Аркадий Стругацкий - Собрание сочинений в 10 т. Т. 10. Хромая судьба.

РЭБА. Еще одну минуточку. Хорошо, я готов выполнить ваши требования. Я не буду становиться у вас на дороге. Я не трону ни вас, ни ваших друзей... Но почему бы нам не пойти дальше?

РУМАТА. Что вы имеете в виду?

РЭБА. Почему бы нам с вами не заключить союз? Вы и я — ведь это была бы такая сила! Соединив усилия, мы бы все перевернули вверх дном, дон Румата! Вы только представьте себе, а?

РУМАТА. Говорите прямо, чего вы хотите?

РЭБА. Власть, дон Румата! Что может быть прекраснее безграничной власти над тысячами... нет, над сотнями тысяч тел и душ? Это сладко... это слаще обладания несметными богатствами и прекраснейшими женщинами! Я чувствую, я знаю, вдвоем мы смогли бы... Что там жалкий Цупик? Ступенька, бревно! Мы могли бы подняться на такую высоту, с которой Арканарское герцогство показалось бы ничтожной кучкой грязи... А? Дон Румата! Давайте, а?

РУМАТА. У меня на родине есть такая притча. Ворона спросила орла: Для чего ты летаешь на такой страшной высоте? — Просто я люблю парить в синем небе, — ответил орел. Врешь ты все, — сказала ворона обиженно. — Там наверняка полным-полно дождевых червей...

Пауза.

РЭБА. Понимаю. Понимаю и ценю. В конце концов вы тоже стремитесь к каким-то идеалам. И я уважаю эти идеалы, хотя и не понимаю их... А вдруг когда-нибудь пойму? Я — человек широких взглядов, я вполне могу представить себе, что когда-нибудь стану работать с вами плечом к плечу...

РУМАТА. Там видно будет... (Пристально глядит на Рэбу.) Плечом к плечу...

РЭБА. Именно! Плечом к плечу! Во имя идеалов!

РУМАТА. Это мысль. Надо подумать. Хорошо. Обсудим, посоветуемся с народом...

РЭБА. Что?

РУМАТА. Ничего... (Наклоняется к Рэбе, нюхает, брезгливо морщится.) Господи, дон Рэба! Чем это так несет от вас? Потом протухшим и еще каким-то дерьмом... Это правда, что вы никогда не моетесь?

РЭБА. Некогда, дон Румата. Государственные дела, то-се...

РУМАТА. Ну хорошо. Так я пойду. А вы распорядитесь — всех моих к воротам, немедленно...

РЭБА. Будет исполнено...

Румата идет к выходу. Рэба, забежав вперед, предупредительно распахивает перед ним дверь.

Гостиная в доме Руматы. Кира с тряпочкой и щеткой обмахивает с мебели пыль. Кира одета и причесана по-современному — по моде последней четверти двадцатого века. Входит, прихрамывая, Уно — через глаз черная повязка, на боку здоровенный палаш.

УНО. Кира, там опять эта сука пришла.

КИРА. Которая?

УНО. Эта... нарядная. Которая с доном Рэбой.

КИРА. Окана? Приглашай.

УНО. Так обед скоро. А хозяин ее не любит...

КИРА. Ничего, я ее быстро спроважу.

Уно выходит. Входит Окана в своеобычном пышном наряде, подбегает к Кире, целует ее в щеку, оглядывает.

ОКАНА. Какая прелесть! Милочка, кто это вас так надоумил? Ножки напоказ... верх до шеи закрыт... Это что, так теперь в метрополии носят? Кто-нибудь из Эстора к дону Румате?

КИРА. Нет. Это сам дон Румата. Даже сшил сам.

ОКАНА. Смело, смело... Только боюсь, что во дворце епископа... Вы знаете, какие у дона Рэбы строгие взгляды...

КИРА. Нет, конечно, во дворец в этом нельзя... Я и дома-то стесняюсь... Но Румата сказал, что так ему нравится...

ОКАНА. Конечно, конечно... Слово повелителя — закон... А прическа какая... Впрочем, что это я разболталась, я же спешу... Ехала к доне Сатарине, дай, думаю, загляну к моей душечке... Что у вас нового?

КИРА. Так, ничего... Всё по-старому.

ОКАНА. Как поживает дон Румата?

КИРА. Жив, здоров... Что ему сделается?

ОКАНА. Я замечаю, он в последнее время почти нигде не бывает.

КИРА. Ему и дома хорошо.

ОКАНА. Конечно, конечно... Епископ не одобряет светских развлечений...

КИРА. Дону Румате епископ не указ.

ОКАНА. Это не совсем так, милочка. Просто дон Рэба благоволит к дону Румате.

КИРА. Ну кто там к кому благоволит... Дон Румата свободен как ветер. Захочет — уедет, захочет — приедет...

ОКАНА. Мне сказали, что у вас сейчас гостит высокоученый отец Будах...

КИРА. Сегодня уезжает. Они с доном Руматой руду какую-то ищут.

ОКАНА. Так они оба уезжают сегодня?

КИРА. Оба. Дня на три.

ОКАНА. Какая жалость! Я так хотела пригласить вас к себе...

КИРА. Вы же знаете, дон Румата к дону Рэбе только в канцелярию ходит.

ОКАНА. Да... да... Так дон Румата сегодня уезжает...

КИРА. Сразу после обеда. Сейчас будет обед.

ОКАНА. Тогда не буду мешать... Прощание влюбленных, даже на срок короче мгновения, даже богам неуместно обременять присутствием своим... Ах, какая вы счастливица!

Окана целует Киру и выходит. Кира задумчиво глядит ей вслед. Входят Будах и Румата.

БУДАХ. «Когда торжествуют серые, к власти приходят черные...» Да. Отличная мысль. Поздравляю, дон Румата.

РУМАТА. Да мысль, в общем, банальная. Но она в какой-то степени отражает закономерности нашего мира...

БУДАХ. До чего ловко научились выражаться эти дворяне! Не обижайтесь, мой друг...

РУМАТА. Давайте присядем... Кира, принеси отцу Будаху пива.

Они садятся. Кира выходит.

БУДАХ. Собственно, само наличие закономерностей мира свидетельствует о совершенстве мира.

РУМАТА. Вот как? Вы считаете мир совершенным, отец Будах? И это после пожара в вашей библиотеке? После отсидки в подвалах дона Рэбы?

БУДАХ. Мой молодой друг, ну конечно же! Мне многое не нравится в мире, многое я хотел бы видеть другим... Но что делать? В глазах высших сил совершенство выглядит иначе, чем в моих...

Входит Кира с кувшином и стаканами, садится рядом с Руматой.

РУМАТА. А что, если бы можно было изменить высшие предначертания?

БУДАХ. На это способны только высшие силы.