Системный тактик 6 - Максим Игоревич Крынов

Откидываюсь на спинку кресла и разминаю шею. За глазами давит, во рту пересохло. Смотрю на книги, потом на собственные записи. Девять томов за один вечер… конечно, громко сказано. Последние книги я скорее разведал: теперь знаю, где искать ответы, когда сумею их понять. Зато первые две книги отложились в голове удивительно ясно. Я запомнил правильное положение резца, как именно закреплять пластины, выучил направления соединения в простой рунной цепочке. Объяснения всплывают вместе с рисунками. Могу пересказать своими словами и не теряюсь, если мысленно поворачиваю заготовку другой стороной.

Охренеть…

В прежней жизни я потратил бы немало вечеров только на то, чтобы привыкнуть к местным обозначениям. Постоянно возвращался бы назад, искал забытое определение, путал похожие значки. Здесь тоже пришлось перечитывать, но основная работа шла куда быстрее. Новое цеплялось за уже понятое, и я успевал удерживать оба объяснения, пока сравнивал их.

Вот куда ушли три балла Интеллекта.

Анализ тоже прекрасно отработал, особенно там, где нужно было заметить причину ошибки. Усталость всё испортила ближе к концу, только сам результат от этого не исчез. Завтра можно продолжить с того места, где остановился. Даже при гораздо меньшем ежедневном объёме прочитанного через неделю я буду знать эти книги на пятерку и уметь применять эти знания.

От этой мысли настроение поднимается, несмотря на головную боль. Я ещё ничего не изготовил, не придумал хитрого нового контура, зато уже могу учиться так интенсивно, как раньше не умел. И это на втором уровне Тактика!

Интересно, что будет дальше? Если снова поднять Интеллект, станет ли проще удерживать в голове большие схемы? Где закончится прибавка от характеристики и начнётся необходимость долго набивать руку? Насколько вырастет польза Анализа, когда я буду понимать сам предмет и доберусь до более сложных книг по рунам?

Еще бы голова так не разрывалась…

Массирую переносицу. Лучше не становится.

Ладно! На сегодня достаточно книг. Лучше пойду к Хорну, разомнусь. Надеюсь, наставник еще не ушел: как-то я слишком уж долго просидел за чтением — не заметил, как летит время.

Переодеваюсь в тренировочную одежду, складываю записи, чтобы утром не искать нужный лист под девятью книгами.

В тренировочном зале Хорн возится с големом. Стоит сбоку, придерживая открытую пластину на его груди; на скамье разложен небольшой футляр с инструментами.

Даже обездвиженный голем кажется массивным и тяжелым.

Услышав шаги, наставник оборачивается.

— Запоздал ты чего-то. Заходи. Сейчас закончу.

Щёлкает крепление. Хорн проводит пальцами вдоль закрытого края, проверяет, ровно ли встала пластина, и убирает инструмент.

— Выглядишь уставшим. Чем занимался?

Пожимаю плечами:

— Прочел кое-что по гравировке. Можно сегодня переключиться на обычные упражнения? Ноги, спина, руки.

— Сильно устал? — понимающе смотрит наставник.

— Голова ноет после книг.

Хорн рассматривает меня без восторга, вздыхает, но кивает:

— Ладно, давай сегодня по упрощённой программе. Пройдёшься, разомнёшься, потом посмотрим несколько простых упражнений.

Он указывает на свободную часть зала. Прохожу вдоль стены, сжимаю и разжимаю пальцы, вращаю кистями. Несколько раз поднимаю плечи, отвожу их назад и опускаю.

Хорн пододвигает невысокую скамью и приносит небольшую гирю. Потом проверяет деревянный брус, закреплённый между двумя стойками примерно на уровне моего пояса.

— Отжиматься будешь здесь.

Всё вместе выглядит гораздо скромнее того, что я успел представить, но спорить с наставником о допустимых нагрузках не буду. Не сегодня.

— Но сначала приседания. Встань спиной к скамье. Ноги на ширине плеч. Опускайся, пока не коснёшься сиденья, и сразу вставай. Садиться и отдыхать на нём не надо.

Показывает сам: вытягивает руки перед собой, сгибает колени и отводит зад назад, будто собирается сесть. Едва касается ягодицами скамьи и снова выпрямляется. Ступни всё это время остаются на месте.

Становлюсь перед скамьёй и повторяю. Вниз ухожу нормально, но на первом подъёме слишком сильно наклоняюсь вперёд. Вес переходит на носки, пятки приподнимаются, и приходится поспешно ловить равновесие.

— Не торопись! Пятки держи на полу. Выпрямляй ноги и спину вместе, — останавливает Хорн. — Ещё раз. Да, вот так лучше.

Первые повторения даже приятны. Опускаюсь до скамьи, касаюсь её и встаю. После неподвижного сидения затёкшие мышцы наконец оживают, становится теплее.

Но довольно скоро ноги начинают дрожать. Приседаю ещё раз и понимаю, что подняться теперь заметно труднее. Пытаюсь встать, сильнее наклоняюсь и сначала распрямляю ноги. Зад уже поднялся, а грудь всё ещё смотрит в пол.

Наставник сразу поднимает руку.

— Всё. Отойди, пройдись.

Возразить нечего. Шагаю вдоль стены, пока дыхание не выравнивается. Пот уже выступил на висках, хотя со стороны я, наверное, едва успел начать.

Гирю Хорн ставит на пол.

— Теперь поднимешь её и поставишь обратно. Руками не дёргай. А лучше смотри, как надо.

Сам встаёт над гирей, отводит таз назад и наклоняется, сгибая колени. Спину при этом держит ровно. Берётся за рукоять обеими руками и встаёт, выпрямляя ноги и корпус. Руки остаются опущенными, гиря висит перед бёдрами. Затем он снова сгибает колени, наклоняется и возвращает её на пол.

Сначала повторяю движение без веса: отвожу таз назад, наклоняюсь, тянусь руками к полу и выпрямляюсь. Хорн поправляет мне спину, велит чуть сильнее согнуть колени. Только после этого разрешает взяться за рукоять.

Поднимаю гирю. Пока стою прямо, ничего сложного: держу её двумя руками перед собой. Чтобы опустить, приходится снова отвести зад назад и наклониться. Ставлю гирю между ступнями и поднимаю ещё раз.

На первых повторениях всё выходит. Потом устаю и начинаю сутулиться: вместо того чтобы опустить весь корпус с ровной спиной, тянусь к полу плечами. Колени тоже съезжаются внутрь.

— Спину держи! Колени не своди!

Исправляюсь, но на следующем наклоне опять горблюсь. Наставник поправляет один раз, второй. После третьей ошибки забирает гирю и ставит возле скамьи.

— На сегодня с этим достаточно.

У деревянного бруса рассчитываю немного отыграться. Здесь хотя бы понятно, что делать руками.

Ставлю ладони на брус чуть шире плеч и отступаю назад, пока не оказываюсь в наклоне: ноги и корпус вытянуты в одну линию, часть веса держат руки. Сгибаю локти, приближаю грудь к дереву, затем давлю ладонями на опору и выпрямляю руки.

Первое отжимание получается. Второе тоже. Но уже через несколько повторений на очередном подъёме застреваю: грудь отошла от бруса всего на полпути, а руки дальше не разгибаются.

Локти дрожат. Вытягиваю шею, задираю подбородок, будто от этого поднимется и всё остальное. Всё-таки распрямляю руки, но Хорн уже стоит рядом.

— Хватит. Отдохни.

После паузы он велит повторить, но ступни поставить ближе к опоре. Теперь я лишь немного наклонён вперёд, и на руки приходится