Андрей Жиров - Отступление

      - Это серьезно?

      - Серьезней некуда... - ответил полковник, выдерживая взгляд. Черты заострились, лицо помрачнело. - Из старших офицеров в строю только я и полковник Лазарев. Есть еще, конечно, полковник Гольдштейн - военный медик, но он по определению на эту должность не подходит.

      - А что с Кузнецовым? Стоит ли огород городить? - спросил Геверциони, внутренне готовясь к худшему. При этих словах полковники мрачно переглянулись, но не ответили. Воздух разом наполнился тревожным, напряженным молчанием. Уж больно нехорошее молчание. Переводя взгляд от одного к другому, Георгий пытался понять, насколько ситуация паршива.

      - Товарищ Ильин, товарищ Лазарев, - наконец не выдержав, зло прорычал генерал. - К вам обращается старший по званию. Отвечайте на вопрос!

      - Адмирал Кузнецов ранен... - Ильин нашел в себе силы встретить пылающий, разъяренный взгляд Геверциони. - Он в коме

      - Как?! - в одном слове слилась надежда и негодование.

      - При посадке капсула распорола воздушную подушку, задев гребень утеса. Скорость не была погашена. Разворотив днище о камни, бот по инерции совершил кувырок и покатилась под откос. Повезло хотя бы в том, что уцелели остальные амортизаторы, плюс падение оказалось недолгим. Однако, этого хватило, чтобы оторвались временные крепления. Адмирала перевозили на носилках, в санитарном отсеке, вместо того, чтобы просто усадить в кресло. Благие намерения, черт их побери!...

      - Насколько это серьезно?

      - Неизвестно. Пока что плох, но стабилен. Большего врачи сказать не могут. Нужно серьезное оборудование: МРТ, УЗИ или хотя бы рентген. Ничего ведь нет... Может быть, когда доберемся до ближайшего госпиталя...

      'Госпиталь! В этой снежной круговерти до ближайшего километров пятьдесят... И как их пройти?!' - мог сказать Геверциони. Но знал - Ильину без слов понятно. От переливания из пустого в порожнее ситуация не изменится. Да и не стоит зря бросаться в истерику - на людях-то! Потому произнес Георгий совершенно иное. Спокойно и по-деловому:

      - Почему сами не хотите, Иван Федорович? - разговор серьезный и шутливость отброшена. - Звание у вас не меньше моего было, а уж про опыт и говорить не приходится.

      - Нет, Георгий Георгиевич... Лет двадцать назад я бы согласился. Только теперь войны другие, масштабы другие. Не угнаться, какой бы ни был заслуженный. Да и знаешь ты то, чего я не знаю. Не зря с Кузнецовым секретничал. Значит, сможешь что-то толковое предпринять. Да и про свой опыт не забывай - что скромничать? Твоя репутация по флоту каждому известна, - Ильин усмехнулся и приободряющее хлопнул Геверциони по плечу. - Не ищи подвоха: раз уж мне не веришь, так поверь строевому полковнику.

      - Отсутствие опыта командования, значит, не смущает?

      - Нет, не смущает. Все мы понимаем, Георгий... Только нет сейчас ни Рокоссовского, ни Баграмяна, ни Белова - нет и не будет кто знает сколько? Есть Геверциони. Вот и принимай командование. И никаких гвоздей.

      - Значит, из формальной фигуры я становлюсь де-факто номинальным командующим?

      - Да, все верно.

      - Хорошо... Но, если сочтете идею ошибкой, избавьте меня от проявлений запоздалого раскаяния. - резюмировал генерал. На лице Геверциони проявилась небрежная сардоническая улыбка.

      Ильин понимающе усмехнулся, одобрительно кивнув бывшему ученику. Лазарев неопределенно пожал плечами - на непроницаемой маске лица чуть заметно дрогнули черты. Пришедшие в себя пилоты вместе с застывшими у выхода бойцами невольно выступили в роли свидетелей исторического события. К чему отнеслись явно без должной проницательности. Что, конечно, простительно легкомысленной молодости. Спасибо, что ненужными репликами не нарушили патетику момента...

      Впрочем, её не замедлил вполне успешно сломить извечный балагур и смутьян команды.

      - Мы много пропустили шеф? - снаружи о борт ударил голос, который Георгий не спутает ни с чьим. Усмехнувшись иронии, генерал быстрым шагом пересек узкий коридор, заставив потесниться сначала полковников, а после и простых бойцов. Замерев на миг, Геверциони решительно рванул рычаги: створки послушно разбежались в стороны. В лицо тут же щедро бросило целый ворох снега. Мороз жгучей волной прокатился по телу. Но генерал, не обращая внимания на мелкие неудобства, глянул наружу. Жадно выискивая в белесом мареве новых гостей. И невольно смог только улыбнуться, когда среди вынырнувшей из бурана группы офицеров в неверном мерцании факелов оказались и Камерун, Чемезов, Фурманов. 'Живы...' - только и смог порадоваться Геверциони про себя.

      - Немного. Самую малость!

      - Добро пожаловать на Родину нам всем, командор!! - беззаботно помахал рукой Роберт, увидев генерала в дверном проеме. И в этот миг Геверциони действительно поверил, что вернулся домой.

      - Слушайте приказ... Во-первых, полковник Лазарев, полковник Ильин, товарищи офицеры. Ваша цель - подготовить людей к маршу. Необходимо немедленно собрать, предупредить и подготовить к построению. Из наиболее опытных выделить демонстрационную авангардную колонну...

      Стоя у наскоро сооруженного стола в окружении офицеров, Геверциони вел первое совещание в новом качестве. Вел уверенно - многолетняя выучка закалила характер, приучив не показывать слабости. Но от себя не скрыться, нет. Каждую идею, каждый приказ - как твердо они не звучат для других - Георгий продолжал испытывать на прочность. Прав или нет? Но, увы, недостаток опыта оставляет огромное поле для ошибок - чего в конечном итоге генерал и боялся. Не выйдет ли, что, действуя лишь по теории и небогатой игровой практике, с ходу загубишь дело? Нет ответа...

      Потому на протяжении речи пристальней всего следил за реакцией Ильина и Лазарева. Хмурый комполка, впрочем, на эмоции скуп - на положительные уж точно. Зато Иван Фёдорович, разгадав опасения Геверциони, не ленился едва заметными кивками отмечать согласие с позицией командующего. И тот, ободрённый, склоняясь над свежесклеенной картой, продолжал:

      - Зампотех и зампотыл - обеспечить раздачу оружия, зимнего обмундирования, индивидуальных комплектов снаряжения, сухпайков. Во-вторых, медикам проверить имеющиеся запасы оборудования и лекарственных средств - все упаковать, подготовить к транспортировке. О раненных позаботится в первую очередь. Дальше... Техникам - немедленно обследовать инвентарную часть: все, что работает и полезно - берем с собой, вплоть до деталей и узлов. Жалеть технику нечего - вряд ли ещё кому из наших пригодится. Так что режем, пилим, выдираем. Вы лучше знаете, что может пригодится...