Талагаева Веда - Катриона-3217. Космическая летопись.

— Да, сэр, — капитан Ковалевски вежливо кивнула Вере Яворской и вышла из салона шаттла.

— Славная механическая барышня, — усмехнулась Вера, глядя ей вслед, — Задержись она еще немного, я бы проиграла ей эту партию.

— Не думаю, — эти слова Джек адресовал не ей, а скорее Ибрагиму Мфеде.

Когда Софи ушла, он обернулся ей вслед и смотрел в иллюминатор, как она идет по палубе трюма к выходу.

— Не действует заклинание? — саркастически усмехнулся Джек, глядя на его напряженную спину, — У нее ведь и оружия больше с собой нет.

Мысленно он прикидывал, что Мфеде сделает сейчас. Они были втроем в салоне шаттла, Джек стоял в проходе между Ибрагимом и Верой Яворской. Услышав вопрос Джека, он едва заметно напрягся, но не обернулся.

— Как же так? — его голос был таким же спокойным и насмешливым, как голос Джека, — Вы ведь должны были поставить свое руководство в известность, что СК-011 не типовой служебный биоробот.

Как сотрудник спецслужбы, Мфеде, наверняка, хорошо подготовлен физически. Он родом из Африки, значит, владеет кенийским самбо. На Черном континенте эта борьба развивается уже двести лет, там это культовый вид спорта, как в Англии футбол.

— Зачем? Мы ее просто перепрограммировали, — Джек постарался как можно неслышнее переменить позу и занять удобное положение в проходе между креслами.

Его не обучали кенийскому самбо, но учили, как защищаться против незнакомых видов единоборств.

— Хочешь сказать, она уже выполнила программу? — Мфеде подвигал плечами, проверяя, как поведет себя Джек.

Деверо не двинулся с места.

— Да, ей представился случай, а я помог.

Вообще, инструктор по рукопашному бою, обучавший его в армии, говорил, если нет уверенности в противостоянии на равных, нападать надо первым, действовать просто и наверняка. По этому, когда Мфеде внезапно выхватил бластер и круто развернулся, Джек просто толкнул его на силовой столик между двумя креслами и отключил генератор поля. От одного падения Мфеде быстро бы пришел в себя. Но, когда, упав на столик, он попытался сгруппироваться и вскочить, силовое поле отключилось, и он упал вторично, на пол. На какое-то мгновение заместитель Станича потерял контроль над собственным телом, лежа на спине. Пользуясь этим, Джек сначала ударил его ногой в лицо, потом наступил на запястье, выбил бластер и отшвырнул его по проходу в сторону. Оружие упало рядом с креслом Веры. Она издала судорожный вздох, похожий на всхлип. Вряд ли в ее присутствии каждый день пинали кого-то по лицу и размахивали пистолетом.

— Возьмите бластер и заблокируйте дверь! — приказал ей Джек, навалившись на Мфеде и придавив ему горло локтем.

К счастью Вера быстро пришла в себя и выполнила то, что велел Джек. Уговаривать ее у него не было времени. Мфеде вдруг неуловимым движением перехватил запястье Джека и так вывернул руку, прижавшую его шею, что у Деверо перед глазами вспыхнул белый свет. Сдавленно вскрикнув от боли, он вцепился в своего противника, и они покатились по проходу, сшибая углы силовых столиков и ножки кресел. Мфеде был очень силен. Джек не знал, долго ли сможет его сдерживать. Африканец наседал на него, прижимая к ковру, но неожиданно ослабил хватку и поднял голову. Ему в затылок упиралось дуло бластера. Вера Яворская стояла над дерущимися бледная, как полотно. Ее глаза неестественно блестели.

— Дайте это мне, — Джек выскользнул из крепких рук противника и перехватил рукоятку бластера, — Идите в кабину пилота, Вера.

— Нет, уж, — вице-президент отступила на шаг, но в ее голосе зазвенел металл, — Пусть рассказывает, в чем дело.

Джек направил дуло в голову Мфеде.

— Сядь и не дергайся, а то я тебя застрелю.

Мфеде язвительно усмехнулся и сел в ближайшее кресло с демонстративной покорностью.

— Вряд ли вы меня убьете, — заметил он, насмешливо глядя Джеку в глаза, — Ты стрелять не любишь, а ей нужны ответы.

— И вам придется их дать, — разозлено проговорила Вера, садясь в кресло по другую сторону прохода, — А то вдруг окажется, что я люблю стрелять?

Мфеде пожал плечами.

— Милая механическая барышня, которая вышла отсюда — робот-убийца, который должен был вас застрелить, после фразы, сказанной мной по-английски, — будничным тоном сообщил он, — Но, оказывается, что наши умные друзья с почтового корабля прознали об ее великой миссии и успели ее перепрограммировать. Такие способные! Она ведь и сама не знала об этом, так она устроена.

— Да, — кивнул Джек, — Она и сейчас не знает. Охранники сказали, что шеф разрешил ей сюда приходить. А это был ты?

— Это меня они называют шефом, — с вызовом сказал Мфеде, — Станич — пришлый придурок, которого здесь все терпеть не могут.

— Значит, это ты, а не он все устроил так, чтобы шаттл оказался на нашем звездолете? — спросил Джек.

— Нет, устроил все он, но посоветовал я, — возразил Ибрагим насмешливо, — Все было так хорошо, пока ты не вмешался. И чего ты всюду лезешь, Деверо?

— А я всегда такой, — в тон ему ответил Джек, — Станич не рассказывал?

— Хватит! — резко оборвала их Вера, растерянно выслушивавшая признания своего телохранителя, — Замолчите оба, — она повернулась к Мфеде и подалась вперед, забывая, насколько он опасен, — Я не понимаю, Ибрагим! Ведь вы здесь так давно, мы столько лет знаем друг друга.

Заместитель Станича отвел глаза, впервые приходя в замешательство.

— В этом нет ничего личного, — охрипшим голосом пробормотал он, — Я вас глубоко уважаю, госпожа вице-президент. Просто у меня не было выбора. Мне сказали, что вас нужно заменить.

— Заменить? — голос Веры задрожал.

Это слово в устах Мфеде звучало, словно речь шла о вещи, пришедшей в негодность. Он подавлено кивнул.

— Люди, на которых я работаю, обещали, что перемены в администрации президента помогут, наконец, изменить политику в целом, — сказал Мфеде, и его суровое черты, словно кислотой, разъело горечью, — Президент Ледума избран на второй срок, но не все от этого в восторге. Когда он только пришел к власти, весь юг ликовал. Африка, Латинская Америка, Австралия, Антарктида — все были воодушевлены. Выходец из Южного полушария, уроженец Центральной Африки стал главным человеком на планете! Но мы не учли, что он давно уже оторвался от своих корней. Американец! — Мфеде с презрением выплюнул это слово, — Ледума недолго пытался следовать благородным идеям, которые провозглашал в своей предвыборной кампании. Он давно уже стал одним из вас, северян, и заботится только о процветании своей северной империи. Европа, Россия, Штаты, жирный Ближний Восток с его нефтью — вы все живете за счет нашего труда, труда Южного полушария. Пора что-то менять, и, если для этого нужно кого-то убить, я готов. Поэтому, когда ко мне обратились с предложением устроить покушение и обрисовали итоговые перспективы, я согласился.