Василий Клюкин - Коллектив Майнд

Сколько она егождала, когда перестала, как долго она с этим доктором? Почему? Где познакомились?Эти ненужные и мучительные вопросы буквально изъедали Паскаля. Кончилась бутылка.Организм, отвыкший от спиртного, осилил ее с большим трудом. Паскалю стало плохо,он кинулся искать туалет.

Приняв душ,Паскаль вернулся в гостиную. Голова кружилась, и пить больше не хотелось. Не полезлобы. Во рту было противно и горько. На душе также.

Какое-то времяПаскаль размышлял, хочет ли он ее вернуть, несмотря на то, что она с другим? В отчаяниион считал, что готов и сможет забыть. Но алкоголь озлоблял. Нет, она была его женщина,только его. Теперь он так сказать больше не сможет, постоянно вспоминая проклятогодокторишку. В голове представлялись картинки ее объятий. Ее и этого гада, доктора,объятий. Нет, он не сможет с этим смириться, не сможет с этим жить. Он слишком гордый! Потерял, так потерял. Эгоистичный внутренний голос отчаянно взывал: ты толковыйсимпатичный парень, теперь при деньгах, забудешь, найдешь себе другую, других. Голосразума спорил – прости ее, она здесь ни при чём! Ты сам во всем виноват! Его чувствавсе снова путали, хотели только ее, хотели повернуть время вспять и вычеркнуть изжизни этот период. Калейдоскоп любви, ненависти, тоски и алкоголя…

Паскаль не заметил,как уснул прямо в кресле в гостиной. Снился сон, в котором не было никаких терзанийи любви. Но все равно это был какой-то кошмар. Ему снились самолеты, крушения, пожар.Всё в красках, и всё так натурально. Мозг не смог забыть о тревоге, но убрал первопричинубеды, старательно защищая нервную систему, настолько насколько был способен.

Айзек разбудилПаскаля в полдевятого утра. За полчаса до прихода управляющей. Надо было помочьдругу грамотно изобразить из себя веджи. Что делать дальше, еще не решено, поэтомулучше было всё пока сохранить в тайне. Дверь оказалась не закрыта, Айзек зашел внутрьи увидел в гостиной страшный бардак.

– Паскаль, чтоты натворил? Вставай, скоро придет твоя тетка! Где у тебя здесь пылесос? Господи,от тебя несет перегаром, как от алкаша. Ты спалишься сам и спалишь всех нас. Веджине пьют!

Паскаль вскочили осмотрелся. Абсолютно чужое ему жилье. Он абсолютно не помнил, как жил здесьбольше двух лет. Столько техники кругом! Но, где здесь пылесос или хотя бы швабра,неизвестно.

Через десять минутшвабра была найдена, стекло полностью собрано, бутылка выброшена в контейнер наулице. Айзек влил в Паскаля пол-литровый кофе американо, заставил съесть два бутербродас сыром, и запах перегара частично исчез.

Управляющая опоздалана пять минут. Зайдя в гостиную, она удивленно уставилась на Айзека, перевела взглядна разбитое зеркало и немного опухшего Паскаля.

– Здравствуйте!Это я разбил, извините, – уверенно начал Айзек. – Как ваши дела?

– Здравствуйте,Айзек. Дела мои нормально. А вы с чего вдруг к нам так рано? – голос управляющейбыл пропитан подозрительностью.

– Не к вам, ак Паскалю, – огрызнулся Айзек. – Мы собираемся прогуляться. Вернемся вечером. Илизавтра утром.

Управляющая оторопелопосмотрела на Паскаля, но тот согласно кивнул головой.

– Пошли, Паскаль.Ты кажется хотел навестить Викки?

Не дожидаясь новыхвопросов от управляющей, ребята вышли из дома.

Комиссар Пеллегриничитал отчет о звонке управляющей Паскаля Дина в Агентство по поводу его ночногоисчезновения. Немного странно, что она не позвонила и в полицию. Он уже знал, чтоПаскаль объявился.

Пеллегрини задумался:«Становится интересно. Не ночевал дома. Еще и запах алкоголя. Веджи не пьют. С чегобы это? Надо во всем этом разобраться. Надо вернуться в Монако и потолковать с этимПаскалем. И с управляющей. И, конечно, с совравшим Айзеком. Все это могут быть взаимосвязанныесобытия».

Комиссар порылсяв сводках происшествий за последние сутки. Вроде все чисто. Пара разбитых витрини угнанный скутер. Посмотрел на всякий случай протоколы «Коммуны». Тоже все тихо.В Парижском хранилище был небольшой компьютерный сбой, скачок электричества, наверное,ничего интересного.

Кожаный диван,на котором Паскаль сидел в одиночестве, качался из стороны в сторону. Он снова налилсебе виски. Обивка навязчиво прилипала к рукам, ногам и спине. Все тело, снаружии внутри, становилось вялым и непослушным. Только не мозги, – они продолжали изрыгатьнейрон за нейроном. Алкоголь – токопроводящий, а мысли – это ток. Даже если залитьсяпо уши, некуда деваться, мозг все равно будет работать.

Паскаль обиделЕву. Не удержался и позвонил ей. Не смог, не сдержал в разговоре презрение и злость.Он старался не выдать себя, но его так и тянуло на колкости и язвительность, бросалоиз крайности в крайность. В итоге поссорились. Чувствовалось, что конец разговораЕва восприняла с облегчением. Договорились быть на связи. Ева сказала, что покаим не стоит видеться, слишком свежи нелепые обиды Паскаля и черезчур много эмоций.Она не чувствовала за собой никакой вины и не была готова слышать упреки, которыесчитала, что не заслужила. В конце разговора Паскаль чуть не сказал то, что хотелоего ущемленное эго, что он больше не веджи, с трудом сдержался, обойдясь короткойфразой: "Ладно, пока, до связи!" Ева пожелала всего хорошего и положилатрубку.

Телефон выпализ его рук, звонко стукнувшись об плитку пола.

– Эй, алкаш, тыкому там звонил? – Паскаль услышал грозный голос Байки.

– Никому.

Байки подобралупавший телефон и посмотрел последний набранный номер.

– Бля-яя, ты что,совсем охренел? Идиот! Мы из-за тебя здесь всем рискуем! Обратно в веджи захотел?

– Вы мной тожерисковали, – печально возразил ему быстро опьяневший Паскаль.

– Айзек, присмотриза этим мудаком! – Байки был в бешенстве.

Он быстро сходилза Айзеком, который прибирался в своей комнате, готовясь к скорому переезду сестры.Примчавшийся Айзек, постарался успокоить своего разъяренного друга, сказал, чтосам со всем разберется и подсел к Паскалю.

– Дружище. Потерпинемного. Скоро можно будет пить, сколько хочешь и когда хочешь. Пойдешь к Еве, когдазахочешь. Но только не сейчас. Нам много что надо сделать, и ты в этом можешь помочь. Я быстро съезжу в госпиталь к Викки, поговорю с доктором, вернусь и обещаю, чтомы побухаем. Сегодня. Вдвоем как в старые времена.

Вздохнув, Айзекнабирал Мишель. Пришлось снова отменить их встречу. Она жутко обиделась. ВысказалаАйзеку все, что она думает. Припомнила первое свидание вчетвером, то что Айзек вечноисчезает, не отвечает на звонки и, похоже, вообще не слишком стремиться ее увидеть.Айзек пытался оправдываться, ссылаясь на важные неотложные дела, но объяснить какиетак и не смог. В итоге Мишель бросила: «Забудь меня!» И отключила телефон.