Сиротка Пердиды - Стефан Вул

Те двое всё это время не двигались с места.

Хозяин поманил их к себе. На секунду Макс едва не отказался приближаться: вонь была невыносимой. Но, опасаясь прослыть трусом, он всё-таки спустился по ступеням. Силбад последовал за ним, что-то ворча себе под нос.

Когда до Хозяина оставалось около трёх метров, толстяк выставил руку, останавливая их.

— Ближе не надо, — посоветовал он.

Стражники тоже нехотя приблизились и снова окружили пленников.

Вблизи, сбоку, чудовищная голова выглядела ещё более уродливой. Её сероватая кожа была покрыта проплешинами, среди которых кое-где торчали редкие клочья шерсти. Если приглядеться, можно было различить крошечный, несоразмерный размерам головы глаз. Он блестел, словно драгоценный камень в отверстии стены, примерно в двух метрах над полом.

Платиновым кулаком Хозяин приподнял верхнюю губу чудовища, словно тяжёлую занавеску. Под ней открылся целый ряд переплетённых клыков на розоватой слизистой.

— Впечатляет, правда? — с гордостью спросил он.

Отпустив губу, он пояснил:

— Это роющее чудовище. Древние гаммийцы, населявшие эту планету, приручили его, чтобы прокладывать подземные галереи быстрее любой машины. Об этом свидетельствуют барельефы. Этот подземный город построили его предки... По крайней мере, они выполняли самые тяжёлые работы.

— Очень интересно, — сказал Макс. — Но полагаю, ты вызвал нас сюда не для лекции по зоотехнике.

Хозяин улыбнулся.

— До этого ещё дойдёт, — ответил он. — Спешить некуда.

Метис с отчаянием подумал о Белль, о ребёнке и о своём звездолёте, который неизбежно должен был отправиться в путь через... Он удержался от желания взглянуть на браслет. Примерно через сорок часов.

Хозяин с насмешливым видом посмотрел на Силбада.

— Язык у тебя слишком длинный, старый моряк, — объявил он. — Ты сам подписал себе смертный приговор. Чтобы её успокоить, мне пришлось пообещать тебя Большой Дорогуше. Правда, не прямо сейчас. Посмотрим завтра... или через несколько дней. Но она не забудет, поверь мне. Теперь только об этом и думает. У неё очень обострённое чувство данного слова и превосходная память.

Силбад презрительно пожал плечами и протянул Максу связанные запястья.

— Развяжи меня, а то пойду и сверну ей башку, — буднично попросил он.

Стражники схватились за оружие. Но Хозяин уже задыхался от смеха. Он махнул своим людям, приказывая не вмешиваться.

— Давай, Большой Макс! — прохрипел он сквозь приступы хохота. — Развяжи его, пусть повеселит нас!

Макс посмотрел на старого друга.

— Силбад, пообещай мне, что не станешь дурачиться.

— Ладно, ладно, — сдался старик. — Оставим это на потом. Только развяжи.

Макс одним движением большого пальца разорвал узлы. Силбад сдержал ругательство: верёвки успели изрядно натереть ему запястья. Недовольно сунув руки в карманы, он отступил в сторону.

Метис повернулся к Хозяину, который всё ещё смеялся, вытирая слезящиеся глаза пухлыми пальцами.

— Хватит уже этого нелепого представления! — бросил Макс. — У тебя жир ходуном ходит по всему телу. Смотреть противно. А раз ты не хочешь переходить к делу, я сделаю это за тебя. Тебе нужен мой звездолёт, верно? Но ты не решаешься напасть на него, потому что боишься экипажа. Предпочитаешь терпеливо ждать, пока мои люди сами отправятся на поиски меня. Можешь не рассчитывать, жирная свинья. Им приказано взлететь через десять часов, даже если меня не окажется на борту.

Желая ускорить события, Макс говорил без умолку, не давая противнику вставить ни слова. Он смешивал правду с вымыслом, сокращал сроки и щедро приправлял свою речь оскорблениями, рассчитывая вывести собеседника из себя.

Чудовище уже начинало рычать. Разъярённый Хозяин вскочил и заорал стражникам:

— Заткните его!

— Силбад, за дело! — приказал Макс.

Эти двое и прежде не раз попадали в опасные передряги. Негласное взаимопонимание и многолетняя привычка действовать сообща помогали им без лишних слов согласовывать свои действия. В сущности, Силбад с самого начала понял, к чему всё идёт.

Начался странный, но отлаженный до мелочей танец.

Макс и Силбад резко разошлись в стороны и одновременно опустились на пол. Каждый тут же развернулся на ягодице, и вытянутые ноги подкосили двух стражников, совершенно не ожидавших от противников такой манеры боя.

— Схватить их! — вопил Будда. — Зверь раздражён!

Приказ не только не помог, но и окончательно усугубил хаос. Зверь и в самом деле опасно метался между колоннами. На лицах стражников застыл ужас.

Силбад уже вскочил на ноги, держа в руке меч. Правой ногой он резко ударил поверженного противника в висок, а его клинок тем временем описывал вокруг другого сверкающие дуги.

Макс схватил одного из нападавших, вытянул его на расстояние вытянутых рук и швырнул прямо в троих остальных. Те повалились, словно кегли.

Хозяин быстро сообразил, что единственный способ успокоить чудовище — прекратить драку. Он перестал удерживать гигантскую морду и, уверенный в собственной силе, бросился на Макса.

Его металлический кулак обрушился с быстротой молнии и раскроил лоб... стражнику, которого Макс успел выставить перед собой живым щитом.

В одно мгновение Макс увидел всю картину: громадная, неповоротливая фигура толстяка на фоне разверзшейся красной пасти, похожей на кратер или врата театрального ада. Чуть поодаль колонны уже начинали съезжать со своих оснований.

Макс напрягся, словно взводя катапульту, и резко выбросил тело вперёд. Его голова с глухим шлепком врезалась Хозяину в брюхо.

Всё вокруг словно замедлилось. Будда оторвался от пола и полетел назад. На мгновение он застыл в высшей точке параболической траектории, раскинув руки и ноги, с выражением неописуемого изумления на лице.

Макс видел, как тот перевернулся в воздухе и пролетел под зловонным театральным сводом разинутой пасти...

Громадные челюсти с