Siri, как мне стать шиноби? - Влад Жур

Я приподнял руку, прерывая его:

— Всё понятно. Не нужно больше вслух произносить лишнюю информацию на глазах у толпы. Остальные детали мы обговорим позже, когда...

Договорить я не успел. Через секунду прямо между нами и прибывшими шиноби из шуншина бесшумно появились трое оперативников в фарфоровых масках. Судя по показаниям пассивной сенсорики и практически полностью отсутствующему эмоциональному фону, я мгновенно понял — это солдатики Корня Данзо.

Самый крупный из них сделал шаг вперёд и твёрдо, безжизненно произнес:

— Они пойдут с нами. Необходимо немедленно убедиться, что они не являются засланными шпионами Ивы.

Я повернулся к нему, слегка приподняв бровь и скрестив руки на груди:

— Насколько мне известно, официальный договор о союзе с шиноби Водоворота всё ещё действует в полной мере. Так что вы ни при каких условиях не имеете юридического права задерживать представителей нашего клана против их воли.

Шиноби в маске медленно повернул ко мне своё безликое фарфоровое лицо. Секунда — и Корень начал целенаправленно выпускать в мою сторону тяжёлое, концентрированное КИ (намерение убийства), пытаясь сломать волю тринадцатилетнего подростка.

Я лишь сильнее приподнял бровь и нагло ухмыльнулся. Мысленно обратившись к Siri, я взял крошечную, едва заметную крупицу демонической силы из контура Силы Сотни и швырнул своё собственное намерение убийства в ответ.

В ту же секунду пространство вокруг Главных ворот затопило первобытной жаждой крови и ярости, что воздух вдруг словно стал багровым. Мои собственные сопровождающие гвардейцы покачнулись, часовые Конохи побледнели, а трое оперативников АНБУ Корня рефлекторно схватились за рукояти своих танто трясущимися от ужаса руками.

— Достаточно! — внезапно разорвал звенящую тишину грубый, властный голос ещё одного действующего лица.

Я мгновенно заглушил вырвавшееся КИ Кьюби и повернулся на звук голоса. Из ворот госпитального сектора к нам уверенно шёл высокий мужчина мощного телосложения. На его голове была повязана тёмная бандана со знаком Листа, а через всё лицо тянулись глубокие, жуткие еще свежие шрамы.

Он весомо кивнул присутствующим и представился, в упор глядя на меня:

— Меня зовут Морино Ибики. Я возглавляю отдел пыток и допросов Деревни Скрытого Листа. У меня на руках находится прямое предписание от господина Хокаге — проводить прибывших членов клана Узумаки в допросную службу для выяснения всех обстоятельств их появления в Стране Огня.

— Позвольте ознакомиться с документом, Ибики-сан, — сделал я спокойный шаг вперёд, обращаясь к прибывшему главе допросной службы.

— Да, конечно, — Ибики без лишних слов протянул мне плотный бумажный листок.

Я внимательно вчитался в ровные строчки текста. Быстро убедившись, что в приказе Хокаге не было ничего сверхъестественного или скрывающего двойное дно, я вернул бумагу следователю и обернулся к своим соклановцам:

— Мейзу-сан, прошу вас и вашу группу последовать за господином Ибики. Всё в порядке. В данный момент клан Узумаки официально находится в составе Конохи, и прямые приказы Хокаге мы обязаны выполнять. Повода для беспокойства нет. Я более чем уверен, что в самом отделе допросов вас уже встретит Кенджи-сама.

Мейзу, всё ещё пребывая в глубоком шоке от той чудовищной ауры Кьюби, которую я мгновенно выбросил в пространство пару секунд назад, лишь молча кивнул. Он размеренным шагом прошёл на территорию деревни. Двое сопровождавших его молодых чунинов шли следом; парни были явно напуганы и растеряны всей этой внезапной ситуацией на воротах и неожиданным проявлением столь жуткой силы с моей стороны.

Я тепло и открыто улыбнулся им на прощание:

— Не волнуйтесь, ребята. Как и прежде, клан Узумаки свято заботится о каждом своём члене. Вам здесь абсолютно ничего не угрожает.

Проводив группу взглядом, я медленно повернулся и с холодным, нескрываемым презрением посмотрел на замерших оперативников АНБУ Корня. Данзо сегодня снова остался без трофеев.

С тех пор прошло ещё четыре месяца. И как я изначально и предполагал, ситуация с разведгруппой разрешилась довольно быстро и бесконфликтно. Коноха в ходе деликатного допроса получила от Мейзу крайне важные и дефицитные разведданные из Страны Земли, что существенно помогло Сарутоби на фронте против Ивы. Наши новые члены клана тем временем потихоньку ассимилировались, обжились в Новом доме и привыкли к текущей политической ситуации.

Итого в нашем возрождающемся клане теперь насчитывался тридцать один человек. Если не брать в расчёт главную ветвь в виде меня и Кенджи-самы, то внутренний расклад сил выглядел следующим образом. Шестнадцать человек составляли мастера-ремесленники, из которых как минимум десять в случае экстренной необходимости вполне могли оказаться полноценными боевыми единицами на поле боя. Оставшиеся тринадцать человек были шиноби с уклоном в фуин, как и все из Узушио. Из них шестеро носили звание джонинов, причём двое из них по уровню личной силы уверенно вышли на планку элитных джонинов. Семь оставшихся соклановцев были крепкими чунинами.

Никто из наших бойцов не носил металлические протекторы Скрытого Листа. Они не являлись шиноби Конохи в привычном понимании этого слова, поскольку получили свои высокие звания и признание мастерства ещё на нашей погибшей родине — в Узушиогакуре.

За прошедшие полгода я заметно прибавил в личной силе и потихоньку начал осваивать базовые стихийные преобразования. Мои каналы укрепились достаточно для того, чтобы безболезненно выполнять стандартные техники шиноби: уверенно передвигаться по вертикальным поверхностям деревьев, ходить по воде и эффективно напитывать чакрой мышечный каркас организма для кратного усиления физических характеристик. Также начал осваивать технику телесного мерцания — Шуншин.

Развитие шло довольно медленно, но я прекрасно понимал: по мере дальнейшего укрепления и расширения каналов чакры я буду становиться всё сильнее и сильнее. Совместно с Siri мы разработали невероятно эффективный метод постоянной, фоновой тренировки Кейракукей. Правда, безопасно практиковать его я мог исключительно в пределах защитного барьера нашего посольства.

Волновые импульсы теперь применялись автоматически, вообще без моего сознательного волевого усилия — всем процессом круглосуточно занималась нейросеть. Siri полностью перехватила выделенный участок в головном мозге, отвечающий за вычислительные функции, и взяла на себя частичный контроль над телом. В пределах барьера усадьбы я непрерывно и дозированно выпускал из себя чакру, тем самым под давлением укрепляя стенки каналов и насильно расширяя точки выхода — тенкецу.

Наш барьер надёжно скрывал эти манипуляции от окружающих. И это было критически важно: в таком режиме я буквально пыхал во все стороны концентрированной энергией и мог случайно нанести тяжёлый энергетический урон обычным гражданским людям с непробуждённым источником чакры.

Тем не менее спустя три месяца подобных изнурительных тренировок каналы не просто укрепились — мой внутренний источник начал активно расти в объёме. Сейчас, в моём тринадцатилетнем возрасте, для этого как раз наступило самое идеальное