Андрей Жиров - Отступление

       Постояв так еще пару секунд, Геверциони окончательно успокоился. Да еще этот перерыв нужен был, чтобы у товарищей не создалось ненужного впечатления, будто их подслушивали. В определенном роде, подумав так, офицеры бы ошиблись совсем незначительно.

      Только Георгий в действительности не собирался подслушивать. Застав начало разговора, генерал невольно приостановился. В конце концов, подобной возможности без цензуры услышать искреннюю позицию подчиненных могло больше не представиться. Да и разговор шел не о бирюльках или оловянных солдатиках. Тут как раз опасность реально рисковать жизнями людей гораздо важнее опасности нарушить принятые в обществе правила хорошего тона. Потому Геверциони без малейших колебаний приник к разговору. Благо, задерганные обстоятельствами офицеры забыли выставить при входе караул. Или же попросту не захотели.

      Теперь, осмыслив услышанное и выждав несколько минут, Георгий решительно откинул полог. Не ожидавшие подобной бесцеремонности, офицеры раздраженно сощурились на яркий свет. Лазарев и Чемезов успели даже открыть рты и набрать воздуха в грудь, изготовившись к разносу. Но когда нарушитель спокойствия шагнул внутрь, отпустив полу, весь азарт мгновенно испарился. На несколько секунд наступила немая сцена. Расширившимися глазами офицеры неверяще смотрели на живого и почти здорового генерала.

      - Добрый день, товарищи, - дружелюбно улыбнулся Геверциони, слегка наклонив голову в намеке на аристократическое приветсвие. - Надеюсь, наши дела лучше, чем у приснопамятной маркизы?

      - Георгий Георгиевич, - удивленно пробормотал Лазарев, первым среди остальных обретший голос. - Как вы здесь...? Почему?

      - Ну, Алексей Тихонович, меня еще рано списывать со счетов, - довольно расхохотался генерал. - Жив курилка, так что не надейтесь пока на роль фельдмаршала нашей маленькой победоносной армии. Но, если хотите, могу пожаловать вас графом... Только представьте: 'Граф Лазарев! Соблаговолите-ка своим драгунам изрубить в капусту вон тот отряд инопланетной пехоты! Эти оборванцы безвкусной расцветкой формы распугали всех ворон, канониры не стоят на ногах от смеха и артиллерия не может вести огонь!'

      Нет, положительно, это было бы великолепно.

      - Вам бы только шутки шутить... - обиделся полковник. Впрочем, обида была наигранной. - Мы здесь думаем, как дальше жить, а вы там умирать вздумали! Советские офицеры так не поступают.

      - Виноват, товарищ полковник! - Геверциони вытянулся по стойке смирно, опустив руки по швам. - Больше не повториться!

      - Сумасшедший дом... - покачал головой Ильин. - И как вы с этим клоуном смогли столько лет вместе работать, ума не приложу...

      - А нам нравится, - спокойно ответил Фурманов. Чемезов лишь согласно кивнул, скрестив руки на груди.

      - Очаровательно, товарищи, - Геверциони меж тем прекратил дурачится. - Рад, что даже в мое отсутствие вы не только не потеряли взаимосвязи, но и смогли укрепить боевую дружбу между нашими славными родами войск.

      Какие планы? Ну же смелей. Представьте на секунду, что бравый генерал пал к ногам белоснежного скакуна на поле боя, сраженный пушечным ядром. Ведь что-то делать все-таки пришлось бы. Надеюсь, не сдаваться?

      - Хорошо, кивнул Ильин. - Тогда милости просим окинуть просветленным взором сложившуюся диспозицию...

      Геверциони подошел к столу. Увиденное не то, чтобы радовало, но в любом случае впечатляло. Недавно еще почти не знавшие остроты отточенного карандаша, листы теперь заметно истрепались, запестрели многочисленными пометками.

      - Я так понимаю, за все подробности можно благодарить лейтенанта Куревича?

      - Да, - согласился Фурманов. - Он очень помог. В конце концов, одно дело знать карты сидя в штабе, и совсем другое - обойти на месте каждый овраг, каждую рощу. Так что, если и вправду имеем дело с агрессором, то имеем серьезное преимущество.

      - А привычный враг уж и вовсе завязнет на подступах, - грустно усмехнувшись, добавил Чемезов.

      - Не верите до сих пор? - поинтересовался Геверциони. Правая бровь иронично изогнулась, приподнялась, а левая наоборот - низко опустилась. - Что ж, в определенном смысле правильно делаете - фактов у нас до сих пор нет... Хорошо, так что предлагает генштаб?

      - Предлагаем, раз уж нас все равно засекли, не цепляться за эффект внезапности. Днем можно отдыхать, а двигаться ночью. Проводя марши под покровом темноты или во время плотной облачности, пройти к аэропорту близь Сургута.

      - По-наглому, на самолетах? - восхитился Геверциони - Согласен! Только не получится. Уж если разбомбили какие-то склады, так неужели до ближайшего аэропорта руки не дойдут?

      - Это как сказать... - загадочно ответил Фурманов. В глубине обычно холодных глаз плясали озорные огоньки.

      - Как прикажешь тебя понимать? - уточнил Геверциони. - Починить?... Починить невозможно, спрятать - тем более. Надеюсь, мы не собираемся грабить музей истории авиации? Я как-то с детства к фанере без доверия отношусь... Здесь ведь не Париж, право слово.

      - Ну, починить мы, может быть, и не смогли бы, а вот спрятать...

      - Я еще географию не забыл, товарищ полковник, - усмехнулся Геверциони. - Надеюсь, не станешь меня убеждать, что вы волоком успели перетянуть транспортники? Даже предупредить вы не могли.

      - Да, действительно - никто ничего не таскал и не предупреждал. Тут случай помог.

      - Не томи - все равно ни прибавки, ни награды не получишь.

      - Да собственно, ничего особенного... Георгий Георгиевич, вы помните, что у нас было вчера? - поинтересовался Ильин.

      - Иван Федорович, вы мне здесь праздничную манифестацию не устраивайте! - шуточно пригрозил полковнику Геверциони. - Я вас не про годовщину Октября спрашиваю.

      - А очень даже зря, - с иронией заметил Ильин. - Дело не только в этом. Если вы, товарищ генерал, не забыли, у нас вчера-сегодня были учения в международном масштабе, приуроченный к годовщине победы. И, хотя маневры предполагались только в космосе, каждой части поставили задачу быть в полной боевой готовности. Так что наши местные военачальники принялись активно реставрировать и начищать до блеска матчасть.

      - Неужели...?! Хотите сказать, пострадали только пустые ангары? - все еще не веря собственному счастью, спросил Геверциони.

      - Да, - кивнул Ильин. - Часть самолетов перегнали на соседние базы - их судьба неизвестна. Там все проходило по официальным документам. Зато три или даже больше тяжелых транспортника далеко отправлять не стали - благо, они только год как после капремонта. Так что на всякий случай профилактику им устроили, но неподалеку - на территории машиностроительного завода. Горючку, понимаешь, сэкономит решили... Ревнители социалистической собственности. Сам понимаешь, о таком пред вышестоящими не отчитываются. А если и отчитываются - всяко не в рапортах.