Гэрет Уильямс - Темное, кривое зеркало. Том 2: Смерть плоти, смерть мечтаний

И твое предостережение. Я видела твою смерть, шаал Ленньер. К ней приведет тебя то, что случилось сегодня. У тебя будет возможность выбора в день твоей смерти. Один путь приведет к жизни и проклятию. Другой… ты умрешь, но твоя смерть будет значить больше, чем ты можешь себе представить.

И знай, шаал Ленньер: если бы я хоть на мгновение сомневалась в твоем выборе, я убила бы тебя сейчас. Ты понимаешь?

— … Нет…

— Поймешь. Ты поймешь.

- Как вы себя чувствуете?

— Немного… странно. Это тело… Мне кажется, что к нему будет труднее привыкнуть, чем к старому.

— Чего и следовало ожидать, — заметил Вейяр. — Тем не менее… оно вам идет.

— Надеюсь.

Вейяр выпрямился и посмотрел на женщину, чью жизнь он помог спасти.

— Я здесь для того, чтобы передать тебе твое предупреждение, как мы договаривались. Ты помнишь?

— Да… помню. Многое из того, что случилось со мной, было для меня смутным… неясным. Теперь — нет.

— Хорошо. Мы обещали тебе, министру Моллари и шаалу Ленньеру — каждому из вас — дар и предупреждение. Они будут даны вам в тайне, хотя, если вы пожелаете разделить их с другими, — это ваше право. Ты уже получила свой дар. Тебя изменили. История была возвращена на верный путь. А теперь — твое предупреждение…

Вейяр покрылся испариной. Деленн заметила это, теперь ее зрение было куда более ясным, чем в последние четыре месяца. И сейчас она ловила себя на мысли, насколько это было следствием усталости от ритуала, и насколько — следствием… чего — то иного?

— Мы сомневались, стоит ли оказывать вам помощь. Мы знали, что можем помочь вам в любой момент, вопрос был только в том, должны ли мы это делать. Путешествие, в которое мы отправили вас, поиски виндризи… мы в любой момент могли сделать это сами. Нам было нужно, чтобы ты кое — что увидела сама… Ты видела?

— Я… — забрезжил легкий отблеск памяти о снизошедшем к ней духе Валена. — Думаю, что видела.

— Что ж, я думаю, не имеет значения, видела ли ты это, или нет. Вы вернулись, и мы исцелили тебя. Итак, твое предупреждение… и причина наших сомнений в том, стоило ли помогать тебе… Однажды в будущем, ты будешь держать в своих руках миллиарды жизней. Судьбы тысяч планет будут зависеть от твоего выбора, и ничтожного толчка будет довольно, чтобы ты приняла неверное решение. После твоих… предыдущих деяний ты можешь понять наши сомнения.

— Я хочу искупить… — проговорила она дрогнувшим голосом. Вейяр был землянином. Эльрик был землянином. Что чувствовали они, когда она отняла у них родной мир? Оставались ли они землянами в достаточной степени, чтобы переживать о нем?

— Возможно, ты искупишь, возможно, нет. И то, и другое не имеет значения.

Он пытался говорить подобно Эльрику. Пытался, но… Несколько более усердно, чем следовало.

— Мы сделали то, что обещали, и получили то, в чем нуждались. Вскоре мы покинем это место, и с того времени ваши заботы перестанут нас касаться.

— Постойте! — воскликнула Деленн, садясь. — Вы не можете бросить эту планету. Вы не можете бросить этих людей на произвол судьбы. Как насчет… дракхов…

Их она помнила достаточно хорошо.

— У вас есть великая сила. Разве не следует ее использовать?

— Это не наша война.

— Я не говорю о том, чтобы сражаться в войне. Я говорю о спасении жизней.

— А если жизни, которые ты спасешь… если эти люди, спасенные тобой, позже опять будут вовлечены в войну, разве не будешь и ты, таким образом, вовлечен в войну? Мы больше не будем сражаться.

Деленн чуть наклонила голову.

— Как странно.

— Что странно?

— Ваши слова так похожи на слова вашего учителя, и все же я не думаю, что вы искренне верите в сказанное.

Вейяр замолчал на минуту, словно хотел что — то возразить. Затем он прикрыл глаза и зашагал прочь.

— Думайте, как вам больше нравится, — резко бросил он, прежде чем исчезнуть из виду.

Деленн снова вернулась ко сну, хотя и не сразу.

Я так и не знаю, что это было. Хотел бы я знать. Лита… она ничего не говорит. Я не удивлюсь, если она — тот человек, которому известно все.

Было это хотя бы реальностью или просто сном? Да и была ли это ты, Деленн?

Ты помогла мне раньше. Я больше не могу представить мой мир без тебя. Да, — я боюсь, боюсь остаться без тебя. Но ты права, — пока что наши жизни идут разными путями.

Пускай твой сон будет мирным, Деленн. Мне не хватает тебя.

Человечество начинает давно задуманный контрудар против минбарцев, но на сей раз они далеко не одни. В то время как Калейн создает новый Серый Совет, он находит, что его заботы о своем народе сильно отличаются от таковых его предшественника, который в свою очередь обнаруживает, что поиски Валена приводят его в очень странные места. В настоящий момент Синевал ищет Охотников за душами, чтобы сделать им предложение, от которого они не смогут отказаться. А на Казоми 7 Деленн создает свой собственный небольшой приют Света, который угрожает затопить Тьма…

Я смотрю в пропасть и не могу оторваться, я вспоминаю слова, что были сказаны так давно, но которые имеют так много общего с моим настоящим. Когда ты пристально смотришь в пропасть, пропасть смотрит на тебя в ответ.

Иногда, когда мой разум успокаивается, я удивляюсь тому, что делаю. Но потом я вспоминаю, почему я это делаю. Минбарцы убили моих соотечественников. Они разрушили мою родную планету, мои мечты… наши мечты. Они отобрали у нас Землю, а затем Орион-7 и Альянс Пояса, и они пытались отобрать Проксиму. Они потерпели неудачу, и теперь мы… по крайней мере, у нас есть возможность дать сдачи.

Прошло несколько тяжелых месяцев со Второго Рубежа. Все это время у меня бывало не больше двух часов на ночной сон, и все же я чувствую себя полным сил… И более воодушевленным, чем за все эти годы. Интересно, что Мардж думала бы обо мне сейчас… Это конечно риторический вопрос. Она мертва уже одиннадцать лет.

И это все я делаю для нее. Для нее, для моих детей… для всех жен и детей. Мы никогда не будем в безопасности, пока жив хотя бы один минбарец. Никто не будет, итак… мы объявляем им войну.

На этот раз все будет иначе. Мы изучили технологию, спасенную с их разрушенных кораблей, и соединили ее с нашей собственной. Нарны просили дать и им доступ к этой технологии. Их война с центаврианами идет не так хорошо, как им бы хотелось. Тем лучше. Чем дольше они заняты, тем более сильными мы станем. Они воспользовались нападением минбарцев, чтобы поработить нас, но теперь… теперь у нас есть сила. Мы не будем ничьими рабами.