Райво Штулберг - Химеры просыпаются ночью

Они остановились лишь когда выстрелы сзади стали едва различимы. Каждый понимал, что спасся только благодаря тому, что удрал. Потому выяснять, кто кого бросил и насколько это не по понятиям, никто не спешил. Между ними сразу установилась негласная договоренность: про это — ни слова.

— Нужно за подмогой к Хану, — немного отдышавшись, предложил Позитив. — А потом в «Долг» наведаемся.

— С «Долгом» воевать Хану не резон, — сплюнул Бес, — из-за нас войну не откроют, скажут, что сами накосячили — сами и разгребайтесь. Но к Хану под крыло все равно ништяк пока забиться. Скажем, что налетели, сами не в понятках, что к чему, всех пацанов порешили, только мы и остались.

— До Хана еще дойти треба, — возразил Пингвин, — возьмем шкуры сталкерни голимой — и к нему двинем. А то в нашем прикиде как раз на патруль и нарвемся.

— У барыги затаримся, — предложил Бес.

— А бабла ты нам подкинешь? — усмехнулся Паша. — Не, тут тема другая нарисовалась. У куч всегда пара салаг пасется, арты нюхает. Вот и обуем.

— Тоже ништяк.

— Тогда шевели батонами, братва.

Когда-то здешняя свалка представляла собой довольно живописное место. Но после восемьдесят шестого сюда начали привозить радиоактивный мусор едва ли не со всего Чернобыля, а потом и со всего Иванковского района. В Россохе неподалеку образовалось целое кладбище зараженной техники, принимавшей участие в ликвидации последствий катастрофы, а на свалку — одну из многих в этих местах — продолжали прибывать грузовики с отходами и прочим «грязным» мусором. Поначалу делались более-менее добротные захоронения, которые, впрочем, даже из-под земли «фонили» немилосердно. Но после второй катастрофы — уже не стесняясь — сваливали всю дрянь прямо на землю. Раскапывать могильники никто не решался. Очень скоро здесь выросли гигантские кучи, приметные издалека. Само собой, радиационный фон вблизи самих куч в разы превышал норму, а уж на вершину можно было вскарабкаться, будучи, во-первых, склонным к суициду, во-вторых — имея приличную экипировку для глубоких рейдов.

Аномальная активность в этом районе частенько подскакивала, и велик был шанс разжиться каким-нибудь артефактом — пусть часто и недорогим, но все лучше, чем ничего. Пытать удачу на самих кучах никто не решался — экипировка не та. А серьезные сталкеры, имеющие подходящее снаряжение, на свалку редко заглядывали, предпочитая добывать более дорогостоящий хабар, нежели пару Медуз. Должно быть, оттого и возникали регулярно легенды, будто на вершинах этих «фонящих» рукотворных гор скрываются целые залежи артефактов. Пусть не самых дорогих, но зато в количестве несметном. Впрочем, опровергать подобные рассказы или сказочно обогатиться на таких вот залежах никто не торопился. Сталкеры по-прежнему регулярно наведывались в эти места, бродили близ куч, иногда отстреливаясь от слепых собак, кабанов или плотей. Более грозных мутантов в этих местах никто не видел. Неприятное соседство с бандитами в нескольких километрах порой несколько нарушало стройность картины мирного сталкерского существования, но в целом существовать было можно.

Теперь Пингвин вел свою группу как раз в те места.

Не знал он только одного. Карательный отряд «Долга», жестоко подавив сопротивление в лагере, выдвинулся в сторону свалки, полагая, что там могли осесть некоторые силы бандитов. Ни для кого не было секретом, что «братки» не гнушаются грабежа «честных сталкеров», поэтому вводная для отряда была проста: «Дойти, найти и уничтожить». Командир отряда — Степан Прапорщик — рассчитывал на внезапность. Вряд ли до бандитов, обретающихся на свалке, так скоро могла долететь весть о разгроме основного лагеря, потому был смысл идти проторенной дорогой, по которой «братки» обычно держали путь домой. Заодно и «наказать» кого-то из возвращавшихся. На самой же свалке «Долг» был редким гостем еще со времен территориальных стычек, после которых было решено оставить свалку в качестве временно нейтральной полосы и перекинуться на завоевание стратегически куда более важного Медприбора.

Громады мусорных куч выросли из-за холмов и скоро приблизились настолько, что можно было осмотреть окрестности невооруженным взглядом. Как и предполагал Пингвин, сталкеров долго искать не пришлось: две одиноких фигуры медленно брели, опустив головы: что-то выискивали в траве. Один взмахнул рукой — бросил болт, убедившись в безопасности, двинулся дальше.

— Вот и голубчики, — ухмыльнулся Бес.

— Набегаем и валим, — не долго думая, предложил Позитив.

— Далеко, успеют волыны расчехлить. Пусть ближе подсосут.

Перебежали на другое место, так что теперь сталкеры двигались прямо в засаду. Небольшая ложбинка, поросшая густым кустарником, подходила для внезапного нападения как нельзя лучше. Бес разместился по центру, Паша и Позитив — с противоположных сторон. Сталкеры медленно приближались, шли прямо в «клещи». Теперь можно было различить отдельные слова их разговора.

— И давай пистолетом по столу стучать… — донеслось до Пингвина, — а пистолет вдруг как бабахнет…

Паша прекрасно знал эту «бородатую» байку о том, как бандиты после убийства в рейде своего пахана стали выбирать главного. Один из них — Стручок (хотя, погоняла могли и различаться) — так яростно двигал себя в новые паханы, что самовольно уселся за стол Главного, но сходняк справедливо возмутился, пошел кипеж. Чтобы навести тишину, Стручок принялся бить волыной по столу, а та возьми да и шарахни. Только мозги Стручка и полетели в стенку. Не понятно отчего, но сталкерам нравилась эта байка, рассказывали они ее друг другу по многу раз, сдабривая все новыми и новыми подробностями. Только это ж как нужно волыну держать, чтоб самому себе мозги выщибить…

— Руки в гору, волыны на землю! — скомандовал Пингвин и выбежал из укрытия. За ним появились Сева и Бес.

Опешившие сталкеры встали, как вкопанные, никто даже не подумал потянуться к оружию.

— Да что с ними валандаться, вали петушар! — Сева побежал вниз и ударом приклада сбил с ног одного сталкера.

— Погодь, — подоспел Бес, — шмон наведем и пусть на все стороны валят.

— Сдадут нас, сто пудов сдадут.

— Мы ничего, — пролепетал сталкер, — берите все.

— Барахло скидай и на землю! — скомандовал Пингвин.

Сталкер уставился на него: не было видано, чтобы бандиты раздевали. Хабар отнять или ботинки новые, например, — это еще понять можно. Но чтобы всю одежду…

— Скидай говорю!

— Только не убивайте, — лепетал поднявшийся с земли сталкер, размазывая кровь по разбитому лицу, — мы все отдадим, мы никому не скажем… Не убивайте… пожалуйста, пожалуйста…