СССР 2061 - СССР-2061. Том 9

Каждому – по ребенку- андроиду, который будет смотреть на тебя огромными голубыми глазищами, улыбаться тебе и слушать…слушать…слушать.

Грузовое судно «Амальтея» несет меня сквозь темное холодное пространство к поясу астероидов. Вчера днем этот сравнительно небольшой космический корабль оторвался от поверхности Красной планеты, стремительно набрал высоту и, взяв необходимый курс, понесся вперед. В космосе любое направление кажется выбранным наугад – настолько он огромен и пуст – но, если все расчеты верны, то, преодолев более двухсот миллионов километров, мы окажемся там, где следует.

Вместе со мной летят еще четверо: капитан корабля, помощник капитана – он же специалист по автоматике – который в каком-то смысле даже важнее капитана, так как именно под его контролем работают все системы жизнеобеспечения корабля, один доброволец, ищущий приключений, а также ученый-химик, летящий за новыми открытиями.

Путь займет около двух суток, так что у меня есть достаточно времени, чтобы сделать эту аудиозапись в своем дневнике. Мне нравится читать, поэтому я включил на своем коммуникаторе функцию перевода речи в печатный текст, чтобы потом не только послушать самого себя, но и почитать то, что я наговорил. Собственно, это будет, скорее, рассказ о себе, мысли вслух, поэтому я постараюсь говорить подробно, складно и вдумчиво.

Совсем недавно, четыре года назад, состоялось знаменательное событие – первое рождение человека за пределами Земли. Это произошло во Второй марсианской колонии, на равнине Эллада, в местном медицинском корпусе. Конечно, данное событие носит элемент случайности, — так произошло потому, что в тот момент не было ни одного космического корабля, отправляющегося на Землю, и врачам пришлось пойти на риск, принимая роды в непривычных условиях. К счастью, все прошло удачно, поэтому факт остается фактом – первый в мире человек, родившийся не на Земле, теперь имеет уникальную запись в своем электронном паспорте в графе «место рождения»: планета Марс, Вторая исследовательская база. До этого название планеты никогда не указывалось, потому что в этом не было надобности, а теперь это стало актуальным.

Я упоминаю это событие в связи с тем, что видел и хорошо запомнил ту женщину и ее ребенка. Я прилетел на Марс через полгода после родов, на корабле, который затем увез их двоих на Землю. Я, в числе прочих, успел пообщаться со счастливой обладательницей здорового малыша – это был мальчик – и узнать обстоятельства его рождения. Я познакомился и с отцом. Невеста улетела, а он остался на Марсе.

Ребенок, появившийся на марсианский свет, стал для меня символом, даже знамением. Я, в силу юного возраста, не до конца представляю масштаб происходящих перемен, но даже их малой части – факта рождения человека за пределами Земли – мне оказалось достаточно, чтобы понять, насколько удивительные времена выпали на мою долю. Пожалуй, немного расскажу о себе. Меня зовут Игорь Мезенцев. Я родился… (приглушенно) Боже, для кого я это все диктую?

Я родился в Красноярске 14 августа 2038 года. Там же провел детство. Мои родители заняты в тяжелом машиностроении, работают на местном «Сибтяжмаше», который после реорганизации завален заказами для космической отрасли. В мире сейчас строится множество космических объектов – для всего этого нужна специальная строительная техника.

В общем-то, неудивительно, что я с детства мечтал о космонавтике. Родители много рассказывали мне о том, как и где будет использована производимая ими техника: в какой-нибудь точке мира будет построена взлетная площадка, затем оттуда полетят корабли к далеким планетам и их спутникам. Описания космодромов, кораблей и планет были настолько убедительными, что в детстве я просил маму рассказывать мне о них на ночь вместо сказок. Я стал мечтать о космосе.

Когда я чуть повзрослел, я задумался над тем, кем именно я хочу стать, какую профессию хочу выбрать. После некоторых раздумий я решил, что буду заниматься космоэнергетикой, поскольку без мощных источников энергии нельзя создать полноценной колонии на другой планете, и невозможен ни один космический перелет. Без энергии нет космоса. К тому же я люблю физику, так что выбор напрашивался сам собой.

В 55-м году, блестяще сдав вступительные экзамены, я поступил в Московский государственный университет космонавтики, на факультет энергетики и автоматики. Не подумайте, что я назвал сдачу экзаменов блестящей, чтобы похвалить себя. По сумме набранных баллов я оказался вторым после неизвестного мне в ту пору абитуриента по фамилии Каменев. Немного позже я познакомился с ним и должен сказать, что уже тогда он выглядел очень взрослым, а полет его мысли произвел на меня неизгладимое впечатление. Мы подружились. Теперь он, наверное, знает о космонавтике все, он замечательный инженер, невероятно работоспособный человек. Возможно, по иронии судьбы, его фамилия больше подходит для того, чтобы лететь к поясу астероидов, но он трудится на Земле, придумывая конструкции новых космических кораблей.

Итак, я оказался в шумной и торопливой Москве. Одним из мотивов поступления в университет космонавтики было то, что, в первую очередь, отсюда производился отбор молодежи для ежегодных экспедиций на Луну, орбитальную станцию между Луной и Землей или Марс. Каждой зимой или ранней весной, в зависимости от расположения небесных тел и наличия транспорта, четверо ребят отправлялись в свои путешествия. Причем шанс полететь был у каждого, кто учился на курсах с третьего по шестой, поскольку брали по одному студенту с каждого курса. Возможность ярко проявить себя предоставлялась в любом возрасте, нужно было лишь проявить желание и умение.

В январе 57-го пришла пора назвать счастливчиков, которые сменят на своем посту предыдущий квартет студентов, возвращающийся из космоса примерно через месяц. Ректор университета выступил с небольшой зажигательной речью. Потом назвал имена четырех достойнейших, начав со старших. А затем случилось то, чего никто не мог ожидать: ректор внезапно заявил, что в этом году летит не четверо, а пятеро. Зал оживился. Ректор объявил, что отправится студент второго курса. Часть зала разочарованно выдохнула – в большинстве своем старшие курсы; другая часть, то есть, в основном, младшие курсы, тут же, не дожидаясь слов ректора, стала аплодировать. Всем было ясно: речь идет о Каменеве. Я, кажется, не назвал его имени. Да. Его зовут Константин…

После того, как ректор все-таки произнес вслух фамилию моего друга, тот, как и предыдущие четверо, поднялся на кафедру, чтобы произнести несколько слов. Мой друг вышел и неожиданно сказал, что у него нет особого желания лететь на Марс, потому что он хочет заниматься инженерным делом здесь, на Земле, хочет проектировать корабли, но он предлагает отправить вместо себя не менее, а может и более, талантливого студента – и назвал мое имя.