Анатоль Нат - Операция "Бешеные лошади"

— Мало того, что ваши княжества, да баронства заняли, чуть ли не половину моего континента, так вы ещё и к нам, в нашу Империю лезете. Совсем от вас житья не стало.

— "Она что, сдурела? — пронеслась в голове у княжны сумбурная мысль. — Хамить подоным образом мне? Мне, Наследной Княжне Подгорного княжества? Да, в конце концов, просто человеку?"

— Это что? — неуверенно спросила княжна императрицу, чувствуя, что у неё вдруг начинают холодеть ноги и кончики пальцев понемногу немеют. — Откуда здесь эта женщина?

— Откуда, откуда, — недовольно буркнула императрица. — Всё оттуда же, откуда и ты сама милочка явилась.

— Из тех же ворот, что и весь ваш народ, — грубо расхохоталась она.

— С ваших же земель зараза эта лезет, — недовольно проворчала Императрица. — В кои то времена установилось нормальное общество, без вас, без людей. Так нет же, тут же образовался новый клан, куда поналезло нищеты, да дряни, да нищебродов всяких. Да ещё и с человеком во главе.

— И ладно бы один, так ведь трое, — сердито проворчала она.

— "Так вот что её на самом деле беспокоит", — мгновенно сложив в мозгу все несуразицы последнего времени вместе, княжна лихорадочно обдумывала возникающие в связи с этим интересные перспективы. Перспективы, сулящие весьма и весьма многое.

— А теперь они утверждают, — донёсся до её сознания голос Императрицы, — что в полном соответствии с древними канонами возродили старый имперский клан Бурой Медведицы. И в доказательство этого прислали этот мозаичный портрет. С медведицей, медвежонком и ещё какой-то бабой с ребёнком на руках. Нет, чтобы самим явиться, — плотоядно ухмыльнулась Императрица, — так сказать, лично. Не-ет, — задумчиво протянула она. — Умные! — добавила она чуть погодя, с глубоким, старательно скрываемым от княжны, сожалением. — Портрет прислали. А его в котёл не засунешь.

— Несъедобен! — громко расхохоталась она в пустынной в этот ранний утренний час портретной галерее.

Гулкий хохот пронёсся по галерее каким-то недобрым вестником грядущих злых перемен…

— Некоторые это поддерживают, — недовольно, глухим голосом тихо буркнула она.

— "А чего эта ящерица так разоткровенничалась? — ещё более насторожилась княжна. — На неё что, совместная трапеза так подействовала?

Княжну неожиданно пробило на понимание происходящего. Императрица банально была пьяна. И пьяная — не контролировала что говорит.

— "Да она небось думает, что я теперь своя. Точнее, вся, с потрохами — её?" — обрадовалась про себя княжна.

— "Она же пьяная!"

Пошатывающаяся, весьма характерная походка Императрицы не оставляла ни малейшего сомнения в истинных причинах подобной откровенности. Это было интересно и сулило определённые перспективы. И это надо было использовать.

— "Дура! — сердито подумала княжна. — Напилась перед серьёзным разговором".

— "Пьянь! Алкоголичка!"

В этот момент княжна как никогда была близка к провалу своей торговой миссии, настолько ей вдруг стало противно и неприятно общество молодой, пьяной Императрицы.

— "Интересно, — княжна неприязненно рассматривала что-то ещё говорившую ей ящерицу, на что она уже практически перестала обращать внимание, — этот серо бурый цвет её кожи подтверждает фантазии некоторых наших биологов о происхождении мыслящих яшеров? Или от современных земноводных ящериц, в изобилии водящихся и доныне в пустынях на других континентах, или от тех что находят до сих пор в тропических болотах?

— А конкретно эту особь — как произошедшую от ящерицы гуаны. А что, — мысленно хмыкнула она. — Фамилию Гуа Ду вполне можно перевести как — гуана дура. А Сухая — как сухая дура.

— Тогда, что мы имеем?

— Сухайя Гуа Ду? Или же — ну и дура же ты, сухая ящерица! — внезапно развеселилась княжна.

— Есть, правда ещё и другая трактовка одной части её фамилии Гуа — гуано. Или, проще говоря — птичье дерьмо.

— Что ж, — продолжила она мысленный диалог сама с собой. — Это даже лучше. Ещё точнее и ещё более сочное выражение её нынешней сути".

— Так это, значит, и есть человеческая женщина, Глава возрождённого клана Бурой Медведицы?

Княжна поторопилась оборвать собственные мысли, испугавшись что они явственно выступят на её лице. Всё же опыта умелого царедворца, по лицу которого никто, никогда ни о чём не догадается у неё было недостаточно. Так что следовало остеречься. Если, правда, она не хотела с первым же визитом в Империю раз и навсегда испортить вроде как налаживающиеся хорошие отношения между их странами.

— Значит это тот самый клан, что доставляет вам наибольшее безпокойство? — тихо переспросила княжна, внимательно рассматривая портрет своей бывшей лучшей подруги, которая ещё совсем недавно готова была сделать для неё все самое невозможное. Сама, добровольно, по одной её только просьбе.

— Что? — Императрица, бросила на неё пронзительный, внимательный взгляд. — Никак признала знакомую?

— Да нет, — ни на минуту не задумываясь, отказалась княжна, слегка качнув отрицательно головой. — Просто никак не могу поверить, что кланом имперских ящеров управляет простой человек. Да к тому же ещё и женщина.

— Ты ещё меньше поверишь, милочка…,

Княжну явственно передёрнуло от столь явно демонстрируемого панибратсва. В этот момент она как никогда близко была к провалу своей миссии. Но на её счастье, пьяная Императрица этого не заметила.

— Ты не поверишь, если я тебе скажу, что там хозяйничает и эта медведица. И клан тот не даром так называется. Ни одно дело там не делается без одобрения этих двух, — раздражённо кивнув на портрет, отвернулась она в сторону.

— А это очень плохо. Союз зверей, людей и ящеров, противоестественен, — глухо заявила она. — Такой союз неуправляем, а значит, для меня, как Главы Империи — опасен.

— Это ничего, что я раскрываю перед тобой все наши тайны, — насмешливо посмотрела она на княжну.

Лёгкий холодок предчувствия смерти пробежал у княжны по спине. Следовало быть крайне осторожной.

— Даже не понимаю, как я повелась на эти их подарки, — не дождавшись ответа, Императрица раздражённо покачала головой. — Да и сама посуди, — повернулась она к княжне, невольно как бы жалуясь. — Ну разве можно было отказаться от столь чудного напитка, да ещё в таких больших количествах. Сто литров настоящей водки. Самой глубокой очистки, — покачала она безнадёжно головой. — Ну разве можно было от такого отказаться? А потом ещё и десятилитровый бочонок орехового нектара, — снова расстроено покачала она головой. — Этого, как они его называют, коньяка.