Я - Товарищ Сталин 16 - Андрей Цуцаев

— Главное — не допустить, чтобы кто-то из них почувствовал слабость. Мы уже показали, что способны контролировать ситуацию после смерти Чан Кайши. Теперь нужно закрепить это впечатление постоянными действиями.

Они закончили обсуждение ближе к вечеру. За окном солнце начало клониться к закату, окрашивая крыши Нанкина в тёплые тона.

Гофу собрал свои документы обратно в портфель.

— Завтра утром встреча с Хэ Инцинем и Чэнь Чэном. Нужно услышать их оценки лично. Потом — приём для иностранных дипломатов. Ты подготовишь сводку по провинциям?

Лифу кивнул.

— Уже готовлю. Всё будет в письменном виде с цифрами и именами. Мы продолжим держать руку на пульсе каждого региона.

Братья встали. Гофу положил руку на плечо младшему брату.

— Мы сделали важный шаг в Вашингтоне. Теперь дело за нами здесь. Если мы сохраним единство, то никто не сможет нас остановить.

Лифу ответил коротко:

— Единство будет сохранено. Всё под контролем.

Они вышли из кабинета вместе. В коридоре их ждали адъютанты с новыми папками и телеграммами. День в Нанкине продолжался: солдаты патрулировали улицы, чиновники работали в министерствах, а в порту разгружались первые ящики с американскими товарами, прибывшими благодаря недавним соглашениям.

В последующие дни временный совет продолжал работу в том же ритме. Чэнь Гофу провёл серию встреч с военными командирами, где подчёркивал важность дисциплины и лояльности. Лифу занимался внутренними делами: проверкой налоговых поступлений, распределением новых кредитов и контролем за прессой. Первые грузовики Studebaker и Ford уже начали прибывать в центральные склады, и солдаты в лагерях под Нанкином получали новое обмундирование и боеприпасы.

Нанкин жил своей жизнью, а два брата продолжали работу, которая определяла будущее страны в эти летние дни 1938 года.

* * *

В это же время, далеко на юге, в Гонконге, Сун Цзывэнь собрал близких соратников в своём доме на холме с видом на гавань. Здание, построенное в европейском стиле с широкими верандами, окружали ухоженные сады. В комнате были высокие потолки и мебель из тёмного дерева. На столе стояли графины с водой и лёгкие закуски — фрукты и чай.

Сун Цзывэнь, в светлом костюме, сидел во главе стола. Рядом находились несколько человек из его круга: банкиры и торговцы, которые работали с ним долгие годы, а также представители деловых семей из Шанхая, перебравшиеся в Гонконг. Среди них были Чжан Цзяао, опытный финансист, связанный с банками, и Ли Мин, который занимался торговлей через порты. Ещё двое — помощники по связям с иностранными фирмами — тихо записывали заметки.

— Братья Чэнь вернулись из Вашингтона с обещаниями кредитов, — начал Сун Цзывэнь, просматривая копии газетных статей из Нанкина, которые ему доставили курьеры. — Они позиционируют себя как единственных посредников между центральным правительством и американской помощью. Тридцать пять миллионов уже выделено, и они заявляют, что всё пойдёт только через Нанкин. Это даёт им контроль над распределением.

Чжан Цзяао кивнул, перебирая свои записи.

— Мы видим, как они укрепляют позиции. Инспекторы уже появились в Куньмине и в районах Гуанси. Бай Чунси получил грузовики, но только после отчётов о складах. Лун Юнь в Юньнани тоже чувствует давление — его торговые пути под наблюдением. Если так пойдёт дальше, то вся финансовая система окажется в руках одной группы.

Сун Цзывэнь отложил бумаги и продолжил:

— Наша задача — не допустить, чтобы они стали полновластными хозяевами. Китай не может зависеть от одной фракции, особенно когда речь идёт о таких суммах и о будущем страны. У нас есть сеть банков и компаний по торговле шёлком, чаем и другими товарами. Связи в Шанхае, Гонконге и за границей остаются сильными. Мы можем использовать это, чтобы сохранить баланс.

Ли Мин добавил:

— Американцы и британцы наблюдают за ситуацией. Они хотят стабильности, но не монополии. Если мы покажем, что есть альтернативные каналы — надёжные и прозрачные, — то часть помощи может пойти через другие маршруты. Наши люди в Шанхае уже ведут переговоры с фирмами, которые готовы работать напрямую, без обязательного прохождения через временный совет.

Сун Цзывэнь согласился и развил мысль:

— Сун Мэйлин всё ещё имеет влияние в американских кругах. Её связи с Элеонорой Рузвельт и другими могут помочь донести нашу позицию. Мы не выступаем против помощи стране — наоборот, мы хотим, чтобы она распределялась справедливо, без концентрации власти в одних руках. Братья Чэнь контролируют организационный аппарат партии и особый отдел. Это позволяет им назначать комиссаров и следить за перемещениями войск. Но финансы — это наша сфера. Мы должны сохранить независимость в этом направлении.

Они обсудили конкретные шаги. Первым делом — укрепление контактов с генералами, которые сохраняли определённую автономию. Бай Чунси в Гуанси имел сильные войска и опыт. Лун Юнь в Юньнани контролировал юго-западные пути и торговлю через Бирму. Если наладить с ними осторожный диалог, без открытых обещаний, то можно создать сеть взаимной поддержки.

— Бай Чунси публично поддержал совет, но его дивизии хорошо обучены и преданы ему лично, — сказал один из помощников. — Он получал поставки через Нанкин, но если мы предложим альтернативные источники через Гонконг или Шанхай, то это даст ему варианты.

Чжан Цзяао предложил:

— Через нашу компанию по развитию финансов мы можем организовать отдельные кредиты для проектов в провинциях. Например, ремонт дорог в южных районах или закупки оборудования для фабрик. Это покажет, что помощь может приходить не только из одного центра. Британские фирмы в Гонконге готовы участвовать — они ищут стабильных партнёров.

Сун Цзывэнь подчеркнул важность осторожности:

— Мы не должны создавать впечатление раскола. Публично все заявления остаются в поддержку единства. Но за закрытыми дверями мы готовим механизмы, которые предотвратят полную зависимость от братьев Чэнь. Их контроль над прессой в Нанкине уже заметен — газеты печатают только то, что выгодно совету. Нам нужно использовать возможности в Гонконге и Шанхае, где британская и международная пресса даёт больше свободы.

Разговор перешёл к экономическим деталям. Сун Цзывэнь описал, как его сеть может помочь с экспортом вольфрама и других ресурсов, которые интересуют американцев. Если часть сделок провести через независимые компании, то доходы не уйдут полностью в центральные счета Нанкина. Это позволит финансировать проекты в провинциях напрямую.

— Мы уже направили людей в Шанхай для переговоров с торговцами, — сказал Ли Мин. — Они готовы работать с нами, потому что знают наши методы из прошлых лет. Когда Чан Кайши был жив, мы балансировали между интересами разных групп. Теперь, после его смерти, братья пытаются взять всё под себя, но это не в интересах страны.

Соратники согласились, что нужно работать с иностранными