Оксана Щербатая - Изгнание. Книга 1
Надеюсь, этот здоровенный говорливый толстяк-элитарий меня не узнает! Впрочем, он видел меня близко лет в четырнадцать, когда я весила сорок килограммов и бряцала худыми коленками, как доспехами. Однако, несколько длинных рыжих прядей я перебросила на грудь, стараясь прикрыть ими часть лица. Не знаю, насколько успешно.
Но вошедший депутат, обозрев пространство столовой, выбрал именно мой столик и прямиком направился ко мне, несмотря на то, что еще двое мужчин сидели порознь, каждый за своим столиком. Манлий выбрал меня! Неужели узнал? Что делать? С дирижабля, находящегося в полете, на землю не спрыгнешь: находиться в воздухе еще хуже, чем плыть по воде!
- Вы позволите, рыжекудрая дамке, присоединиться к вам? - Ура, старый вор государственных денег не узнал старую изменившуюся знакомую! - Ужин еще не начали подавать? Ах, начали, но про наш столик забыли? Полноте, красавица: с вашей внешностью не пристало скромничать, ожидая милости от ленивых стюардов! Эй, милейший, быстро меню сюда! Или пойдешь в утиль уже завтра! Это я тебе говорю, дырявое корыто роботехники! Живо!
Как только дядька начал буянить, нас немедленно обслужили с массой поклонов и извинений. Манлий умиротворенно бурчал, что давно бы так, и методично поглощал свою порцию жареного кролика с зеленой фасолью и свежим салатом. Заказанный им кувшин беато пустел с головокружительной быстротой, и, о ужас, Манлий через полчаса был совершенно пьян!
- Деточка, вы из какой каюты? Я та-ак люблю рыженьких кошечек, похожих в постели на тигриц! А у вас и ногти - совершенно кошачьи: обожаю, когда у моих сладких кошечек настоящие ногти, а не наращенный вредный хлам! У вас отличный обмен веществ и биотина в избытке...
Так из какой вы каюты? Ик! До чего приятен местный беато: пьянит, но языка не лишает! Выпьете? Ах, вы уже выпили два фужера, - и ни в одном глазу! Несчастная вы девушка: быть пьяным, - это счастье и наслаждение: все кружится, все женщины кажутся красивыми, а друзья - настоящими, ик! Вы, цыпочка, простите, почему не пьянеете? Вы - элитария или ординария, выпившая антидот? Открою вам секрет, несравненная: мне уже немножечко больше ста лет, я только выгляжу молодо, - поэтому у меня нет иммунитета против выпивки, и это - замечательно! Я чувствую себя настоящим человеком, не то, что мой покровитель Хостис, глава Совета, - слышали о нем? Не увлекаетесь политикой?
Деточка, да вам цены нет! Может, вы еще и бриллиантами не интересуетесь? Дорогая, если мне можно было бы жениться, я бы вас взял в жены, но нельзя, нельзя... хотите быть подругой? У вас такая длинная гордая статная шея, как у тех лебедушек, что плавают в моем пруду, - их мясо такое вкусное, но вы, верно, еще вкуснее? Вашей шейке брильянты пойдут пойдут, чем этот слезный блеклый жемчуг!
Я сидела ни жива, ни мертва, опасаясь подать голос. Чего я боялась сейчас, осознав, что этот человек меня не помнит нисколько? Мои страхи были беспочвенной фобией или на чем-то основывались?
Не знаю почему, только три выпитых мною в течение ужина бокала французского беато не успокоили: хмель от очередной дозы проходил ровно за пять минут. В те минуты, когда была почти пьяна, то строила умильные рожи отвратительному дядьке: показывала белые зубки, поправляла бусы и локоны, меняла позу, то есть делала все, чтобы Манлий запомнил не меня, а мои обезьяньи ужимки. Он их, похоже, так хорошо запомнил, что сообщил, икая, что сегодня вечером непременно придет в мою каюту, в гости.
Пришлось намекнуть: путешествую не одна. Но не прочь сменить надоевшего друга на более мудрого и солидного, похожего на... Что я буду даже рада такому другу, как он. Но пусть он сам назовет мне номер своей каюты, если живет в ней один. Не хочу быть третьей лишней!
Манлий схватил меня за обе руки и принялся обцеловывать пальчики, словно они медом были намазаны. С трудом сдержалась, чтобы не врезать пьяному элитарию промеж бровей. Вот такие, как он, правят бал в Совете!
- Деточка, пойдемте нынче вечером в казино? Ради вас я готов проиграть хоть десятку, лишь бы все красиво было! - я свела брови грозно, как Клеопатра Восьмая, и старичок мигом пояснил: - десять тысяч, конечно, а вы что подумали? Десять ауров, что ли? Нет, Манлий умеет ценить красоту! Вы, конечно, достойны большего, но остальное я подарю лично вам, а не казино! Я, знаете ли, долго лечился от этой жуткой болезни: я ведь был игроком, понимаете? Конечно, вы слишком молоды... Было время, когда я находился на грани банкротства, и, если бы не мой лучший друг, я бы давно стал бомжем и умер где-нибудь под мостом у теплого моря... Друг не только вытащил меня из этого дерьма, - страсти к игре, но и выкупил мои закладные на поместье, и отдал их мне, хотя мог бы сделать меня своим рабом навек!
Вот при этих словах старого пьяницы я искренне заинтересовалась, даже забыла прятать глаза под прядями волос: открыла лицо, и Манлий увидел мои любопытные горящие глазищи. Увидел, и возрадовался:
- Деточка! Да вы - не просто эффектная куколка, вы красавица! Такого разреза глаз я давненько не видывал: кончики стремятся к вискам... Будьте моей единственной скортой, дорогая, и мы с вами проживем целый век!
- Но что ваш друг попросил взамен, мой господин? - я ласково, стараясь не кривиться, взяла в ладони толстопалую потную руку Манлия. - Скажите мне!
- Душечка, какие у вас тонкие пальчики! - Манлий задрожал от возбуждения: похоже, алкоголь лишь провоцировал в нем гормональную активность. - Какой размер? Пятнадцатый, самый маленький? Вы - элитария, признайтесь старику, но сбежали от любящей мамочки в поисках приключений?
- Нет, я сбежала от противного дядьки, сожителя мамочки! - выпалила я чистую правду: все равно Манлий пьян настолько, что слышит лишь себя. - Назовите мне номер вашей каюты, - и я непременно приду к вам в гости нынешней ночью, милый мой весельчак! И мы с вами будем любить друг друга, как два диких вепря! Вы любите это...? - склонилась к уху старика и шепнула ему несколько слов. Тот покраснел как помидорина, закивал. Сообщил: будет ждать меня ночью в тринадцатой каюте, по южной стороне. Дверь оставит незапертой, в ожидании прекрасной Лорелеи, то есть Галатеи.
Но лучше бы, конечно, нам с ним встретиться пораньше, сходить вместе в казино, попытать удачу...
Мысль Манлия была неплоха, только мне бы хотелось одной ту самую удачу испытать, без сопровождения отвлекающих болтунов, которым даже не интересно мое имя! Какая разница, как зовут женщину, в самом деле?
Поэтому я пристально всмотрелась в красноватые, пронизанные прожилками глаза немолодого ухажера, и. не отпуская его взгляда, спросила, насколько сильно он хочет спать? Вот лично я очень хочу! И зевнула сладко, потянулась ручками, как котенок. И Манлий немедленно зевнул, сказал, что сонливость одолевает. Он пойдет в каюту, поспит немного, а потом сходит в казино, возможно! Встал с места, пошатываясь, словно позабыв обо мне, и ушел, как автомат. Получилось! Даже элитарии поддаются суггестии, если их внутренняя защита отключена благодаря алкоголю.