Омбра тантум: Writober 2026. - Ива Мун

— Игнис этернус!

И под потолком палаты засветился плазменный шар, похожий на молнию, рассеивающую мрак.

— Пепельный Синод уже в пути, — спокойно сказал Мефисто тварям, выставляя клинок перед собой. — Ужин отменяется.

Тьма взвыла и заклубилась, увеличиваясь в размерах. Три фигуры слились в одну, поднимаясь к потолку и отращивая конечности, похожие на лапы. Еще секунда, и она обрушится на Мефисто и его спутников! Гелена зажмурилась, закрыв лицо руками, но тут из коридора в палату хлынул обильный серебристый свет.

— А вот и кавалерия! — облегчённо выдохнул Мефисто.

В палату один за другим вошли трое в серых плащах: высокий худой старик с длинной седой бородой, похожий на звездочёта, статная женщина средних лет с ярко-голубыми глазами и совершенно белыми волосами, собранными под капюшоном плаща в высокую причёску, и мальчик лет семи.

— Пепельный Синод, господа! — обратился Мефисто к Гелене и Фавну. — Преподобные Мнемон, Атропос и Людо, вы вовремя, как всегда.

Казалось, серебристый свет отнимал у тёмных тварей силу, потому что выросшая было до потолка фигура сдулась и снова распалась на три. Теперь они безвольно раскачивались у постели профессора, который сидел, жмурясь от яркого света и стараясь ничего из происходящего не упустить.

— Здравствуй, Мефистофель! — усмехнулся старик Мнемон. — Всё еще путаешься с экзотериками?

— По мере необходимости, — сдержанно ответил тот.

Женщина между тем прошла вглубь палаты и внимательно рассматривала съежившихся тварей, как исследователь рассматривает попавшие в объектив микроскопа организмы.

— Низшие демоны, подвид "пожиратели снов", в массе представляют высокую опасность. Кто рискнул их атаковать?

— Я, преподобная Атропос, — Фавн сделал шаг вперёд и поклонился.

— Фавн! — обернулась женщина. — Тот самый... Давно не виделись.

— Боже мой! — подал голос профессор. — Это же Атропос — одна из Мойр, богиня обратного пути, та, что обрезает жизни!

Он благоговейно сложил руки, словно узрел давно любимое божество. Но тут к нему, путаясь в полах длинной мантии, подошёл Людо — мальчик с любопытным веснушчатым личиком и рыжими кудряшками, торчащими из-под капюшона.

— Дядя, ты зачем Фавна таблетками кормил? Они же вредные! — сказал он, смущая профессора открытым детским взглядом.

— Да я вроде как и не кормил — он сам...

— Я сам, преподобный Людо! — поспешил на защиту профессора Фавн. — Попробовать хотел, чем тут людей травят.

— А, — беспечно сказал малыш, — тогда ладно, дядя, тогда живи.

Потом он повернулся к тварям:

— А вас больше не будет.

Тьма взвыла в последний раз и опала на пол лохмотьями пепла.

Гелена наблюдала за происходящим, вжавшись в стену и больше всего на свете мечтая сквозь нее провалиться в соседнюю палату. Даже если там находится буйный пациент, это не так страшно, как то, свидетелем чего она стала.

Почтенный старец обратил на нее внимание:

— Графиня Фламель, я полагаю? — величественно сказал он.

— Гелена, — тихо ответила она.

— Это несущественно, — сказал преподобный Мнемон. — Важно лишь то, что вы свидетель, единственный из мира экзотериков, и ваша помощь может понадобиться КОВЧЕГу, понимаете?

— Понимаю, — кивнула Гелена. — Я готова.

— Линблау? — спросил преподобный у Мефисто.

— Был в ординаторской. Если бойцы из КОВЧЕГа прибыли, должны были заблокировать его.

— Атропос, дорогая, пойди посмотри, что там. И ты, Людо, сходи с ней, тебе полезно посмотреть, поучиться.

Атропос кивнула и вышла из палаты, за ней вприпрыжку побежал Людо. Последним, попрощавшись с присутствующими и поблагодарив профессора за содействие, с достоинством покинул помещение преподобный Мнемон.

Гелена бессильно опустилась на стул:

— Что теперь?

Мефисто улыбнулся. Видно было, что он устал, под глазами залегли темные тени. Сейчас он не выглядел юношей, и Гелене захотелось обнять его и сказать что-нибудь тёплое и ободряющее, но она, разумеется, сдержалась.

— Собирайтесь, профессор! Скоро рассвет, нам нужно успеть на трамвай. Примерно через пятнадцать минут он будет у балкона, — сказал Мефисто. — Сначала проводим графиню, ибо ей, насколько я понимаю, нужно сдать в редакцию отчёт. А вас, любезный Матвей Поликарпович, мы, с вашего позволения, заберём с собой: после клиники под присмотром профессора Линблау вам просто необходим отдых и восстановление. Погостите у меня в Эксилиуме, сил наберётесь. У меня там прекрасная библиотека...

— С превеликим восторгом! — встрепенулся профессор. — Геленочка, вы слышите? Господин Рочестер пригласил меня в гости!

Гелена улыбнулась. Она уже представляла, как понравится профессору у Мефисто. Она и сама бы отправилась с ними, чтобы гулять в саду с единорогами и смотреть по вечерам на звёзды своего детства, но нужно было завершить дела.

Когда они вышли из палаты, увидели, как молчаливые люди в темно-синих робах с эмблемой "КОВЧЕГ" быстро и слаженно убирают осколки плафонов с пола и подвешивают новые: скоро ничто не будет напоминать о ночном происшествии. У дверей ординаторской стояли двое дюжих молодцев в темно-синей же форме, только напоминающей военную. На шевронах было то же название — "КОВЧЕГ". Сквозь приоткрытую дверь доносился истеричный голос Линблау:

—... не понимаю, о чем вы! У меня репутация, связи! Вы не имеете права! Тем более без адвоката!

— Имеем, — спокойно отвечала Атропос. — Вы обвиняетесь в систематическом нарушении Договора о невмешательстве, преступном сговоре с низшими сущностями с целью получения личной выгоды, торговле душами пациентов и нанесении невосполнимого вреда их здоровью. Это, как вы понимаете, не уголовный кодекс. Коллеги из КОВЧЕГа вам всё объяснят подробно.

— Дяденька, а вы знаете, что будет дальше? — зазвучал звонкий детский голос.

— Откуда здесь ребенок?! — взвизгнул профессор, но преподобный Людо словно не слышал.

— Всё будет очень долго и скучно. Вас будут судить, а потом посадят туда, где у вас будет много времени, чтобы подумать.

— О чём? О чём мне, профессору психиатрии, думать? Скажи, глупый сопляк! — продолжал истерить Линблау.

— О том, что нельзя отдавать беспомощных людей тьме, даже если они сумасшедшие и вам не нравятся. Или если вам чего-то очень хочется.

Тут у балкона зазвенел трамвай, и Мефисто улыбнулся:

— Оставим профессора Линблау в приятной компании, а нам с вами пора!

Подхватив под руки Покровского, они с Геленой и Фавном поспешили к балкону.

Возвращаться на волшебном трамвае в предутренних сумерках было еще интереснее. Гелена и профессор Покровский с восторгом смотрели в окна, рядом с которыми парили птицы и иногда проплывали шпили незнакомых зданий, на которые ночью Гелена не обратила внимания. Кстати, выяснилось, почему городская больница находится в местечке со странным названием "Скорбный переулок" — в эзотерическом мире прямо по соседству с ней, на месте большой парковки перед супермаркетом, расположено старинное кладбище, вокруг которого издавна селились мрачные личности, склонные к чёрной магии и разным волшебным подлостям — криминальный