Я - Товарищ Сталин 16 - Андрей Цуцаев

Глава 16

Бертольд сидел на корточках в задней комнате у Мирзы. Солнце палило снаружи так сильно, что даже глиняные стены нагрелись, но здесь, в полумраке, где единственный свет падал через узкую щель в двери, воздух оставался чуть прохладнее. Он держал в руках старый блокнот с зашифрованными пометками и медленно перелистывал страницы, ничего нового не записывая.

Хабибуллы больше не было рядом. Это известие давно сидело в голове тяжёлым грузом. Семеро погонщиков и проводник из Шер-Гали — все захвачены на том северо-восточном перевале, где, по словам старика, «патрулей почти не бывает». Британцы ждали именно там. Не на шумных путях через Джелалабад и Хайбер, а в тихом, укромном месте, в стороне от главных троп. Слишком точно, чтобы быть совпадением. Они не могли просто догадаться.

Бертольд закрыл блокнот и положил его на пол рядом с собой. Он потёр ладонью щиколотку — нога после обратного пути всё ещё давала о себе знать. Главный вопрос, который не давал покоя с утра: кто мог передать информацию? Британцы имели широкую сеть осведомителей, политических агентов и подкупленных племенных вождей. Но чтобы устроить засаду именно на той тропе, нужна была точная наводка. Не общие разговоры в чайханах, а конкретные детали: когда выходит караван, сколько животных, какой примерно груз.

Он начал перебирать людей из предыдущего каравана одного за другим. Проводник из Шер-Гали — старик, знавший горы десятилетиями. Хабибулла нашёл его через дальних родственников. Старик мог иметь старые связи на той стороне: многие из Шер-Гали торговали с Читралом и дальше. Возможно, он случайно упомянул маршрут кому-то из своих, а те продали сведения за афгани или рупии. Или кто-то из погонщиков: двое из Панджшера казались надёжными и молчаливыми, но у одного был брат, работавший на строительстве дорог ближе к границе. Брат мог услышать разговоры и передать дальше. Ещё один погонщик из Лагмана пришёл через знакомого Хабибуллы. Даже сам Хабибулла не мог знать всего о прошлом каждого человека.

Бертольд подумал и о возможной утечке в самом Кабуле. Пока собирали задатки, люди приходили в разные места: встречались у колодца, в саду у реки. Кто-то мог заметить эти встречи. Афганские власти иногда делились сведениями с британцами, чтобы сохранить хорошие отношения, — король Захир-шах старался балансировать. Отдельные министры или чиновники в министерстве внутренних дел могли иметь свои каналы. Да и обычный торговец, увидев, как Хабибулла собирает людей, мог решить заработать.

Бертольд встал, подошёл к кувшину с водой, налил себе чашку и выпил медленно. Нет, британцы не могли догадаться с такой точностью. Горы Афганистана — это тысячи троп и сотни перевалов. Даже местные иногда терялись в предгорьях. Чтобы устроить засаду именно там, где караван должен был перевалить последний хребет, требовалась свежая и точная информация о маршруте и сроках. Значит, утечка была внутри. Либо от проводника, либо от одного из погонщиков, либо через кого-то, кто наблюдал за подготовкой в Кабуле.

Теперь нужно было думать о новом караване. Без Хабибуллы всё ложилось на его плечи. С кем идти? Гуль Мухаммад с базара — хороший поставщик мулов, но слишком болтлив и любит рассказывать истории в чайханах. Нет. Ахмад из Чарикара — тихий, но у него брат в армии, это риск. Нужно было искать людей, хорошо знающих северные тропы и при этом не связанных с предыдущим караваном.

Бертольд снова сел и начал мысленно составлять список. Фарид — таджик из северных районов, которого он встречал раньше. Человек осторожный, водил караваны в сторону Мазари-Шарифа и дальше. У него были родственники в Бадахшане, он отлично знал перевалы. Можно поручить ему привести двоих-троих своих людей. Они будут знать только часть маршрута. Ещё Карим из окрестностей Кабула — молодой, но на вид надёжный, хорошо работал с животными. И, возможно, двое из дальних кишлаков у Пули-Хумри — Фарид мог их знать.

Всего восемь-девять человек плюс он сам. Не больше, чтобы караван не выглядел слишком крупным. Каждый получит задаток мелкими суммами в разных местах, как раньше. Никто не должен знать полный состав каравана до самого выхода.

Теперь маршрут. После провала на северо-востоке прямой путь через те же перевалы исключён. Идти снова на юго-восток через Хайбер было бы глупостью — там британцы наверняка усилили посты после истории с ложным караваном. Запад, через Кандагар и дальше в Белуджистан? Слишком далеко, там пустыни и британский контроль тоже сильный. Нет. Реалистичный вариант — север, но другим путём.

Из Кабула сначала на север по относительно спокойной дороге до Чарикара или даже до Пули-Хумри — это около трёх-четырёх дней нормального хода с животными. Там свернуть в горы Бадахшана. Не по главной тропе на Файзабад, где могут быть афганские патрули, а по боковым, менее известным путям через долины рек. От Пули-Хумри можно подняться через перевалы в сторону Кундуза, но лучше обойти крупные поселения и идти напрямую в сторону Ваханского коридора.

Вахан — узкий язык земли, созданный когда-то как буфер между русскими и британцами. Там высокие горы, мало людей, тропы идут вдоль реки Вахан-Дарья. Летом, в июле-августе, основные перевалы проходимы — снег уже сходит. Оттуда можно попытаться спуститься южнее, в сторону Читрала или даже Гилгита, где британский контроль слабее. Эти районы труднодоступны, патрули редки, особенно если идти не по главным тропам, а через высокогорные пастбища Малого Памира. Путь займёт не две недели, а месяц или больше, но именно это и делает его неожиданным. Британцы ждут караваны с оружием ближе к Хайберу или южнее, а не в этих далёких северо-восточных горах.

Риски были реалистичными: высокогорье — холодные ночи даже летом, возможны внезапные дожди или оползни на осыпях. Животные устанут, потребуется больше корма. Разбойники в отдалённых кишлаках Бадахшана иногда встречались, но небольшой караван без видимого богатства обычно проходил спокойно. Рядом советская граница — это тоже дополнительный риск. Главное — перейти линию Дюранда в тихом месте, где нет постоянных постов. Из Вахана есть тропы через малые перевалы в сторону индийской стороны, где можно выйти к племенным территориям.

Для такого маршрута нужны люди, привычные к высоте. Фарид и его родственники из Бадахшана подойдут идеально. Братья из Панджшера тоже горцы. Карима нужно будет проверить, выдержит ли. Сам Бертольд пойдёт с караваном — без Хабибуллы доверять кому-то полностью было нельзя. Нога уже почти зажила, месяц пути он выдержит.

Он встал и прошёлся по комнате, разминая ноги. Мысленно распределил роли: Фарид отвечает за северную часть пути до Вахана, он сам — за переход