Борис Стругацкий - OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким

Я сам, помнится, наткнулся как-то (лет 15 назад) на это интервью и задумался: а что, собственно, за роман имеется там в виду. Спросил у АНа – он тоже вспомнить не смог. Общими усилиями мы тогда пришли к выводу, что это была «Улитка», в своем первоначальном варианте (см. «Беспокойство»). Впрочем, настоящей уверенности нет у меня и по сей день.

Уважаемый Борис Натанович! Сознательно ли Вы с братом избегаете имен и географических названий в названиях Ваших произведений? Насколько помню, у Вас лишь два произведения включают в свои названия имена собственные: «Человек из Пасифиды» и «Белый конус Алаида», да и то последнее из них впоследствии выходило лишь под названием «Поражение».

Владимир Кузьмицкий <[email protected]> Ивдель, Россия - 01/30/02 21:06:28 MSK

Как правило, в уточнении «места и времени» необходимости у нас не возникало. Мы даже с удовольствием использовали этот литературный прием. Он давал возможность неограниченного обобщения предлагаемых идей. «Это происходит где угодно и когда угодно в наше время». Но некий прототип места событий всегда подразумевался. «Пикник» – это страна типа Канады или Австралии. Город в «Отягощенных злом» – безусловно Ленинград. А в «Хромой судьбе» Москва прямо так и названа Москвой.

Здравствуйте, уважаемый Борис Натанович! Огромное спасибо за Ваши с братом произведения! Обращаюсь к Вам, как к Учителю, и очень хотел бы получить ответы на следующие вопросы: 1. Как Вы думаете, насколько верна идея Л.Н.Гумилева о роли пассионарности в этногенезе?

Тимур <[email protected]> Алматы, Казахстан - 01/30/02 21:06:53 MSK

Идея не хуже и не лучше любой другой, стремящейся объяснить сразу все на свете. Вроде гипотезы о либидо у Фрейда или роли труда в очеловечивании обезьяны у Энгельса. Что мне у Гумилева действительно не понравилось, так это его потуги объяснить самое пассионарность космическими причинами. Такая непрофессиональная лабуда!

2. Если она верна, то не получается ли, что камикадзе, взорвавшие здания ВТЦ в США, и смертники-арабы, взрывающие себя на территории Палестины, являются пассионариями, или же это не пассионарность, а просто влияние среды, воспитывающей людей на примере героев, готовых пожертвовать собой ради торжества идеи (примеры этого есть в истории многих народов – только в истории СССР и России – экипаж Гастелло, Александр Матросов, 28 панфиловцев, офицеры и матросы крейсера «Варяг» и многие другие). По большому счету на этом основана идея воспитания военнослужащего – боевая задача должна быть выполнена, при необходимости и ценой жизни. Порой мы восхищаемся самопожертвованием ради чистой идеи, без рационального зерна – спасение Боевого Знамени части.

Тимур <[email protected]> Алматы, Казахстан - 01/30/02 21:07:22 MSK

Настоящие пассионарии, как я понимаю, это не Гастелло с камикадзе, а Гитлер, Чингиз-хан, Наполеон, Ленин (со своими приспешниками, естественно)... Вершители судеб и преобразователи истории, норовившие переломать ее об колено, чтобы добиться реализации своих идей.

3. Насколько виноваты государства-агрессоры: Германия и Япония в агрессии? Ведь во-первых (и по Вашему мнению), Гитлер не имел возможности избежать войны, а во-вторых, без преодоления последствий Версальского договора Германия не могла развиваться – рынки сбыта, национальный позор и т.п. В случае с Японией – экономическая экспансия США в Юго-Восточную Азию.

Тимур <[email protected]> Алматы, Казахстан - 01/30/02 21:07:41 MSK

Оправдание агрессии можно найти ВСЕГДА. Гораздо труднее найти для этого решимость и силы. У Гитлера было и то, и другое. И виноват он не столько даже в том, что развязал войну (мало ли кто развязывал войны, очень немногих объявляли при этом преступниками перед человечеством), главная вина его в том, какие и КАК проводил он в жизнь идеи (мировое господство, расовая теория и пр.).

4. Какие необходимы потрясения, чтобы народ и правительство США наконец поняли: нельзя ставить национальные интересы США выше всего, что насилие порождает насилие, а современный мир слишком хрупок для того, чтобы проверять это утверждение на практике вновь и вновь – ведь может хватить одного террориста-смертника, чтобы началась ядерная война.

Тимур <[email protected]> Алматы, Казахстан - 01/30/02 21:07:45 MSK

Это вопрос риторический. Назовите мне государство, которое НЕ ставит свои национальные интересы превыше всего. Странное это должно быть государство...

Уважаемый Борис Натанович! У меня к Вам два вопроса. 1. Вы упоминали в интервью, что кое-как читаете по-английски (АН же читал свободно). Тогда как же Вам удалось удовлетворить требованиям легендарной советской школы превода при работе над «Днем триффидов» и «Саргассами в космосе»? Или технический аспект «знания языка» для художественных переводов не столь важен?

Родионов Денис <hawkw[email protected]> Москва, Россия - 01/30/02 21:08:06 MSK

Вы не поверите, но было время (конец 60-х, начало 70-х), когдя я знал английский очень недурно. Читал Агату Кристи без словаря и для собственного удовольствия переводил Брэдбери, Джекобса, Пристли. Но язык – как стрельба из пистолета: требует ежедневной и регулярной тренировки. А я – разленился, забросил все свои упражнения и сейчас вернулся в свое первобытное состояние. Помните рассказ «Цветы для Элджернона»? Это – про мои взаимотношения с английским.

2. Как Вы относитесь к творчеству Леонида Андреева и, в частности, к сформулированному им принципу панпсихизма? Почему, по Вашему мнению, почти через сто лет он остается в тени таких писателей, как Чехов, Толстой, Горький? На мой взгляд, их творчество вполне сопоставимо. Может, быть, дело тут в некоторой ненормальности того, о чём и как он писал (на фоне всего прочего), а вовсе не в «масштабе личности»?

Родионов Денис <[email protected]> Москва, Россия - 01/30/02 21:08:36 MSK

Было время (в 20-25 лет), когда я был в восторге от Андреева. «Красный смех». «Рассказ о семи повешенных»... Любимый томик его до сих пор стоит у меня на полке. Но в руки его я брал последний раз лет 30 назад – раскрыл, заглянул и поставил обратно: не то. Острота впечатлений пропала, «он пугает, а мне не страшно», «тот же Куприн гораздо лучше сохранился...». Sic transit gloria mundi! А ведь был – потрясатель душ! Со Львом Толстым соперничал! Все проходит. Это и есть высший суд в литературе – суд времени. Безжалостный, как и само время.