Александр Тихонов - Кремль 2222. Легенды выживших (сборник)
Удалившись от моста, битый час петляли по скверам и подворотням, обходили проплешины полей смерти, выныривающие из чернильной тьмы здания. Артём знал окрестности Кремля как свои пять пальцев, и потому ни разу процессия не натолкнулась на посты нео, ни одной крысособаки не шмыгнуло на расстоянии выстрела. Витязь вел воинов Оплота теми тропами, по которым отряд разведчиков пришел на мост. Артём всё пытался разглядеть во тьме чадящий костёр, возле коего несколькими часами ранее они безуспешно пытались спасти пленников, но тщетно. Справа от едва различимой тропы всё тонуло во мраке. Ни огонька…
– Тебе, видно, всё это кажется кошмарным сном, – перехватив взгляд витязя, заговорил полковник. – Чем-то нереальным…
– В Кремле каждый день такой, – буркнул в ответ Артём.
Его мысли были сейчас за зубчатой стеной, где ждут возвращения героев прекрасные невесты, княжеские награды… Артёму вспомнился бой с нео в тумане, и подумалось, что всё происходящее после того, как группа ступила на злосчастный мост, и вправду похоже на сон. На кошмар. Но скоро тропа закончится, а вместе с ней схлынет чувство опасности. Распахнутся ворота, их встретят. Накормят, напоят. А потом будут разукрашенные лентами фенакодусы, брага, песни!.. Будет свадьба, на которой он и друг детства Дмитрий будут восседать во главе большого стола, а рядом с ними – жены… Парень тяжело вздохнул, оглянулся в последний раз на змеящуюся позади тропку. До Кремля всего несколько километров…
Убаюканный обманчивым спокойствием, он обернулся к процессии… и оцепенел от ужаса. Дмитрий, вышагивающий впереди колонны, поник, руки его плетьми свисали вдоль тела. Идущие следом разведчики тоже будто уснули на ходу. Ни полковника, ни носильщиков с раненым видно не было. Только что облачённые в блестящий металл воины шли рядом, а Артём выслушивал едкие замечания Меженцева. Но теперь их нет. Исчезли. Испарились…
«Газ выветрился» – вспомнилось витязю.
Испарились как тот странный газ, вызывающий галлюцинации… И вот его товарищи идут прямо к Полю смерти.
– Стойте! – завопил Артём, увидев, как сползает плоть с обвисших рук идущего первым Дмитрия. – Сто-о-о-о…
Голос его смолк. В глазах потемнело. Страшная боль скрючила, сломала тренированное тело. Артём рухнул на землю, булькая что-то нечленораздельное, а из горла уже вырывались потоки желчи и крови. Секунду спустя на землю рухнул бездыханный Дмитрий.
* * *Седой шаман долго глядел на корчащегося в агонии человека, сидя на границе Поля смерти. В его серых глазах на мгновение вспыхнула радость. Тонкие губы нео разлепились.
– Молокосос… – произнёс он и сплюнул в пыль.
Сзади неслышно подошел второй обезьяноподобный мутант – крепкий, косматый. Сел на траву позади шамана. С минуту оба молчали, после чего здоровяк решился нарушить тишину:
– Полковник, он и вправду мог отвести нас к Кремлю? – спросил косматый, расправляя грязными лапами нечесаные патлы.
– К самым воротам, Док. Эксперимент удался. Газ, растворенный в тумане, блокирует бдительность дружинников Кремля, тормозит реакцию, открывает их мозги для полного контроля. А дальше уже вступаем мы.
Шаман оскалился и совсем по-человечески захихикал.
– Если все получится, то в следующий раз они и ворота нам откроют.
– Да-да, – рассеянно произнес Док. – Если, конечно, в следующий раз все получится…
Давид Алексеев
Настоящая преданность
Наш мир погряз в войне. Не зря кто-то из предков сравнивал войну с неизлечимой болезнью. Сначала она появляется в виде слабых симптомов, но, если вовремя не вылечить её, высока вероятность плачевных последствий. В прошлом все произошло именно так. Люди сделали все, чтобы разрушить свою цивилизацию. В Последней Войне были использованы самые передовые достижения научной мысли, направленные на уничтожение себе подобных.
И люди добились своего. Они стерли свой мир с лица земли…
Кремль стал последним оплотом для выживших, которые до сих пор борются с побочными эффектами Последней Войны. И кто знает, может, эти самые побочные эффекты не что иное, как начало новой болезни, которую Кремль уже не выдержит…
Сергей стоял на краю крыши полуразрушенного здания и смотрел на стены Кремля. На плечи сильно давил мешок, набитый железом. Металлический лом, который еще можно найти в развалинах, был очень важен для людей. Из него ковали кольчуги, панцири, мечи, плуги и тысячи других предметов, необходимых для каждодневного выживания. Пули для фузей и ядра для дульнозарядных пушек тоже делали из металла. Огнестрельное оружие, созданное по древним технологиям и стреляющее при помощи черного пороха, все больше вытесняет автоматическое, патроны к которому достать практически нереально.
Уже сейчас подавляющее большинство жителей Кремля пользовалось луками и мечами. Но Сергей, удачливый добытчик, мог себе позволить ходить с огнестрелом. Ему нравилось гулять по окрестностям умершей Москвы. Это гораздо интереснее, чем сидеть в подземном городе и выращивать картошку. Таких как он – единицы. Вышедших из простого люда и имеющих право на самостоятельные походы за стены Кремля. Сначала он лишь зарабатывал авторитет среди дружинников своим безбашенным бесстрашием. Убегал, спускаясь со стен по ночам, – и всегда возвращался с добычей. Сперва парня пороли розгами, сажали в холодный подвал, чтобы образумился, – но потом, поняв, что из этого простолюдина Пахаря не получится, махнули рукой. И даже зауважали. Причем не только свои, но и дружинники.
– Странно, – прошептал добытчик. – Весь мир превратился в выжженную пустыню, а я горжусь своим авторитетом среди горстки выживших.
Шелест ветра был ему ответом. Сергей любил иногда поговорить – то ли сам с собой, то ли с мрачной, суровой природой, окружающей его. Может, потому ему и везло. Иной раз скажешь бешеной крысособаке: «Ну ты чего рычишь? Я ж не собираюсь тебя убивать. Вот и ты меня не трогай. Давай разойдемся друзьями». Устыдится зверь, клыки уберет, взгляд отведет – и уйдет себе. Не все умеют говорить с окружающим миром, далеко не все. Серега умел.
Добытчик развел руки в сторону и поднял лицо к небу, наслаждаясь минутами покоя. В Кремле такого счастья никогда не получишь. Постоянно народ в движении, каждый делом занят, никто на месте не сидит. Потому и в рейды Сергей всегда один ходил – общение с миром удел одиночек. Ну конечно, не совсем один, с верным другом-товарищем Зором.
Фенакодус был подарен Сергею дружинником Данилой. Охромевшего в бою зверя хотели пустить под нож, но Данила отстоял Зора, сказав – мол, давайте лучше добытчику Сереге отдадим. Чего парень на своих двоих в руины таскается? Ему возразили – порвет ведь фенакодус пахаря, силы у того не хватит с боевым мутантом совладать. На что Данила коротко ответил: «Посмотрим».