Око Индры - Рафаэль Миргалиевич Тимошев
Елена Владимировна склонилась над манускриптом.
– Вообще-то, похож на печатку твоего отца…
– Вот именно! – возбужденно воскликнул Владимир Иванович. – Где она у нас?
– В шкатулке… Принести?
– Если не трудно…
Ожидая супругу, он вновь навел лупу на рисунок.
«Однако, чертовски похожи! – мысленно произнес он. – Одна и та же рука или один и тот же художественный канон? Любопытно…»
Он нетерпеливо позвал жену:
– Леночка, ты скоро?
– Уже иду, – отозвался голос из спальни.
Войдя в кабинет, Елена Владимировна подошла к столу и молча положила на свиток, рядом с изображением божества, золотую четырехугольную пластину.
– Совпадает! – изумилась она.
Владимир Иванович несколько раз поочередно навел увеличительное стекло на печатку и текст.
– Невероятно! – прошептал он. – Полное совпадение! Даже в размерах!
– И что это значит? – спросила Елена Владимировна.
– Не знаю… – Зеленин поднял глаза, растерянно посмотрел на супругу и медленно откинулся на спинку стула.
– Что будешь с этим делать?
– Теперь-то непременно надо во всем разобраться… Возможно, простое совпадение, случайность… А если нет? Интересно, это один и тот же древний автор или одна и та же историческая эпоха? Ты знаешь, мне кажется… Нет, я даже убежден, что и текст с рисунком, и эту печатку ваяла одна и та же рука!
Владимир Иванович придвинулся к свету лампы.
– Смотри, расположение рук и ног, предметы в руках и даже черты лица – все идентично! До мелочей! Отчего?.. И почему именно Брахма?
– Брахма? – переспросила Елена Владимировна.
– Так упоминается в тексте: «Только перст Брахмы», «направляемый Вишну» и вложенный «в руку праведника северного мира» освободит могущество Индры…
– «Праведник северного мира»… Витиеватая фраза. Ты не находишь? – спросила Елена Владимировна.
– Вообще-то, все объяснимо… «Северный мир» здесь употребляется не вполне в географическом смысле. В индуисткой мифологии весь мир поделен на четыре части, а точнее – четыре природные сферы. Это якобы случилось после победы Индры в войнах с асурами. Тогда он и утвердился на троне небесного владыки. Помогавшие же ему боги также получили свое. Брахма сделал их хранителями мира – локапалами. Севером – земной сферой – стал править Кубера, владыка гор и хозяин сокровищ, богу Варуне стал принадлежать Запад – сфера морская… Яма, владыка царства мертвых, стал править Югом, страной предков. Царь же богов Индра получил власть над Востоком – воздушной сферой, которую охраняет слон Айравата – вахана, то есть ездовое животное Индры…
Владимир Иванович взглянул на супругу.
– Так что вполне логично и утверждение древнего автора – правителя Восточного мира может «освободить» только праведник с иного, Северного, то есть земного, мира, не подчиненного, так сказать, наказанному богу… Но, опять же, дело даже не в этом! Дело в том, что рисунок в тексте как бы указывает, что именно должно «освободить» этого бога – «перст Брахмы»… А что есть этот «перст»?
Помолчав, Владимир Иванович задумчиво добавил:
– Значит, он приходил неслучайно…
– Кто «он»? – не поняла Елена Владимировна.
– Володин…
Супруга вздохнула:
– Ты сойдешь с ума с этим Володиным!
Но Владимир Иванович, казалось, не слышал ее.
– …И если дневник как-то и связан с этим свитком, то, видимо, упоминанием об этом тексте… Вероятно, в дневнике что-то говорится о его назначении… Но каком?
Он вдруг уставился на жену:
– Это могут знать те, кто разыскивал дневник… – медленно произнес он. – Надо непременно встретиться с Фральцевым!
Елена Владимировна укоризненно покачала головой:
– Скоро рассветет, пошли спать!
VI. Встреча на Арбате
Москва по-прежнему задыхалась от жары и смога. На лицах уставших от дыма горожан появились непривычные для столицы марлевые повязки, с прилавков исчезли кондиционеры и вентиляторы – к великой радости торговцев, и всех поголовно интересовало только одно – когда будет дождь.
После бессонной душной ночи в институт Зеленин собирался в каком-то отрешенном состоянии. Благо лекция была запланирована на второй паре часов.
– Тебя подвести? – рассеянно спросил он жену, которая у зеркала приводила в порядок прическу. Спросил скорее машинально, поскольку все мысли по-прежнему были заняты артефактом Володина – все еще мучили сомнения, посеянные разговором с француженкой и прочтением его загадочного свитка. И развеять их мог лишь один человек – Фральцев. Но как обратиться к чертовому антиквару, не упомянув, что вскрыл оставленный на хранение тубус?
– За мной заедет Елизавета Петровна, – донеслось до его слуха.
– Совсем забыл, что у нас личный шофер, – зачем-то сказал он.
– Все шутишь? – Елена Владимировна перестала расчесывать вьющиеся соломенного цвета волосы и обернулась. – Елизавета Петровна – лучшая подруга.
– Несомненно… Только не надо так хмуриться – тебе это не к лицу. – Владимир Иванович поправил галстук и рассеянно чмокнул жену в щеку. – До вечера…
Зеленин повернул ключ зажигания. Мотор схватился сразу, заурчал привычным звуком. Пока вслушивался в ровный гул мотора, мысли вновь возвратились к тому, что не давало покоя всю ночь. «И все-таки надо с ним поговорить!» – решил Владимир Иванович и достал из кармана пиджака телефон. С минуту раздумывал, удобно ли звонить в восемь утра, но потом решительно выбрал «Список абонентов», нашел нужную фамилию и нажал кнопку вызова.
Антиквар не ответил. Зеленин с досады откинул трубку на правое сиденье и включил передачу. Однако не успел тронуться, как телефон зазвонил. Это был Фральцев.
Владимир Иванович заговорил первым:
– Михаил Михайлович, извините за ранний звонок, это профессор Зеленин. Вы в Москве?
– Рад слышать, Владимир Иванович! Да, здесь.
– Замечательно! Мы можем сегодня встретиться?
– Конечно, профессор. Вас устроит, скажем, в час дня на Новом Арбате, у кафе рядом с «Короной»?
– Вполне. Спасибо…
В толпе прохожих они заметили друг друга почти одновременно. Фральцев кивнул, его лицо, как и при первой встрече, расплылось в елейной улыбке, и, ускорив шаг, еще издали, словно желая обнять, он широко развел руки:
– Дорогой Владимир Иванович! – зазвенел уже знакомый голос. – Очень рад встрече! Я же говорил, что могу вам понадобиться…
Он протянул руку.
– Здравствуйте, – сухо поздоровался Зеленин. – Мне необходимо с вами поговорить…
– Конечно, конечно. Я в вашем распоряжении, – как ни в чем ни бывало проговорил Фральцев. – Может, спрячемся в кафе?
Владимир Иванович кивнул:
– Хорошо…
Время было обеденное, кафе оказалось переполненным посетителями. Они расположились за едва ли не единственным свободным столиком у входа и заказали кофе. Улыбка не сходила с лица Фральцева, а его маленькие глазки то и дело лукаво поглядывали на Зеленина из-под редких рыжих бровей. «И все же неприятный субъект…» – вдруг подумал Владимир Иванович, испытывая на себе любопытный взгляд, и, словно испугавшись быть уличенным в дурных мыслях, отвел глаза в сторону. Официант, молодой