Сергей Калашников - Хозяева Прерии

Четвертая группа – военные с базы. В их руках спутниковая группировка на орбите, а значит связь и доступ практически ко всей информации. При этом они, в большинстве своём, лояльны по отношению к аборигенам, как ассамблейским, так и к голозадым. И уважают командира своего Евсея Елисеича, который весьма дипломатичен, как показалось Степану. Осторожный и предусмотрительный командир обычно любим подчинёнными. То есть отсюда особой борьбы за власть ожидать не приходится. Работники этой базы с местным населением в ладу.

Горожане Ново-Плесецка ещё составляют изрядную массу. Часть их, те, что записались в федеральную милицию, и другие, праздновавшие в ночь начала боевых действий в Белом Городе, скорее всего склоны будут оказать поддержку лично ему, Степану. Если разум у них не поотшибает.

Вот, вроде, и всё. Стоп! Космодесантная дивизия. Несколько тысяч человек, спаянных дисциплиной. И ведь неизвестно, сколько у них оружия и боеприпасов. Пропажа связи с метрополией – отличный случай для того, чтобы комдив объявил на планете чрезвычайное положение и принял на себя всю полноту власти, сделавшись диктатором. Разумеется, это возможно будет сделать только тогда, когда его люди окажутся на поверхности планеты, а население выйдет из лесов и вернётся к мирной жизни.

Уничтожать население теперь не в интересах космодесантников, потому что тогда планета останется без работников, а власть обычно захватывают не для того, чтобы трудиться на плантациях и в коровниках. Хорошо, что вовремя об этом подумал.

Кстати, позиция командира местной базы остаётся выигрышной независимо от того, как распределятся портфели на олимпе власти. Прекращение возникшего противостояния сейчас в интересах всех, кто остался на Прерии.

Посадка транспортного самолёта на аэродром прошла без приключений. Выйдя по наклонному трапу, опущенному с кормы, Стёпа с интересом осмотрелся. Все стояночные площадки заняты. Кроме привычных силуэтов самолётов и коптеров, которых немало скапливалось здесь и в обычные времена, приличное количество космических челноков выстроилось довольно плотным рядком, обнесённым со стороны края летного поля наскоро собранным изо всего, что попало, забором.

– Это они от повреждений пулями при обстреле защищаются, – была первая мысль. Бойцы местных формирований, что ушли якобы на учения на запад к горам, таким образом выражают своё неудовлетворение по поводу разрушения их домов и гибели в них тех, кто не смог уйти на праздник в Белый Город. Сейчас здесь пустынно. Умиротворители не маячат на открытой местности, предпочитая укрываться за стенами служебных построек. Видно, что в оконных проёмах уложены мешки и кое-где торчат перископы. Захватчики чувствуют себя осаждёнными. Не наблюдается тут непринуждённости в поведении.

В сопровождении телохранителей и двух связистов Стёпа прошел знакомой дорогой мимо разрушенной окраины Сити, где среди руин уже не угадаешь места, на котором располагалось кафе Фомы. – Жив ли старый кабатчик? – мелькнула мысль.

Здание школы уцелело. В нём сейчас развёрнут госпиталь. На верёвках сушатся постиранные бинты. Да, этот признак говорит о затруднениях со снабжением ярче, чем любые доклады или увещевания.

Дальше по дороге вверх по пологому склону вышел на покатую вершину холма, где среди отдельных деревьев уже и не угадаешь, под которым из них стояли они с Деллой в ту кошмарную ночь бомбардировки. А вот и каменная башенка на верху которой установлен сложный антенный комплекс, а на нижних этажах размещена аппаратура. Дверь следов повреждений не имеет, и легко открылась ключом, который не забыл прихватить с собой один из связистов.

Пока военспецы разбирались со своими примочками, Стёпа поднялся повыше, стараясь не приближаться ни к антеннам, ни к фидерным линиям, и выглянул в окошки, устроенные на все четыре стороны. Прямая видимость на вершины гор, где, наверняка стоят другие аналогичные сооружения, что ещё нужно? Наконец его пригласили к микрофону, провод от которого протянули к одному из ящиков с лампочками.

– Если нажать вот эту кнопку, то, пока держишь, звук уходит в эфир как раз на "Там-таме", пояснил техник.

Стёпа помедлил секунду, припоминая, что он должен сказать, а потом нажал на податливую пуговку.

– У микрофона Степан Асмолов. Довожу до сведения тех, кто меня слышит, что портал, через который наша планетная система была связана с Землёй, утерян. Перспективы восстановления сообщения с метрополией неизвестны.

Вторым важным обстоятельством, которое следует знать всем, является то, что дивизия космодесанта с приданными ей для усиления частями начала на Прерии операцию, цель которой – уничтожение всего населения. Предлагаю при встрече с этими выродками отдавать себе отчёт в том, какой приказ они оказались готовы выполнить.

Так вот! После надёжного установления факта невозможности связаться с метрополией командир дивизии попросил прекратить военные действия и отдал своим подчинённым приказ об отмене поставленной перед ними задачи. Со своей стороны я прошу не нападать на космодесантников, поскольку они вооружены, а гибели людей желательно избегать. Нас и так на планете немного.

Представитель Президента на Прерии скоропостижно скончался, его заместители арестованы и теперь я, Степан Асмолов, исполняю их обязанности. Код для связи со мной, – пока перечислил длинную последовательность цифр, горько пожалел о том, что не может "качнуть" её с визора.

– Найти меня можно в здании представительства в Белом Городе. Мне остро требуются сотрудники "Там-там" радио для налаживания оповещения и следователи городской полиции для того, чтобы разобраться с причинами произошедших событий, – кажется, всё сказал. Никогда бы не подумал, что говорить в микрофон – это так утомительно. Даже глаза закрываются.

Вызывной сигнал визора вернул его к действительности. Папа на связи.

– Стёпка! Ну разве можно такое прямым текстом и во всеуслышание! – не сразу и поймёшь, чего больше в отцовском голосе, радости от того, что сын жив и здоров, или недовольства от того, что он наболтал.

– Пап, как мама?

– Она тоже тобой недовольна.

– Вот и хорошо, что вы оба живы. А ничего страшного от моих речей не станет. Люди всё равно во всём разберутся, просто так будет меньше жертв.

– А о своём будущем подумать ты, как всегда, позабыл. Тебе ведь предстоит политическая карьера и необходимо взвешивать последствия собственных высказываний.

– Да ну, пап, какая карьера!? Утрясётся всё, и я вернусь туда, откуда прибыл. Там важные дела затеваются. Деллка займётся работами с арбузами, а я ей предметные стёкла буду протирать. Детишек заведём и позовём вас с мамой с внуками потетёшкаться. Ну сам посуди, нафига мне политика? Ты просто не представляешь себе, как тут интересно!