Системный рыбак 18 - Сергей Шиленко

— Мы договорились о месяце испытательного срока. Это записали при свидетеле вместе с условием о доле, а зал отработал всего два вечера.

— Всё записано, — без всякого выражения подтвердил учётчик, сверяясь с табличкой. — Испытательный срок длится месяц, запись есть.

— Запись! — Шарг вырвал у него табличку и потряс ею. — Она была про дело, которое кормит, а не про пустую нору, куда я месяц стану сыпать пластинки. Что ты вчера обещал мне на этом пороге? Гости расскажут, придут новые. Сегодня явились двое, повар. Твоего слова хватило на один вечер, теперь предлагаешь до конца месяца кормить пустую нору?

Учётчик молча забрал табличку. Судить, что означает запись управляющего, он не собирался. В одном движении уместилась вся власть двора. Условия записаны слово в слово, но заставить Шарга соблюдать их некому.

— Уговор звучал иначе, — напомнил я. — Но даже при закрытии ты обязан выплатить мою долю со всей выручки. Этот пункт тоже записан.

— Выплачу, — оскалился Шарг. — Получишь свои шесть пластинок с небольшим до последней крошки. Потом слушай, что будет. Кто-то должен вернуть вложенное мною, раз гости его не вернули. Вернёшь ты, пойдёшь ко мне на двор рабом. Работать станешь до полного возврата всего, что я вложил, плюс сверху за ожидание. Учётчик посчитает по-честному, можешь не бояться.

Рабом.

Ножка моего стула скребнула по камню. Я уже подался вперёд, прежде чем понял, что встаю. Перед глазами оказалась широкая шея Шарга. Он ещё шевелил губами, объяснял что-то про ожидание, а я смотрел на эту шею и с трудом заставлял себя слушать.

Вот же ублюдок.

Я ему кухню поднял. Выбил отборное мясо на месяц, придумал это заведение. Два вечера без толпы, и он уже подбирает мне ошейник. Причём сидит спокойно. Уверен, что я сейчас начну просить.

Я медленно сел обратно и только тут заметил, что вцепился в край стола до судороги в большом пальце. Разжал руку и положил её на колено, чтобы Шарг не видел.

Силой я отсюда выйду. Шарг со своей разделкой меня не удержит. А потом по городу пойдут ловчие, дорога к металлу закроется, и всё выстроенное здесь рухнет. Именно этого мне сейчас и не хватало.

Но от одной мысли о рабском бараке спину обдало холодом. Там каждую ночь маску не снимешь. Полог поплывёт у всех на глазах, и за живого верхового сбегутся охотники за наградой. Шарг даже не представляет, куда меня толкает.

Я посмотрел ему в глаза. Пусть ждёт просьбы. Долго будет ждать.

— Ты покупал помещение, Шарг. Меня ты не покупал.

Он перестал шевелить губами. Учётчик отвёл взгляд к табличке.

Злость всё ещё трясла изнутри, зато слова теперь находились легко. Оправдываться я не собирался. Шарг понимает доход. Вот о нём и поговорим.

— Давай честно посчитаем оба варианта, раз уж учётчик здесь, — предложил я.

— Какие ещё варианты ты придумал?

— При первом я становлюсь рабом. Раб на дворе стоит как работник кухни, а прежнему повару ты платил пластинку в день. Пусть моя работа уходит в долг по той же мере. Раздели вложения на пластинку в день, потом добавь проценты. Сколько получится, учётчик?

Пошевелив губами над табличкой, тот назвал срок в несколько лет. Шарг насупился, явно недовольный цифрой.

— Раб жрёт меньше, чем ты себе выторговал, — буркнул управляющий, уже без прежнего напора.

— Готовить он тоже станет по-рабски. Ты ел мою еду и дворовую до меня, поэтому сам прикинь, какой угостишь начальника шахты. Это при условии, что я всё время здоров, а кормишь меня ты за свои. Живых денег я тебе не принесу: будешь просто списывать по пластинке долга за день моей работы.

Я дал цифре улечься, наблюдая, как Шарг молча скребёт когтем столешницу.

— Вариант второй: заведение с полным залом. Одиннадцать гостей дадут тридцать три пластинки за вечер, из них тебе достанется больше двадцати. Если продукты и топливо обойдутся по пластинке на гостя, у тебя останется около двенадцати на возврат вложений. Вложенное вернётся за недели, дальше такую сумму зал будет приносить каждый вечер годами. Повар, перебивший твою отметку в Доме Фантазии и выбивший двору месяц отборных туш, в рабском ошейнике принесёт пластинку в день. Во главе полного зала тот же повар даст дюжину. Заведение твоё, поэтому сам решай, какой из двоих нужен двору.

— Полный зал, говоришь? — Шарг фыркнул, хотя прежний рык уже исчез. — Где он? Вчера пришли пять гостей, сегодня двое. Ты уже обещал рост, повар, и вчера я съел твоё обещание. Сегодня им сыт не буду. Хочешь отсрочку, предлагай что-то весомее слов.

— Предлагаю три дня. К вечеру шестнадцатого все одиннадцать мест займут платные гости. Если соберу меньше, стану твоим на названных условиях, без споров и торга. Соберу полный зал, заведение продолжит жить, а о рабстве при мне ты больше не заговоришь. Вечером учётчик придёт и собственными глазами проверит, заняты места или пустуют.

Шарг долго жевал губами. Я сидел напротив, не отводя глаз. Всё нужное уже прозвучало. Первый, кто заговорит после названной выгоды, уступит, и управляющий понимал это не хуже меня. Его взгляд бегал между табличкой учётчика и холодными жаровнями. Видимо, Шарг выбирал покорного раба на дворе или дюжину пластинок каждый вечер. Выбор всё же не затянулся.

— Получишь три дня, до вечера шестнадцатого. — Наконец он принял решение. — Или зал полон, или ты мой. Заруби себе, повар, полный означает все одиннадцать задниц на местах и с пластинками. Десятерых мало. Своих дружков на собственные деньги рассадить не вздумай, учётчик спросит каждого, кто таков.

— Одиннадцать платных гостей. Годится.

— Учётчик, записывай и зови свидетеля, чтобы потом никаких вывертов.

За свидетелем далеко идти не пришлось. Гончар ещё возился с товаром у своей стены, увязывая на ночь горшки. Он дважды выслушал условие и переспросил про срок, после чего сочувственно покосился на меня. Жаровни сделал он, поэтому тоже хотел, чтобы соседское заведение выжило. Гончар подтвердил услышанное. Учётчик записал условие и прочёл вслух. К вечеру шестнадцатого дня платные гости должны занять все одиннадцать мест. Если условие выполнено, заведение работает дальше, а требование отработать вложения на дворе снимается. Если нет, Рамзи переходит на двор до полного возврата вложений с процентами.

— Свидетель подтвердил. Записано, — заключил учётчик, пряча табличку.

Шарг ушёл