Тодд Маккефри - Сердце дракона

Фиона вопросительно взглянула на него.

— Ну, — медленно растягивая слова, ответил Л’риан, — если ее поддерживает всадница королевы, у нее точно будет шанс. — он покачал перед ней пальцем. — Имей это в виду, когда придет время.

— Хорошо, зеленый всадник. — пообещала Фиона.

Фиона могла примерно представить удивленное выражение лиц Сайски и К’лиора в ответ на почти невероятное Запечатление Ксинной зеленого дракона, но мысль о выражении лица Х’неза вызвала на ее губах улыбку.

— Идем. — позвала она через плечо, когда они вместе спускались по лестнице. — Мы еще сможем что-нибудь перекусить, прежде, чем поведем кормить Талент’у.

Талент’а уже достаточно выросла, чтобы питаться в загончиках на берегу озера, и ей доставляло удовольствие проходить каждый раз двухкилометровый путь туда и обратно, чтобы поесть. Когда Фиона впервые увидела, как ее дракон убивает свою жертву, ее это скорее рассмешило, чем напугало, потому что Талент’у фактически заставили умертвить несчастную домашнюю птицу, выбранную в качестве ее первой добычи.

— Жуй и глотай! — раздраженно кричала Фиона. — Давай, убей ее! — добавила она, испугавшись своей собственной злости.

— Мне нужно запомнить, что тебя лучше не злить. — послышался голос Сайски за ее спиной. Фиона обернулась с виноватым видом, а Сайска лишь усмехнулась. — Они способны вызвать жажду крови в своих всадниках, не так ли?

— Ну, — сказала Фиона, пытаясь прийти в норму, — я видела работу людей на бойне, так это выглядит более прилично. — она бросила взгляд на Талент’у, которая все еще возилась с полумертвой птицей, и вновь повернулась к Госпоже Вейра, признав. — За исключением, возможно, этого момента.

— Давай. — ободряюще крикнула Талент’е Сайска. — Ты же голодна! Ешь ее!

Испугавшись, Талент’а остановилась на середине процесса, и полудохлая птица кинулась прочь.

— О, во имя Первого Яйца! — раздраженно воскликнула Сайска. Она указала на Фиону. — Ты должна показать ей, как это делается!

Фиона уже была готова сделать это, когда Талент’а, то ли намеренно, то ли случайно, проглотила предназначенный ей обед.

— Жуй! — завопила Фиона.

— Если она подавится, тебе нужно запрокинуть ей голову назад. — наставляла Сайска.

Но Талент’а не давилась, а жевала, ее мощные задние зубы легко справились и с мышцами, и с костями.

«Это было весело!»

— Она предназначена, чтобы ее есть, глупышка. — пожурила ее Фиона, качая головой.

— Ну вот, теперь и я проголодалась! — заявила Сайска, поворачивая в сторону Кухонной Пещеры.

На этот раз Талент’а так жаждала присоединиться к ним, что уже ждала их возле лестницы.

— Мы бы зашли за тобой. — сказала ей Фиона.

«Но я уже голодна». - ответила Талент’а, разворачиваясь в сторону загончиков с решительным видом.

— И не скажешь, что ей… — Фиону ощутила внезапный приступ головокружения. Почему она чувствовала себя нормально почти всегда, кроме тех моментов, когда нужно было сосредоточиться, или принять важное решение? Это явно не было болезнью, это было что-то, непонятное и поэтому пугающее. Казалось, что, если бы у нее не было кого-то, вроде Ксинны, для напоминания, в дни, прошедшие после Запечатления Талент’ы, она бы и не знала, как ей поступить. Ей постоянно был необходим кла в огромных количествах.

— Ей исполнилось шестдесят четыре дня. — вежливо напомнила Ксинна. — Два месяца и восемь дней. Она такая, какой и должна быть в этом возрасте.

— Конечно, да. — сказала, соглашаясь, Фиона, ускоряя шаг, чтобы догнать своего дракона. В глубине души она была раздражена не только своей забывчивостью, но и быстротой реакции Ксинны.

Было очевидно, что скорость, с которой Талент’а выбирает и поглощает свою добычу — чаще всего упитанных молодых овец — означает, что королева на самом деле очень голодна.

— Говорят, что когда королева готова подняться, она должна только пить кровь своих жертв. — неожиданно произнесла Ксинна справа от Фионы; Фиона была так захвачена кормлением Талент’ы, что не слышала, когда она подошла.

— А еще говорят, что всадница королевы ответствена за то, чтобы удержать королеву от переедания. — с видом заговорщика добавила Ксинна.

Фиона бросила на нее колкий взгляд, отрезав. — Она ведь сейчас не объедается, не так ли?

Ксинна покраснела и быстро покачала головой. — Нет. — проговорила она. — Я имела в виду не это.

— У королев тоже бывает время любви. — добавил позади них глубокий голос. Фиона повернулась на каблуках и оказалась лицом к лицу с Т’маром. Бронзовый всадник улыбнулся и показал на Талент’у. — Она уже сильно подросла.

Он повернулся к Ксинне. — Эллора зовет тебя на кухню. — глаза Ксинны расширились, когда она попыталась вспомнить, что натворила на этот раз, затем, кивнув обоим всадникам, она бегом сорвалась с места.

Т’мар шагнул вперед и встал рядом с Фионой. Он взглянул на нее сверху вниз и негромко сказал. — Я понял, что в трудную минуту мне очень нужны мои друзья рядом.

Фиона смотрелала на него с ничего не выражающим лицом, хотя уже начинала понимать, что он имеет в виду.

— Поэтому очень жаль, что ты так плохо относишься к человеку, который к тебе привязан. — закончил Т’мар, ловя глазами ее взгляд.

Фиона в замешательстве пыталась найти слова, чтобы ответить на обвинение, но не сумела: Т’мар был абсолютно прав. Она глубоко выдохнула.

— Просто мне кажется, что все на меня смотрят и все меня осуждают. — пожаловалась она.

— А что, в Форт Холде другое отношение к молодым? — вежливо спросил Т’мар.

Фиона покачала головой.

— Конечно же, на тебя определенно обращают внимание. — отметил Т’мар. Фиона резко вскинула на него глаза. — Самый главный повод для сплетен — то, что Ксинна всегда с тобой.

— Но она помогает мне. — наивно заявила Фиона.

— Да, только она находится с тобой постоянно. — заметил Т’мар. — Похоже, что и днем, и ночью.

Фиона сверкнула на него сердитым взглядом. — Мы проссто друзья!

— Я знаю это. — ответил Т’мар. — Но думала ли ты о том, что произойдет с Ксинной, когда твоя Талент’а поднимется и найдет себе пару?

По выражению лица Фионы было очевидно, что она об этом и не думала.

— Ну, до этого еще Обороты! — заявила она.

— И во что может вылиться эта привязанность Ксинны через все эти Обороты? — поинтересовался Т’мар, качая головой. — И, вне зависимости от того, каковы твои намерения, для нее это будет чудовищное потрясение.

— Но она моя подруга! — выпалила Фиона, и тут же выражение ее лица сменилось на печальное. — Почему она не сможет и тогда оставаться моей подругой?