Сиротка Пердиды - Стефан Вул
Макс поднял голову. На лбу у него залегла тревожная складка.
— Почему, — спросил он, — вас это так радует?
Молодая женщина отвернулась. По её лицу скользнула тень. Наконец она призналась:
— Мартен не… То есть он не может иметь детей. И потому я подумала…
Она неуверенно взглянула на обоих мужчин.
— Продолжайте, — сказал Макс.
— Теперь Клоди остался сиротой. Я надеялась усыновить его.
Она поспешно добавила:
— Разумеется, если Макс даст согласие. В моральном смысле именно он теперь вроде бы распоряжается наследием Клода.
После минутного молчания мулат сложил карту Пердиды.
— Сначала спасём ребёнка, — сказал он и направился к своей каюте.
Белль прикусила губу. Силбад обнял её за плечи и ободряюще скорчил гримасу.
— Пойдёмте посмотрим, чем занимается Мартен, — предложил он.
***Мартен склонился над микрофоном, словно пытался загипнотизировать его.
— Конечно, я умею плавать, — сладким голосом нашёптывал он. — Брось меня в озеро — сам увидишь.
— Ты утонешь, — отвечал голос Клоди. — Озеро очень большое и глубокое. А у тебя нет ни рук, ни ног, Микрофон!
— Чтобы плавать, они мне не нужны, малыш. Брось меня в воду.
— А я, Микрофон, говорю, что ты утонешь.
На висках Мартена выступила испарина. Теряя терпение, он предложил:
— Тогда давай сделаем по-другому. Ты прыгнешь в озеро, а я тебя вытащу. Ты ведь говорил, что умеешь плавать.
Мальчик неуверенно признался:
— Я соврал.
— Ах ты маленький лгунишка! — мягко пожурил его рыжеволосый. — В наказание я научу тебя держаться на воде. Не бойся, я буду рядом и поймаю тебя. Прыгай смело в озеро вместе со мной. Если будешь крепко держаться за меня, ничего страшного не случится.
— Правда?
— Увидишь, как это весело!
Голос Клоди на мгновение смолк.
— Что ты делаешь? — спросил Мартен.
— Опускаю ногу в воду.
— Надо обе ноги. Плюх! Сразу обе, как большой мальчик!
— Холодная…
— Да нет же, глупыш, просто…
Дверь в рубку резко распахнулась. Мартен раздражённо дёрнулся и вдруг закричал:
— Нет, нет, прыгать не надо! Мне не нравятся такие шутки, Клоди!
— Но ведь ты сам…
— Нет! Нет! Я запрещаю тебе подходить к озеру!
— Чтоб мне лампуаром по башке! — взвизгнул Силбад, входя в рубку вместе с Белль.
Молодая женщина бросилась к мужу. Она была смертельно бледна.
— Озеро! — простонала она.
— Да, — ответил Мартен, покраснев до корней волос. — Он хотел искупаться. Я запрещаю тебе, слышишь, Клоди!
— Микрофон, ты говоришь сразу всеми голосами! — восторженно воскликнул мальчик. — А теперь сделай голос Матроса!
— С удовольствием, юнга. Если заберёшься в лес, я спою тебе песню о комете!
Белль провела ладонью по лбу Мартена. Он раздражённо отстранился.
— Оставь меня в покое.
— Ты так взволнован, — мягко сказала она.
ГЛАВА II
«Большой Макс» опустился на Гамму-10, на поляну посреди Мёртвого леса.
Застывшие на месте ещё несколько столетий назад деревья представляли собой скорбное и безжизненное зрелище. Высоко над головой, со всех сторон, их скелеты протягивали к небу непроходимую сеть переплетённых ветвей. Вокруг пней и в развилках сучьев громоздились длинные белые, словно снег, песчаные наносы. Они довершали иллюзию зимы, которую тотчас разрушала невыносимая жара.
— Это всего лишь промежуточная остановка, — сказал Макс. — Выходить из корабля незачем. Мы проведём на этой пустынной планете восемь дней. А благодаря кометному разгону до Пердиды останется лететь всего пять недель.
Белль спросила, везде ли Гамма-10 выглядит одинаково.
— Нет, — ответил Силбад. — В двадцати пяти километрах к северу лес внезапно обрывается у подножия Ступеней Великана. Не волнуйтесь, никаких великанов здесь никогда не водилось. Так называют огромную, почти круглую воронку с ровными уступами, спускающимися к Сомюру — морю с невероятно высокой концентрацией соли. На этой планете есть ещё четыре или пять подобных морей. И все они лежат на дне таких воронок — гладких и круглых, словно линзы в окуляре подзорной трубы. Кроме уже упомянутого Сомюра, есть Большое Болото, Коростовая... Названия остальных я забыл. Зрелище довольно впечатляющее, особенно если прежде ничего подобного не видел. На этот счёт существует одна теория. Говорят, эти воронки — остатки древней цивилизации. Дескать, какие-то человечки всё время искали воду, уходя за ней всё глубже и глубже. Вполне возможно, сударыня. И благодарю вас.
Белль не знала, удивляться ей или смеяться над этой загадочной шуткой. Она округлила глаза и чуть приоткрыла рот. Силбад тихонько захихикал.
— Благодарю, что выслушали мою никчёмную болтовню. И особенно за то, что смотрите на меня такими глазами. Мне нравится с вами разговаривать, сударыня. И я даже скажу почему...
Он умолк и покачал головой.
— Хотя, если подумать, ничего я вам не скажу.
Макс расхохотался.
— Ну ты и хитрец, Силбад! Нельзя же так дразнить женское любопытство и оставлять его неудовлетворённым.
— Макс прав, — поддержала его Белль. — Скажите, почему вам хочется со мной разговаривать, Силбад?
— Нет уж, тогда всё испортится.
Она надула губки, одновременно смеясь и сердясь.
— Вы нехороший человек.
— Я уже наговорил лишнего,