можно вещать на волну Тамтам радио. Суда с больными разгрузились и побежали на север к лагерю горожан. Работники космодрома прибыли на пирс, расположенный южнее посёлка рыбаков и уже находятся в пути к месту работы. Потом в кабинете появился тот же офицер и пристал с вопросом о том, можно ли поднимать челноки с аэродрома.

Над городом расправила свои угольные крылья бархатная топическая ночь, а Степан терзал аппаратную военной базы, выясняя, что там нынче по поводу расхождений в данных навигационных приборов, проспался ли Георгий Константинович, поскольку космодесантники не вполне уверены как им следует относиться к распоряжениям представителя местной администрации без команд с его стороны. Но бойцов с аэродрома на космодром отправили, потому что насадившийся на посадочный стол корабль следовало разделить на части и оттащить в сторону.

Ассамблейцы подошли, принесли своих раненых в военный госпиталь, разместившийся в школе. Клубок событий рос, наматывая на себя слой за слоем проблемы, возникающие одна за другой. Председатель ассамблеи и пара его помощников прямо отсюда из кабинета связывались с кем-то через визоры и что-то решали, потом появился дядя Ляпа и занялся тем же. Ещё несколько человек появилось, но они не мешали, так что внимания на них не обращал.

Выяснилось, что вертикальник, севший на ровное дно котловины северо-западней города, требует для старта большого объёма земляных работ – его надо попросту окопать так, чтобы площадка под ним выровнялась, и сам он выпрямился, но для этого нужны домкраты, искать которые пришлось через радио.