Я - Товарищ Сталин 16 - Андрей Цуцаев
— Следующий — Лун Юнь в Юньнани, — продолжил Лифу. — У него свои войска, свои источники дохода от торговли через границу с Бирмой. Он всегда держался особняком. Он прислал поздравления и подтвердил лояльность, но его люди до сих пор собирают налоги по своим правилам. Если он почувствует, что мы слабы, то может закрыть юго-западные пути или начать переговоры с иностранцами самостоятельно.
Гофу сделал пометку в своей папке.
— С Лун Юнем нужно работать через экономику. Мы уже направили инспекторов в Куньмин. Если он захочет больше независимости, то потеряет долю в американских кредитах. Кроме того, его армия не так современна, как у Бай Чунси. Без наших поставок грузовиков и топлива он не сможет быстро маневрировать.
Они перешли к следующему имени.
— Ма Буфан и мусульманские генералы на северо-западе, — сказал Лифу. — Они контролируют огромные территории, но их влияние больше локальное. Ма Буфан занят своими делами с Синьцзяном и тибетской границей. Пока мы не трогаем их традиции и даём определённую свободу в сборе налогов, они не будут вмешиваться в дела центра. Главная опасность — если кто-то из них решит объединиться с внешними силами, например, с Советами или японцами.
Гофу покачал головой.
— Японцы сейчас заняты своими проблемами после ухода из Маньчжурии. Но Ма Буфан слишком прагматичен, чтобы рисковать всем ради смуты. Мы можем укрепить связи через подарки и обещания дополнительных поставок оружия для охраны границ.
Лифу перевернул лист.
— Теперь гражданские и финансовые фигуры. Сун Цзывэнь. Он в Гонконге, но его сеть остаётся сильной: банки, компании по торговле шёлком и чаем, связи в Шанхае и за границей. После смерти Чан Кайши он публично выразил поддержку, но мы знаем, что его люди продолжают вести отдельные переговоры с американскими и британскими фирмами. Если он решит финансировать оппозицию, то сможет собрать значительные средства.
Гофу улыбнулся.
— Сун Цзывэнь любит комфорт и стабильность. Мы уже дали понять через наших людей в Гонконге, что любые самостоятельные сделки будут расценены как подрыв единства. Американцы тоже не хотят видеть параллельные каналы помощи. Если он перейдёт черту, мы можем заморозить часть его активов в Шанхае и Нанкине. Кроме того, его сестра Сун Мэйлин до сих пор имеет влияние в кругах, близких к американцам. Её нужно держать в поле зрения.
Они обсудили ещё несколько имён: Ху Ханьминь, чьи старые сторонники рассеяны по югу, но без реальной военной силы; различных мелких военачальников в Сычуани, которые больше заняты местными разборками, чем большой политикой; и отдельных чиновников в министерстве иностранных дел, которые могли бы попытаться играть на противоречиях между державами.
— Самая большая потенциальная угроза — это комбинация, — сказал Гофу после паузы. — Если Бай Чунси договорится с Лун Юнем, а Сун Цзывэнь предоставит деньги, то ситуация может измениться. Но для этого им нужно преодолеть старые противоречия. Бай и Лун Юнь никогда особенно не ладили, а Сун всегда предпочитал работать через официальные каналы.
Лифу согласился.
— Мы уже сделали так, что все поставки и кредиты идут только через Нанкин. Генералы получают деньги и оружие исключительно по нашим каналам. Если кто-то из них начнёт собирать силы самостоятельно, то сразу лишится снабжения. Армия в центральных провинциях полностью под нашим контролем. Хэ Инцинь и Чэнь Чэн регулярно докладывают лично нам.
Гофу достал из портфеля карту Восточного Китая и разложил её на столе между ними.
— Давай посмотрим на географию. Центральный регион — Цзянсу, Аньхой, Чжэцзян — полностью наш. Здесь расположены основные арсеналы, склады и промышленные предприятия, которые ещё работают. Север — Хэнань и Шаньдун — под контролем центральных дивизий. Юг — Гуанси и Гуандун — там Бай Чунси и его люди, но мы уже разместили дополнительные части лояльных командиров вдоль железных дорог.
Лифу указал на юго-запад.
— Юньнань остаётся уязвимым местом. Дороги туда плохие, но если Лун Юнь решит закрыть границу, то поставки из Бирмы и Индокитая будут затруднены. Мы должны ускорить строительство новых веток и увеличить присутствие инспекторов из министерства транспорта.
Они продолжали разговор больше двух часов, перебирая варианты возможных союзов и способы их предотвращения. Гофу рассказывал подробности встреч в Вашингтоне: как Рузвельт подчёркивал важность единого Китая, как Халл интересовался конкретными цифрами по армии, как Элеонора расспрашивала о положении детей и школах. Лифу, в свою очередь, отчитывался о внутренних делах: о наборе рекрутов, о работе налоговых органов, о том, как пресса освещает возвращение председателя.
— Журналисты в Нанкине уже подготовили материалы о твоей поездке, — сказал Лифу. — Завтрашние газеты выйдут с заголовками о новых кредитах и укреплении дружбы с Америкой. Мы добавили фотографии с Рузвельтом и Халлом. Это должно поднять настроение в армии и среди чиновников.
Гофу одобрил.
— Хорошо. Нужно продолжать показывать, что совет работает эффективно. Если люди увидят, что поставки приходят, дороги ремонтируются и армия получает новое снаряжение, то поддержка будет расти. А те, кто думает о сопротивлении, дважды подумают.
Они перешли к практическим шагам.
— Первое: усилить контроль над финансами. Все поступления от экспорта чая, шёлка и вольфрама должны идти на центральные счета. Никаких региональных фондов без нашей визы. Второе: назначить дополнительных политических комиссаров в дивизии Бай Чунси и Лун Юня. Они будут докладывать напрямую нам. Третье: подготовить план на случай, если кто-то из генералов начнёт перемещать войска без разрешения. Мы можем использовать железные дороги и телеграф для быстрого реагирования.
Лифу записывал каждое решение.
— Четвёртое: работа с иностранными представителями. Американский посол уже запросил встречу на следующей неделе. Мы покажем ему отчёты о распределении кредитов. Британцы и французы тоже наблюдают. Нужно дать им понять, что Китай остаётся стабильным партнёром.
Гофу встал и прошёлся по кабинету, разминая плечи.
— Пятое: пропаганда. Мы должны создать образ сильного и единого руководства. Радио Нанкина будет передавать выступления совета, показывать кадры с учений и прибытия американских грузов. Особый отдел должен продолжать отслеживать слухи и быстро их пресекать.
Разговор постепенно перешёл к более широким вопросам. Братья обсудили экономическое положение страны: восстановление железных дорог после военных действий предыдущих лет, сбор урожая в центральных провинциях, работу фабрик в Шанхае, которые теперь производили больше товаров для экспорта. Чэнь Гофу подчеркнул, что американская помощь даёт возможность не только укрепить армию, но и начать небольшие проекты по развитию промышленности.
— Если мы удержим власть в ближайшие полгода, то сможем показать реальные результаты, — сказал он. — Тогда даже самые скептически настроенные генералы увидят, что с нами выгоднее сотрудничать, чем противостоять.