Наталья Баранова - Легенда об Иных Мирах

И, понимая, что возвращение назад нереально, вдруг, тоскуя, слыша только тихие голоса товарищей, что, как и она, так же летели сквозь пространство в коконах капсул, вдруг, не отдавая отчета, не говоря ни слова, явственно и отчетливо, чувствуя только нарастающую тоску одиночества, отрешившись от всех чувств, кроме голоса сердца, позвала....

За окном бушевала гроза. Молнии причудливым рисунком расчерчивали небосвод. Пахло озоном, потревоженной зеленью. Рокот громовых раскатов не стихал ни на минуту.

Выпростав из-под тонкого покрывала руки, женщина смотрела на фейерверк, устроенный природой. Смотрела, как по огромному стеклу, заменившему комнате одну из стен, течет вода. Кроме потока воды и сияния молний, да еще того, что там, на улице, ночь, невозможно было ничего увидеть и ничего угадать.

Вздохнув, женщина заставила себя оторвать голову от подушки. Это было нелегко, во всем теле была разлита ватная слабость. И руки, и ноги, и голова не желали повиноваться, дрожа от малейших усилий. И все же она села. Спустила ноги на каменный пол, оказавшийся против ожидания теплым, словно прогретым солнцем. И задумалась.

В памяти был обрыв, провал, и последние воспоминания никак не состыковывались с этой комнатой, дождем, и громовыми, утробно ворчащими, раскатами. В памяти был рисунок созвездий и свет тройной, пустота, ощущение обреченности. В памяти, около сердца жила сосущая пустота, что рождала только сожаления.

Мотнув головой, она заставила себя подняться и подойти к окну. Прикоснувшись лбом к прохладному стеклу, женщина закрыла глаза.

– Зачем вы встали? – услышала тихий и чистый голос.

Обернувшись, поняла, что в комнате не одна. У двери, только войдя, стояла молодая девушка, невысокая, женственная, с копной золотых волос, стекавших по плечам. В голосе девушки чувствовался явный рэанский акцент, хоть говорила она на широко распространенном софрианском диалекте.

Чувствуя себя донельзя глупо, Гресси пожала плечами.

– Я на Рэне? – спросила в ответ.

– Не знаю, – ответила незнакомка, – похоже, что нет.

– Не знаете?

Девушка кивнула и, смутившись, пожала плечами.

– Глупо звучит, правда? – проговорила она, подходя к женщине совсем близко

– Ты шутишь? – спросила Гресс, опираясь на руку девушки и возвращаясь к кровати.

– Если бы, – вздохнула та.

Гресс опустилась на ложе, чувствуя, как уходят силы. Хоть диалог ее забавлял. Было похоже на детскую забаву, на игру. Другое дело, что она не была расположена к играм.

– Ну, может, хоть познакомимся, – предложила она, чувствуя неловкость оттого, что не знает имени собеседницы, – меня зовут Гресси Кохилла. Я капитан космического флота Лиги.

– Лия Ордо, – улыбнулась девушка в ответ. – И о вас я слышала. Правда, если вы Гресси Кохилла, то вы должны выглядеть старше, – заметила осторожно, – вы ведь ровесница моему отцу...

Гресс удивленно выгнула брови. Никто и никогда еще не говорил в лицо, что она выглядит слишком молодо. Работа в пространстве, изымая силы, слишком быстро унесла и молодость, взамен одарив сединой, морщинами, шрамами.

Лия молча подала зеркало. Гресс нахмурилась, но, поймав отражение, удивленно вздохнула, чувствуя, что никак не в силах поверить тому, что видит.

Из зазеркалья на нее смотрела двадцатилетняя девчонка. У девчонки были ее черты, те, что она помнила по старым фотографиям, ямочки на щеках, задорный блеск глаз, у девчонки были длинные пушистые пряди волос, сиявшие розовой медью, и не было ни морщин, ни шрамов, ни седины.

– Дали Небесные! – выдохнула она.

Лия тихонечко рассмеялась, словно забавляясь ее удивлением. Отойдя к столу, взяла персик.

– Хотите? – предложила она.

Гресс отложив в сторону зеркало, кивнула. Лия, захватив со стола вазочку с фруктами, подошла и устроилась, присев на краешек кровати. Откусив от золотистого, покрытого легким пушком мякоти фрукта, Гресс замерла.

Вкус был волшебный, мякоть сразу таяла на языке, оставляя ни с чем не сравнимое наслаждение. И все было в этом вкусе – и зной солнечных лучей и свежесть дождя и мягкость ветров, все, позабытое уже давно, так давно, что и не понять. То, от чего она отказалась, как от длинных, пушистых волос, сияющих розовой медью, ради того, что б летать, как отказалась от флера женственности, и от любви.

Вздохнув, она посмотрела на Лию.

– Жаль, – проговорила, доедая персик.

– Чего?

– Что мы не на Рэне.

Девчонка согласно кивнула головой. Гресси посмотрела на нее чуть пристальнее. У Лии были длинные пушистые ресницы, в которых так легко было спрятать взгляд, яркие, четко очерченные губы, прямой, чуть курносый нос и упрямый подбородок, что не сразу бросалось в глаза.

Когда-то Гресс доводилось видеть дочку Ордо, прошло много лет с того времени, но не узнать ее все ж было трудно.

– Спрашивать тебя, как я сюда попала, по-видимому, бесполезно, – тихо констатировала Гресс.

– Ага, – откликнулась Лия, – спроси меня, как я сюда попала, и то, наверное, ничего толком сказать не смогу.

– Одна?

Лия отрицательно мотнула головой, молча выудила еще один, покрытый золотистым пушком плод, надкусила его.

– Значит, так, – проговорила она, помолчав с минуту, – я расскажу все и по порядку. Сначала я, потом ты. Договорились?

Гресс кивнула.

– Началось все с того, что Рокше захотел вернуться к информаторию Странников, – проговорила Лия, – а два несчастных, глупых человека, коими были я и Рэй Арвис, не смогли удержаться от искушения и навязались ему в спутники. С тех пор как вся Лига поет и пересказывает, вторя Ареттару, Сагу о Странниках, появилось очень много глупцов, что готовы сломать шею, если только поманить их самим этим словом «Аюми».

– Это было на Рэне?

– На Рэне, – вздохнула Лия, – в горах. Вы, Гресси Кохилла, должны знать, где располагался горный космопорт. Теперь там база повстанцев. И самое замечательное то, что следы Аюми мальчишки – Илант и Рокше – видели где-то неподалеку. Я, когда услышала об этом, тоже размечталась сходить и увидеть все собственными глазами. Ну и пошли. Нашли пещеру, в общем, все, как и рассказывал Рокшар. Вошли, постояли, посмотрели, полюбовались на озеро. Там в пещере было озеро, вода в нем глубокая, и прозрачная, как хрусталь. Подивились, постояли, посмотрели, чудес не было и больше мы ничего не нашли, тогда решили вернуться назад, подумав, что не судьба. Вышли. Только местность вокруг не та. Сначала не поняли, потом, только к утру и разобрались. Вокруг горы не те. Да и не горы вовсе, так, долина валунов, искусная имитация под горы. В темноте, конечно, похоже, а к рассвету ясно стало, что к своим мы не выйдем. Сначала кружили, думали, может, не тем путем назад шли, а когда долину увидели, замок этот, поняли, дело не в том.