Василий Клюкин - Коллектив Майнд
Благополучно пройдя шлюз, Айзек присоединился к очереди на паспортный контроль. Оставалось еще только получить багаж, взятый скорей для того, чтобы не выглядеть без него подозрительно, чем по реальной необходимости. Стоя в одиночестве, Айзек нервничал только из-за Байки. Воскресение еще не кончилось, в розыск сам он мог попасть теоретически только с понедельника. Паскаль с Линком благополучно прошли границу в VIP-зале частных рейсов в Майями, — всё, как предсказала Мишель, — и ждали вылета в Нью-Йорк.
Фу, наконец-то и его очередь!
— Цель визита в США? — спросил служащий.
— Я еду Нью-Йорк посмотреть. Музеи, сам город. Туризм в общем, — вежливо ответил Айзек.
Офицер покрутил паспорт, почитал заполненную Айзеком анкету. Пограничник никуда не спешил.
«Ну и работенка. Свихнуться можно, — подумалось Айзеку, — От того, с какой скоростью ты ее выполняешь, твои шансы сделать дело побыстрее и уйти пораньше не меняются. Рейсы прилетают каждую минуту, и люди все прибывают и прибывают. Пока смена не закончится, сиди здесь как прикованный. И неважно, сколько ты успел просмотреть паспортов. Тысячу или десять тысяч. У меня в баре хотя бы чаевые были…»
— Положите ладонь на сканер.
Айзек терпеливо положил ладонь на светящееся синим прозрачное окошечко. Его ладонь как будто кто-то легонько ущипнул. Офицер посмотрел на монитор, на лицо Айзека и громко поставил штамп в паспорт.
С Байки было все в порядке. Ему сделали пару тестов и один укол, быстро снявший все симптомы болезни. Он ждал Айзека на выходе, уже со своим чемоданом.
— Ого! Ты даже быстрее меня! Я-то волновался.
— Да, все быстро сделали. Я даже рад, что меня выцепили и так оперативно подлечили.
— Тогда да здравствует Америка?!
— Точно! Будущая колыбель свободы!
США находились на первом месте по количеству сданной ОЭ. Причем, что интересно, они опережали прочие страны и по среднему уровню креатива. Ответ на вопрос, почему американцы были лидерами по количеству ОЭ на человека, был в принципе очевиден.
Начиная со времен Первой мировой войны США экспортировали «мозги». Бежали сюда и во Вторую Мировую, да и после тоже переезжали многие. В Штатах создавались хорошие условия для грамотных специалистов, поэтому талантливые ученые из разных стран стремились туда попасть. Знали, там их ждут лаборатории, гранты, многочисленные возможности и достойные деньги. Именно шанс развиваться подталкивал людей на переезд. Более мягкое налогообложение также было сильным стимулом для предпринимателей-европейцев, сильное правовое поле защищающее частную собственность — для коммерсантов из латинской Америки, Африки и Азии.
Кое-где Агентство перехватило пальму первенства, но еще не так давно было просто: если ты талантливый программист — добро пожаловать в Силиконовую Долину. Художник? Тебе в Майями или Нью-Йорк! Крутой актер, — иди попробуй свои силы в Голливуде, где самые престижные студии в мире и самые большие гонорары.
США помогали сделать способному человеку очевидный выбор из двух вариантов. Вариант первый: оставаться в своей стране, прозябать в полупустых лабораториях, биться в поисках финансирования, иногда бедствовать, а то и умереть во время военного конфликта; или второй — иммигрировать в Америку и снискать новые возможности, почувствовать себя нужным, и получить там гражданство.
Безусловно, США поступали хитро. Лучшие умы порождали лучшие технологии. Лучшие технологии — лучшую экономику. Американский доллар, обеспеченный умами и технологиями — символ стабильности и всеобщая резервная валюта.
Как скупой платит дважды, так щедрые Штаты иной раз вдвойне обогащались, охотно экспортируя вооружение и давая приют лучшим умам воюющих стран. На самой территории Америки или рядом войны, конечно, не допускались.
В итоге до изобретения способа скачать ОЭ весь мир говорил, что, если не знаешь, где найти самые последние разработки в той или иной сфере, — ищи именно в Штатах. Теперь же мозги, стекшиеся в США, приносили выгоду имиджу страны. Агентство становилось все сильнее и сильнее, но пока в Штатах это не особо почувствовали.
— Я думаю, что полюблю эту страну, — произнес Байки, когда они вышли из здания аэропорта. — Сейчас как вдохну воздух свободы и рок-н-рола, и сразу влюблюсь.
Байки картинно набрал полную грудь и задержал дыхание.
— Смотри не лопни от восторга! Мы еще до Амстердама не доехали!
— Какого еще Амстердама?
— До Нового.
— Это еще что?
— Новый Амстердам. Так раньше Манхеттен назывался. Первое европейское поселение на острове основали голландцы. Потом их англичане выперли и переименовали городок в Нью-Йорк.
— Офигенно! Что же ты раньше не сказал, что мы в Амстер летим. Я бы с собой травку не вез…
— Иди ты, шутник! Поехали уже скорей. Не терпится город увидеть. Мы живем всего в трех кварталах от Бродвея, от Таймс-сквер!
Закинув чемоданы в желтенький Форд, ребята уставились в окна. Каждый в свое. Поначалу смотреть было особо некуда, но меньше чем через полчаса впереди показалось зарево мегаполиса. Такси досталось старое, тех времен, когда еще криминальный мир не загнали в самый угол, и пассажиров и водителя разделяла полупрозрачная перегородка. Байки остался недоволен, что некуда вытянуть ноги, с его габаритами места не хватало. Но как только впереди стали узнаваемы очертания высоченного Эмпайр Стейт Билдинг, он сразу забыл про неудобства.
— Можно проехать через Бруклинский мост? — попросил Айзек.
— Это будет намного дольше и дороже, — ответил таксист.
— Ничего. Все равно везите. Мы первый раз в Америке.
— ОК! — ответил таксист с улыбкой.
Все происходило будто в сказке, точно, как на картинках из интернета: красавец-мост невозможно было ни с чем перепутать, справа горела синим верхушка Эмпайр Стейт, еще чуть дальше виднелся Крайслер Билдинг с красивой желтенькой подсвеченной оборкой.
Миновав знаменитый памятник архитектуры, таксист съехал на набережную, показался мост Вильямсбург. Он соединял одноименный округ с Манхеттеном. Тоже красивый мост оказался, чуть длиннее Бруклинского. В этот момент ребята настолько увлеклись видами города, что даже штаб-квартира главного врага, ООН, — одиноко торчащая на набережной высотка, — и та вызывала исключительно положительные эмоции. Машина повернула налево, поперек острова, и они поочередно пересекли Вторую авеню, Парк авеню, Мэдисон и, наконец, самую знаменитую — Пятую Авеню. Народу на улице высыпало столько, как будто начались беспрецедентные распродажи для пешеходов. Дороги забиты множеством желтых такси. Но в целом движение было свободное.