Василий Клюкин - Коллектив Майнд

– Прости, но тымногое пропустил. Все усредняется, продолжается тотальная глобализация. Основноепрепятствие, – языковые барьеры, – практически стерты. Есть современный электронныйпереводчик, который сильно отличался от тех, что были ранее. Вставляешь беспроводнойнаушник в ухо и поехали. Никаких проблем. Хоть в Японию езжай, хоть в Перу.

Множество разных плюсов, но всплыли ипроблемы.

Дети веджи рождаются без ОЭ, например.Самое ужасное – у агентства нет никакой оппозиции. Есть единичные несогласные, нодо вчерашнего вечера ни одного факта ни у кого не было…

Айзек рассказалпро то, как пошел сдавать свою ОЭ, как не сдал, как познакомился с Байки, рассказал,как они разыскали Линка. Паскаль внимательно слушал. Он не помнил ничего и был вужасе. Два года вычеркнуты из жизни. Айзек рассказал, как Паскаль себя вел, покабыл веджи. Спокойный, вежливый, всегда улыбающийся и ничем не интересующийся. Показалвидео снятое веб камерой.

– А где Ева?- осторожно спросил Паскаль. Видно было, что он давно хочет спросить, но не решается.

– Мне жаль, Паскаль.Но Ева от тебя давно ушла.

– Как ушла? Чтозначит ушла? А когда? Она что, меня… бросила?

– Нет. Простоушла. Прости, – Айзек продолжал извиняться, как будто он был в чем-то виноват, -Вы давно не вместе.

– А я? Я что-топытался сделать? Остановить ее?

– Нет. Паскаль,тебя ничего не волновало. Вообще ни-че-го! Моей Викки нужна была операция, я былна нуле. Ты и меня послал.

– Викки нужнабыла операция? А что с ней? – забеспокоился Паскаль.

– Да, Паскаль,нужна была. И сейчас очень нужна. Из-за нее я пошел сдаваться в Агентство. А доэтого я прихожу к тебе, миллионеру, прошу дать взаймы, а ты не даешь. Тебе, видители, по контракту не положено.

Айзек наконецвыплеснул Паскалю всё. Всё, что накипело. Перечислил все свои неудачные попыткиего уговорить. Высказал оторопевшему другу все обиды, всё наболевшее. А эмоций унего накопилось не мало…

– Айзек, – Паскальпотер шею, след от укола снотворного был уже не виден, но еще немного болел, – Простименя, пожалуйста. И спасибо тебе, друг. За спасение. И дай мне номер твоего счетагоспиталя. Я сегодня же все оплачу. Мне еще многое придется исправить. Извини чтоя все о своем, но где сейчас Ева?

– Так и живетв Монако. Только больше не тусуется. Работать устроилась.

В обед этого дняуправляющая все же позвонила в Агентство. Она видела записку от своего подопечного,но решила проконсультироваться. Пожилая женщина сразу поняла, что Паскаль не ночевалдома: кровать заправлена со вчерашнего дня, пульт от телевизора не на том месте,в холодильнике и на полках все те же продукты, что и вчера. Не ложился спать точно.И не позавтракал. Впервые за два года. Другие ее подопечные так никогда не исчезали,и все вещи аккуратно раскладывали по своим местам.

В полицию онане стала обращаться, так как Паскаль все-таки не исчез и на ее звонок ответил. Сказал,что с ним все в порядке, скоро вернется.

Проведя полдняу ребят на вилле Волански, ближе к пяти вечера Паскаль, слегка покачиваясь, вернулсядомой. В свой дом, который он не узнавал. В его желудке колыхалось полбутылки виски,распитого с Айзеком, а в голове созрела ярость на Агентство. От потерянных лет,потерянной Евы, от его чисто случайного пробуждения. Он перевел деньги на счет госпиталя,начав исправлять свои совершенные ошибки. Это самое малое, что он пока мог сделать.Линк провел еще дюжину замеров и исследований, окончательно убеждаясь в своей правоте:Паскаль здоров, и амнезия следствие пребывания в состоянии хэппи.

Подойдя к вилле,через окно увидел в гостиной обеспокоенную управляющую. Он не помнил ее, но узналпо описанию Айзека: вечно красное лицо, полновата, седые волосы в пучке. Паскальоткрыл дверь и зашел внутрь, обвел взглядом свое жилище, свой компьютер, к которомуявно давно никто не прикасался, свою «няньку», хотевшую его о чем-то спросить, имолча пошел в спальню.

Управляющая удивленнаязапахом алкоголя, отзвонилась в агентство, сообщив, что все в порядке, хэппи пришелдомой.

В тот же вечерна вилле ликовала и праздновала свою большую победу команда Айзека. Ему хотелосьпозвать и Питера с Мишель, но он сдержался. Сначала надо было все обсудить с профессороми Байки. С Мишель договорился завтра поужинать.

У Паскаля же навилле был только сам Паскаль наедине со второй бутылкой виски. Он мог присоединитсяк Айзеку позже, когда стемнеет и уйдет управляющая, но ему было не до того. Он пилв одиночестве и никого в эти минуты не хотел видеть рядом. Кроме той, которая такдавно ушла.

Уже некотороевремя он понимал, что все это не сон. Уже некоторое время он осознавал то, что Евы,его любимой Евы, ради которой он решился на сдачу, нет рядом с ним целых два года!Нельзя сказать, что он не помнил свой веджи-период. Правильнее сказать, что этотпериод для него как будто просто не существовал. Память словно замерла в тот момент,когда он сдал ОЭ. Очнулся он таким же, как «вчера» – двадцатишестилетним парнем,по уши влюбленным в свою девушку. «Вчера» он ее обнимал и целовал, они занималисьлюбовью, он шутил – она в ответ звонко смеялась. Осознать, что она вдруг ушла иживет с другим, завтракает с другим, ужинает с другим, спит с другим, трахаетсяс другим, было невозможно! Ужасно больно. Паскаль с размаха швырнул недопитый бокалв зеркало над камином. Стекла и брызги разлетелись по всей гостиной, зеркало перекосилосьи треснуло пополам. В его центре зияла дыра, словно от выстрела.

С незнакомых стенего шикарного дома, на него таращились кубические монстры картин. Несколько старыхфотографий на комоде, только одна фотография Евы. А раньше, в старой маленькой квартире,их было много.

Паскаль взял фотов руки. Ева была такой родной, такой любимой. Такой красивой. Эта ее улыбка… Паскальнаполнил новый бокал.

Айзек рассказал,что она уже год как встречалась с каким-то доктором, переехала к нему жить. Этовызвало у Паскаля странное чувство. Измена? Почти. Наверное, как измена. Разумомон понимал, что прошло уже много времени, что реально это давным-давно в прошлом.Но у него все ныло, как будто она бросила его только вчера. Именно бросила! Длянего все так и было: «вчера» он обнял Еву, весело попрощавшись, пообещал разбогатетьдо вечера. Хотел сделать сюрприз.

Гад он – этотдоктор. В памяти Паскаля всплыли Граф Монте-Кристо и его возлюбленная Мерседес.Ева его тоже не дождалась. Обида, охватившая Паскаля, умножалась поочередно на любовь,ненависть и море других эмоций. Он сравнивал себя с брошенным инвалидом, с пропавшимбез вести, с потерявшимся на необитаемом острове выжившим пассажиром, любимая которогоушла к другому. Сердце отказывалось принимать, что он был живым овощем без надеждына эмоции и взаимные чувства.