Алексей Волков - Городской охотник

Существо сделало шаг к Алексею, проговорило, шамкая губами, но при этом густым басом:

— Куну и такера? Якуну ниса ки? — И снова собралось толкнуть его в плечо. Алексей повернулся в полоборота, пропуская мимо себя руку страшилы, и снова отступил на два шага. Удаляясь от заветной двери.

— А ки саноро тани ва?! — обрадованно взревело существо и прыжком метнулось к Алексею, занося обе руки для удара.

— Эй, ты чего? — заорал на него Алексей, уходя от удара, грозящего оглушить. — Я же извинился!

— Он сказал вам, уважаемый, что вы ему не нравитесь, и он намерен вас убить, — сообщил вежливый голос из-за спины.

Алексей обернулся, чтобы глянуть на говорящего, и пропустил чувствительный удар по уху. В голове загудело.

«Да, похоже, полиция у них прямо как наша — когда нужна, фиг сыскать», — мелькнуло в сознании, в то время как тело само, на рефлексе, проделало необходимое. Шаг назад.

Урод подался вперёд, явно обрадованный успехом, и снова замахнулся. Захват запястья, неприятно влажного и холодного на ощупь. Вот так. Теперь довернуть кисть по часовой стрелке, разворот на левой пятке… И урод под действием инерции и приема Алексея полетел наземь, подняв облако снега. Троица, стоявшая за спиной своего то ли вожака, то ли родителя, взревела и ринулась на обидчика. Удары посыпались со всех сторон.

Алексей успел заметить, что вокруг собралась толпа. Но разнимать дерущихся никто не думал. На лицах, рожах и харях читался живейший интерес. На подмогу рассчитывать не приходилось.

Конечно, Алексей помнил, что он был неуязвим в Изнанке. Технически. То есть убить его тут не могли. Но, когда тебя избивают, это всё равно очень больно и неприятно, даже если всё заживет, как на собаке, в кратчайшие сроки. А потому он крутился ужом, старательно уходя от ударов, не очень умелых, но от этого не менее болезненных.

Тем временем толпа вокруг росла. Прохожие жаждали насладиться зрелищем.

— Да отцепитесь вы от меня, наконец! — заорал Алексей, предпринимая попытку избежать драки.

И пропустил ещё один удар. Под копчик.

Небо разорвалось от боли, как петарда, из глаз брызнули злые слезы. Алексей взвыл прищемленным котом и ринулся на обидчиков, нанося удары куда и чем попало. Ногами, руками, локтями и коленями.

Мягкая холодная плоть расползалась от ударов, как студень. Из ран брызгала какая-то жижа, заливая лицо и руки. Раздавался хруст и ор на незнакомом ему языке. Впрочем, общий смысл был ясен.

Поймав одного из нападающих за голову, Алексей подпрыгнул и что было силы впечатал колено в мерзкую рожу.

Раздался хруст, гораздо более громкий, чем раньше, и существо кулем рухнуло ему под ноги.

— Ну что, суки, кто следующий?! — прорычал охотник, задыхаясь.

Из-под головы поверженного расползалось по снегу синее пятно.

«Ага, кровушка-то у нас голубая», — съязвил про себя Алексей.

Следующих не нашлось. Только что азартно лупившие Алексея существа отшатнулись.

Толпа зрителей попятилась.

Алексей окинул хмурым взглядом оставшихся в живых уродов и понял, что уложил того, который спровоцировал драку.

— Доно та сареман… — пробормотал один из нападавших униженно, отступая спиной к толпе. — Кии-та рино со вагешан. Дано та сареман де.

— Он говорит, что не будет драться. Вы убили старшего в их прайде. Они уходят, — услужливо перевёл тот же голос из-за спины.

Алексей обернулся на голос, тяжело дыша и пытаясь унять дрожь, всегда появлявшуюся в теле после драки.

Там стоял человек. На вид самый обыкновенный, каких в каждой толпе из ста девяносто. Обычный, ничем не запоминающийся. Высокий, худощавый, со скучающим выражением на лице и лёгкой улыбкой, приклеившейся к губам. Каштановые волосы коротко пострижены и аккуратно уложены. Тонкая шкиперская бородка обрамляла худое лицо. Глаза… неприятно проницательные, смотрящие, кажется, в самую душу, взгляд которых было трудно выдержать.

— Это т'сари. Они глупы, агрессивны и злопамятны. Как ваши шакалы или гиены. В отличие от своих четвероногих собратьев в вашем мире, они не падальщики, но не прочь полакомиться мясом чужака, которое сами добывают. Самая низшая ступень в иерархии касты Охотников. Но на тех, кого они считают добычей, т'сари предпочитают охотиться. Загнать и разорвать для того, чтобы пожрать ещё горячую плоть. Сказать по правде, сейчас они не охотились. Это был ритуальный поединок.

— Понятно. Вчетвером на одного — это у вас значит поединок, — сказал Алексей и наклонился поднять зипун, скинутый в снег, чтоб не мешал. — Тогда мне вовсе неохота участвовать в мордобое.

Отряхнул снег, прилипший на тонкие колечки овчины, и влез в одежду, поёжившись, когда не до конца слетевшие комочки снега коснулись разгоряченного тела.

— Ну, мордобоя у них просто не бывает. По одному они трусливы и нападают только в крайнем случае. Сейчас же вас спровоцировали на нарушение общественного порядка и Уложений о пристойном поведении.

— Нарушение порядка? Кто первый начал, я, что ли? — возмутился Фатеев.

— Безусловно, вы были спровоцированы и вынуждены защищаться. Но поймите меня верно: вы — чужак. Не из нашего мира. Мы у вас, в вашем мире, всего лишь паранормальное явление, аномалия, о реальности которой осведомлены немногие избранные, вроде вас. А в нашем мире к тому, что из вашей, низшей, реальности к нам иногда прорываются ваши сородичи, уже давно привыкли и даже, с учетом прецедентов, создали некий свод неписанных правил поведения при встрече с вам подобными. Но, несмотря на то, что этическая сторона проблемы вашего появления оценена верно, сторона моральная нами не рассматривалась. Ваши сородичи, попав к нам, редко ведут себя адекватно. Самым типичным проявлением эмоций является агрессивность, подобная той, что демонстрируют неразумные животные в незнакомой угрожающей обстановке. Поэтому большинство моих сородичей считает вас существами низшего порядка. Вероятно, они недалеки от истины, но я предпочитаю думать, что вы не менее разумны, нежели мы. Вдалеке раздался шум и гомон, который приближался к месту безобразной драки и гибели одного из аборигенов Изнанки. Толпа зашумела, расступаясь. Незнакомец шагнул к Алексею и потянул его за рукав в сторону.

— Мы заговорились, уважаемый. Однако пора уносить ноги, как говорят в вашем мире. Сейчас тут будут стражи порядка…

— Ну, блин, совсем как у нас, — протянул Алексей, следуя за незнакомцем. — Когда менты нужны — их нету, когда всё кончилось — тут как тут.

— Пойдемте, здесь недалеко, — произнёс незнакомец и шагнул в стену, увлекая за собой Охотника, который только и успел подумать о том, что сейчас расшибёт лоб о камень. Однако они оба без всякого сопротивления провалились в стену, казавшуюся незыблемой, как египетская пирамида, словно в густой туман. На мгновение взгляд заволокло мутью, и они уже оказались в помещении, отделённом от места происшествия не только стеной, но и, как подсказало чутьё, немалым расстоянием. На первый взгляд могло показаться, что они перенеслись в конец девятнадцатого века. В кабинет ученого Викторианской Англии.