Витус Вагнер - Дети пространства

Шияары бы смогли. Чем больше я узнаю про то, как устроена Вселенная, тем меньше их понимаю. Мы бы с ними прекрасно ужились в этой системе, если бы они не стремились лишить нас возможности летать. Сейчас все эксперты убеждены, что нашу промышленность они уничтожили по ошибке. Колония была молодая и просто не успела создать себе других промышленных мощностей, кроме того корабля-завода, который пригнали с Авалона при основании колонии. А его уничтожили не потому, что он завод, а потому, что он корабль. Когда они атаковали Землю, они ограничились уничтожением исследовательского корабля на космодроме Лунной базы.

— Заметь, что ты опять всё сводишь к «летать». Попытка помешать летать в твоих глазах оправдывает войну на уничтожение против целой расы. А когда я говорю, что хочу, чтобы здесь строилось что-то летающее, ты спрашиваешь «зачем?».

— А что ты хотел? Любая свобода, она в первую очередь «для», а не «от». Что Миру Осануэва дадут собственный космические корабли, чего не дают сейчас регулярно заходящие корабли Торгфлота? Все знания Галактики мы к вам возим. Если кто хочет отправиться в другие миры набираться ума-разума, он может это сделать. Если кому-то невтерпеж летать самому, как когда-то мне, пристроиться на корабль юнгой тоже не слишком большая проблема. Даже всякую ерунду вроде земных деликатесов, и то регулярно привозим.

Во всей Галактике нет такого понятия как «свои корабли» мира. Сильверхавн и Лерна строят корабли не для Авалона и Беты, а для Торгфлота или ВКФ.

Зачем нужны корабли миру, если любой подросток в этом мире может пристроиться юнгой на приходящий корабль? Миры они и сами неплохо умеют летать по своей орбите.

Ты бы лучше организовал здесь производство флиттеров. При здешнем климате это крайне полезная вещь. Это и пассажирские рейсы в Нуэва Картахена за двадцать минут, и спасательные операции в такую погоду, когда ни один самолёт от полосы не оторвется, и обслуживание спутниковых сетей.

— А откуда ты знаешь, что флиттеров у нас нет?

— На планетах, где есть флиттеры, проходящим кораблям не предлагают разовых контрактов на замену спутников СНМ.

Жанна Рандью нажала на телефоне кнопку «ответить», поднесла аппарат к уху и услышала взволнованный женский голос:

— Здравствуйте, вы мама Мишеля Рандью?

— Да, а что случилось?

Мишель ещё пять минут назад спокойно сидел в своей комнате за компьютером и, как обычно, делал что-то абсолютно непостижимое для родителей.

— Вы понимаете, я мама Ганса Пфельце, вместе с которым ваш Мишель подрабатывает в Техническом Университете. И вот сегодня он тут выдумал такое, такое.

Жанна поняла, что толку от фрау Пфельце по телефону не добиться.

— Вы лучше приходите ко мне, напою чаем, расскажете мне с глазу на глаз. По телефону явно не получается.

Через пять минут Эмилия, наспех накинувшая куртку на домашний халат, позвонила в дверь Рандью.

Еще минут через десять, после второй чашки марсианского иван-чая (притащенного Мишелем из Клавиуса) Эмилия наконец смогла описать что произошло:

— Вы знаете, Ганс сегодня заявил, что хочет поступить в инопланетный колледж. Ваш Мишель ничего подобного не предлагал?

— Мишель, — позвала Жанна. — Иди сюда.

Когда её появился на кухне, она спросила:

— Ты в курсе, что Ганс собирается поступать в какой-то инопланетный колледж.

— Конечно. В Корадский технологический. Я тоже хотел с вами обсудить такую идею, но всё как-то повода не появлялось.

— Та-а-ак… И какие у тебя аргументы?

— Но, мама, какой мне смысл ещё пять лет таскаться в земную общеобразовательную школу, если я за это время могу вполне получить специальность, совершенно не потеряв в качестве образования. Ну ты знаешь Мару, ты представляешь, себе какой уровень общеобразовательной подготовки дает ВКА. Приличные инженерные колледжи — не хуже.

— А почему именно в этот?

— Ким вообще предлагал отправиться в Силверхавнский судостроительный. Он говорит, что это лучшая инженерная школа в Галактике. Но Сильверхавн это под Арктуром. Это значит что писать письма домой можно только с попутным кораблём. А Корада — это Марс. Письмо идет от 10 до 40 минут, и писать можно в любой момент. Опять же на Марсе у меня знакомые есть.

— Какие знакомые?

— Ну ребята из Соацерского Экотехнического, которые вместе с нами в Клавиусе работали. Они почти все возвращаются на Марс, когда у них кончится практика. Только Труди остаётся на Земле, потому что она любит Кима. Она, как раз обещала поговорить со своими родителями, чтобы мы с Гансом пожили у них. А то ещё полтора года назад там было трое детей, а теперь её старший брат женился и уехал куда-то в Копрат, и сама Труди тоже фактически вышла замуж. Остался только её младший братик.

— А позвонить этим самым родителям можно?

— Ты что, это же Марс. Какое позвонить, сейчас задержка сигнала полчаса. Можно письмо по E-Mail написать.

Эмилия взяла со стола ярко раскрашенную алюминиевую коробочку и стала машинально вертеть в руках. Точно такую же коробочку привёз с Луны Ганс. Марсианский чай. Только на том был портрет какого-то грузного мужика на фоне книжных полок и надпись довольно удобочитаемой кириллицей XX века «Иван Ефремов», а здесь был изображён явно в стиле какой-то народной художественной традиции парень в средневековой одежде верхом на волке и надпись была таким старинным шрифтом что глаза сломаешь. Мишель заметил её затруднения:

— Это «Иван-царевич», в переводе с русского «принц Иван», традиционный герой русских сказок, вроде как у нас странствующий рыцарь. Вообще у них очень любят на пачках чая рисовать каких-нибудь русских Иванов, потому что по-русски та трава, из которой делают марсианский чай называется «иван-чай». А поскольку кириллицы на Марсе никто кроме пролетающих мимо космонавтов толком не знает, то шрифт выбирают, лишь бы покрасивше, на удобочитаемость не смотрят.

— А сколько лет этой вашей Труди? — поинтересовалась фрау Пфельце, отставляя чайную коробочку.

— Марсианских что-то в районе девяти. То есть по нашему счету лет шестнадцать, как и Киму с Марой.

— И в этом возрасте она выходит замуж на другую планету?

— А что? Специальность есть, работа для экотехника по купольным городам в порт-Шамбале найдется. Всё что надо для самостоятельной жизни в бета-листе у неё сдано.

Жанна вспомнила беседу с Келли про систему экзаменов в бета-листе:

— А у вас-то с Гансом то, что надо, сдано?

— А как же! Как марсиане в Клавиусе узнали, что у нас с Гансом бета-листов нет, они насели на Кима, как на военного коменданта, то есть единственную вообще спейсианскую власть на Луне, что это непорядок.