Константин Хвостополосатов - Засланец
Прошло уже добрых полтора часа, как меня никто не тревожил. Вызов к Светлане остался без ответа. Немного поколебавшись, я попытался связаться с местной системой безопасности, как оказалось, тоже безрезультатно. Связь исчезла напрочь, отсутствовали даже обрывки и паразитные шумы, которые всегда имеются в каналах. В принципе, на этой странной планете я уже стал к этому привыкать. Заглянув в две малюсенькие совершенно пустые комнатушки и миновав темное ответвление, я продолжил движение в неизвестность. Ниша с находившейся в ней статуей чуть не вызвала к жизни мои уже довольно натасканные за последнее время боевые рефлексы. Существо, которое изображала металлическая статуя, с первого взгляда напоминало краба. Оно однозначно было облачено в скафандр, и держало в «руках» нечто, в моем понимании больше всего походившее на оружие. Возможно, тут сработала моя земная привычка к тому, что отважные герои на обелисках всегда изображаются с каким-нибудь предметом убийства в руках. Статую покрывал добротный слой пыли, под которой тусклым серебром блеснул металл. Четыре «ноги», две «руки», голова, как гриб-боровик, размером с приличного медведя. Разумный представитель вселенной лично у меня не вызывал умиления. Следующая ниша со очередной статуей отыскалась в паре метров от первой. Существо тоже вряд ли претендовало на звание гуманоида. Я тщательно записывал на носители моей брони все попадающиеся изваяния, хотя на пятом или шестом представителе героических разумных мой интерес слегка притупился. Каким стал по счету этот гуманоид, я не запомнил. Важно, что у него имелись хорошо знакомые и даже отыгравшие на струнах моей души очертания. Сначала мне вообще показалось, что со статуи на меня смотрит моя подруга Шиламаа, с которой я поделил не один парсек пустоты.
— Шила, милая Шила, — сами собой прошептали мои губы, — все ли у тебя хорошо, моя боевая подруга? А ведь я по тебе скучаю, хоть и не хочу сам себе в этом признаться…
Силуки, конечно, не являлась Шилой, просто глаз, вычленив в череде чуждых фигур знакомую, сразу прицепил к ней накрепко вырезанный в памяти образ. В отличие от Шилы статуя воплощала вполне взрослую и уверенную в себе даму. Скафандра на ней почему-то не было, но поза лучилась напряжением, а одежда походила на какую-то военную униформу с множеством карманов и застежек.
Дальше я «листал» изваяния, лишь отстраненно скользя по ним взглядом, мыслями же снова находясь на борту «Бурундука» с моим ставшим практически родным экипажем странных существ.
Она стояла ближе к концу галереи. В первый момент я даже не придал ей значения, пока мой мозг не достучался до меня через мои воспоминания. Самая обыкновенная земная девушка замерла на пьедестале очередной ниши. Непринужденная поза, обычный сарафан чуть выше колена, обе руки держат небольшую сумочку, игриво расположенную между стройных ног.
— Как ты сюда попала, красотулька? — удивленно произнес я. — Или я слегка перегрелся от долгого путешествия?
Не нужно объяснять, почему именно эту нишу я осматривал с особым пристрастием. При более внимательном осмотре обнаружилось, что фигурка все же немного худовата, хотя и не выходит за рамки допустимого по земным меркам образа красоты. Кроме того, девушка оказалась одета вовсе не в сарафан, а в какой-то облегающий костюм с накидкой. На ногах у нее вместо ожидаемых к прежнему образу босоножек красовались облегающие ногу короткие сапожки, а сумочка оказалась каким-то прибором на ремешке. И, тем не менее, она, несомненно, оказалась человеком, более того, девушкой с вполне милым личиком. Я осторожно стер пыль с постамента. К моему удивлению, в отличие от первого изваяния, материалом статуи оказался камень, очень похожий на гранит. К моему сожалению даже тщательный осмотр статуи и всей ниши не дал никаких результатов: ни надписей, ни экранов, ни даже завалящего инвентарного номерка. Просто статуя без надписей, изображающая девушку без имени.
— А ведь вполне может быть, что тут выставлены изваяния всех разумных, так или иначе контактировавших с обитателями этой базы, — пришла мысль. — Значит…
Дальше мысль резко остановилась, наткнувшись на факты. На той Земле, с которой пришел я, люди не одевались в такую одежду, да и контактировать с обитателями этой станции земляне просто не могли. По всему выходило, что это прелестное создание являлось именно той самой сестрой по разуму, а возможно и телу, о которой так долго мечтали фантасты, ученые, да и обычные люди планеты Земля. И к великому моему сожалению, у меня не имелось ни одной зацепки на тему поисков места обитания этих «сестёр».
— Возможно, Саныч бы снял эту статую с постамента, чтобы убедится, что под ним ничего не написано, — пришла забавная мысль, притащившая образ пыхтящего у статуи Саныча, — или, по крайней мере, он бы точно убедился, человек она или нет, даже если бы для этого пришлось снять с нее каменные штанишки.
Взгляд сам по себе скользнул вдоль симпатичной ноги под накидку. Но, увы и ах, там меня ожидал один лишь камень, заканчивающийся слегка заглубленной выемкой. С чувством глубокого сожаления я двинулся дальше.
— Надо будет запросить местную базу данных на счет информации о данной статуе, — сделал я сам себе заметку на будущее.
Через сотню метров гладкого и почти неповрежденного тоннеля в эфире появились отзвуки каких-то передач и помехи, а затем блеснули отражения света на стенах. Еще через десяток шагов система слежения брони подала знак о наличии активных датчиков впереди. Сдаваться с поличным было еще рановато, и я, снова миновав галерею статуй, вернулся к ответвлению от основного тоннеля. Еще полторы сотни метров, шесть пустых комнат со следами умеренных разрушений закончились очередным оповещением брони о наличии активной сенсорной системы впереди. Как ни крути, дальше идти становилось опасно. Пожалуй, единственный путь дальше оставался вниз через пролом в перекрытии, сделанный упавшим цилиндром.
Цилиндр выходил из пола и лежал на боку, щель между ним и полом оставалась узкой. Пролезть туда было невозможно, что находилось внизу — рассмотреть не удалось. Похоже, этот вариант тоже оставался далек от реализации. Толщина перекрытия оказалась около полуметра, похожий на пенопласт, но прочный материал слабо поддавался лазеру моего «джедайского меча». ЭМИ орудие «Дракончика» пробивало пол сантиметров на тридцать-сорок, что тоже оказалось малополезным. У меня имелась плазменная граната, но я уже убедился, что материал пола и стен хорошо держит температуру.
Выручила моя чудо-броня. Второй выстрел серпантинной пушки отколол от нижнего края пола ощутимый кусок. Обрадованный эффектом, я прикинул необходимый мне размер скола и взялся за дело. Дело оказалось небыстрым из-за довольно долгой перезарядки «серпантинки». И все же, спалив шесть батарей, я добился своего.