Запасная невеста. Сбежать от василиска - Виктория Чара

Василиск внутри меня требовал вырвать эти ворота с корнем. Сложно было не поддаться порыву.

Но руны на руках отозвались мягким теплом. Живая пульсация истинной связи напомнила о себе и потекла по венам.

Перед глазами возник образ Леи — ее дыхание на моей шее, ее расслабленные во сне руки. Я медленно, шумно выдохнул. Одно короткое воспоминание о Лее, доверчиво спавшей в моих объятиях на и зверь успокоился. Ярость прошла, сменившись почти ледяным спокойствием.

Когда время вышло, мы не стали стучать. Вейран коротко кивнул своим людям, и те рассыпались по периметру, как тени.

Внутри меня уже разворачивал кольца василиск. Зверь выходил на охоту. Обострились инстинкты, кровь пульсировала от предвкушения. На кону стояло слишком многое, чтобы играть по правилам, а искать проклятый рубиновый артефакт вслепую было глупо.

— Кабинет — мой, — бросил Вейран и исчез за массивными дубовыми дверями вместе с двумя своими ребятами.

Я остался в холле, втягивая воздух. Дом буквально фонил спектром запахов: редких сортов дерева, старых книг, терпкого сигарного дыма, дорогого парфюма.

Но сквозь этот благополучный коктейль пробивался один, который ни с чем не спутать — тот самый тяжёлый, сладковато-горький аромат храмовой травы, которым была пропитана одежда человека, с которым мы столкнулись в ресторане.

Но сейчас этот запах не сбивал — он вел по следу.

Коридор свернул в заднюю часть дома, мимо кухни, комнат прислуги. Запах становился всё сильнее. Наконец я толкнул неприметную дверь и оказался в просторной прачечной.

В дальнем углу, за старыми деревянными ящиками, стоял невысокий шкаф. Дверца была плотно закрыта, и заставлена корзинами с бельем. Я отодвинул всю кучу разом и распахнул дверцу одним движением.

Целый мешок. Большой, холщовый, туго завязанный мешок.

Такого запаса хватило бы столичному храму целый год изгонять злых духов из домов прихожан.

Я тихо свистнул — это был условный знак Вейрану.

Через минуту в прачечную вошёл он сам. Он присел на корточки возле шкафа, потрогал сухие листья пальцами и тихо выругался.

— Даже мне тяжело дышать, как ты это переносишь с твоим-то нюхом?

Затем тяжело вздохнул и произнес:

— Жаль, такую находку к делу не пришьешь. Хранить это закон не запрещает.

— Но мы оба знаем, как он ее использовал, — ответил я, и мой голос прозвучал ниже обычного.

— Знаем. Но для суда это просто вонючий веник.

Мы вернулись в кабинет.

Здесь люди Вейрана выпотрошили каждый ящик, простучали каждую полку. Улов был невелик: пара справочников по подчиняющим рунам со свежими пометками.

Но самого артефакта не было.

Гилмор наблюдал за нами из кресла.

— Господа, — пропел он своим бархатным голосом. — Столько рвения. Надеюсь, вы удовлетворили свое... любопытство?

Мы уже спускались по широкой лестнице в холл, когда парадные двери распахнулись, и на пороге появился высокий, подтянутый, лощёный молодой мужчина с надменной ухмылкой.

— Отец, у нас что, обыск? Мне срочно нужна...

— Дориан, сынок! — голос лорда Гилмора прозвучал громче обычного. — Это просто формальность…

Он спешно подошел к сыну, обнял его за плечи, развернул в обратную сторону и повел прочь из дома.

— Тебе придется переночевать в Академии сегодня. На выходных жду тебя дома, — он буквально вытолкал опешившего Дориана за дверь, которая тут же захлопнулась.

В холле повисла звенящая тишина.

— Мне одному кажется, что артефакт, который мы ищем, только что вынесли из дома? — спросил я у Вейрана.

Всё это время, пока мы искали тайники, простукивали половицы, обыскивали сейфы… старый лис держал артефакт с рубинами в кармане.

— Остынь, Кайр. Ты выдаешь желаемое за действительное. Отец просто обнял сына и отослал из дома, где идет обыск. К тому же у нас нет разрешения на личный досмотр.

Гилмор медленно обернулся к нам. На его губах играла улыбка абсолютного триумфатора.

Я почувствовал, как внутри закипает холодная ярость. Я был прав, артефакт уже у мальчишки.

— Кстати, лорд Вальгард, слышал вас можно поздравить с помолвкой. Девочка, я слышал, талантливая, но все равно не дотягивает до моего Дориана. Полагаю, мой сын скоро сможет занять место ее отца и стать придворным артефактором. Я похлопочу об этом.

Стук в дверь раздался ровно в ту минуту, когда я наконец-то подобрала нужную формулу.

Я сидела над расчётами уже третий час подряд. Вокруг живописным ковром были разложены листы с чертежами, на подоконнике безнадежно остыл чай, но в голове наконец начало что-то складываться в правильную, рабочую конфигурацию.

Мне было до такой степени жалко упускать с трудом найденное удачное решение, что я, не отрываясь от листа, прокричала:

— Арти, я не могу сейчас! Заходи!

Я дала разрешение войти и отключила все магические замки. Дверь распахнулась, и я тут же почти физически, затылком, почувствовала неладное, осознав, что это точно не моя подруга.

— Элдридж, — раздался с порога голос Дориана Гилмора.

Я резко обернулась и встала из-за стола, скрестив руки на груди. Говорил он, как всегда, с интонацией человека, снизошедшего до общения с прислугой.

Светлые волосы были уложены аккуратно, волосок к волоску, а дорогой тонкий свитер и брюки сидели на нем безупречно.

— Гилмор, — ответила я, с удовольствием копируя его тон и глядя на него так, словно прислугой в этой комнате был он. — Что тебе здесь надо?

— Что за вопросы? Я же сказал, что зайду вечером за твоими расчетами, — усмехнулся он.

Я уже открыла рот, чтобы подробно и красочно объяснить, куда именно он прямо сейчас должен пойти вместе со своими запросами, но так и не успела произнести ни звука.

— Империум ментис! — быстро и тихо произнёс он заклинание-ключ.

Это был ключ активации «Абсолютной власти».

А в следующую секунду весь мир внезапно стал словно вата. Меня снова накрыло то жуткое ощущение, когда воздух загустевает до состояния смолы, а из тела разом выкачивают все жизненные силы. Я едва могла дышать.

Я всё видела и слышала, но больше не управляла своим телом. Оно теперь существовало само по себе, не подчиняясь моему разуму, зато с пугающей готовностью слушалось этого самодовольного выродка.

— А ну-ка покружись, Элдридж! — весело скомандовал он.

И я, словно неуклюжая кукла на невидимых ниточках, послушно повернулась вокруг себя.

Значит, вот как ты это проворачиваешь, паршивец! Значит, вот кто украл у короля артефакт, который теперь ищет вся тайная служба!

В этот момент я мысленно вознесла хвалу собственной паранойе и от души похвалила себя за то, что успела сделать новый защитный кристалл вместо того, который отдала Кайру в ресторане.

Только