Стив Перри - Тени империи

— Учитель…

— Встань, мой мальчик.

Дарт Вейдер поднялся. Что бы ни хотел от него Император, ситх надеялся, что дело окажется быстрым и легким. Повелителю Тьмы было некогда. Мальчишку нашли — и те, кто поймал его, охотники за головами, решили, что им нужно больше денег. Агенты Вейдера знали пиратов, но не знали, где они прячутся. Конечно, можно нанять другого охотника — кандидатура была однозначная, — но даже Фетт будет долго возиться, отыскивая коллег. К тому же Фетт занят. Времени не было. Он уже приказал заплатить, не торгуясь. Раньше он собирался лично вывезти Люка Скайвокера с Коттлиса, но сейчас слишком опасно оставлять без присмотра Империю. Он нужен на Корусканте — присматривать за принцем Ксизором. Фаллиен сплел хитроумную сеть, чтобы поймать Императора, уезжать сейчас — роковая ошибка.

Он привычно размышлял о своем, слушая Императора, но когда старик изъявил свою волю, вновь порадовался, что его лицо скрыто маской.

— Отправляйся на Коттлис, — сказал Император. — Привезешь молодого Скайвокера.

Старик знает. Откуда? Кто из агентов предал его? Император не мог так быстро раздобыть информацию, пока нет. О том, что Люк на Коттлисе, знали немногие. Если только…

Если только второй заказчик — сам Император. Тот, кто заплатил за смерть Люка. Нет. Бессмысленно. Старик поручил ему привезти Скайвокера; он осторожен и подозрителен, он не станет искушать его так.

— Я уже послал за ним людей, — Вейдер сделал ответный ход.

— Агентам нельзя доверять. С каждым днем Скайвокер все увереннее обращается с Силой. Напоминаю тебе, что он может нас уничтожить. Только ты могущественен настолько, чтобы справиться с ним.

Спорить было бессмысленно. Особенно, если Император принял решение.

— Да, учитель.

Незачем было гадать, кто приложил к его отъезду руку. Но не слишком разумно вдаваться в подробности, если старая немочь ясно дал понять, что Темный Принц — его личное дело. Тем более, неразумно будет объяснять Императору, что у него, Дарта Вейдера, есть свои планы относительно Ксизора.

— Есть другая причина, — снизошел Император. — Тебе известно, что была осуществлена одна идея принца Ксизора? Мы позволили данным о станции попасть в руки повстанцев.

— Да, учитель. Несмотря на мои возражения.

— Твои возражения были учтены, Вейдер. Данные были переправлены с Ботавуи на Коттлис. Случайное совпадение, как ты думаешь?

Случайностей не бывает, чуть было не откликнулся Вейдер. Ничто не происходит просто так.

— Мы должны изобразить попытку вернуть эти данные, — продолжал Император, — чтобы убедить повстанцев, что данные подлинные и что нас потрясла их потеря. Следовательно, твоя поездка будет преследовать две цели. Ты сможешь забрать Скайвокера и немного попортить пейзаж планеты, пусть повстанцы поверят, что нас беспокоит пропажа.

Вейдер сделал; еще одну безнадежную попытку отвертеться:

— Любой из наших адмиралов годится для того, чтобы помахать флагом и немного пострелять. У меня есть более неотложные дела. Здесь.

— Более неотложные, чем мое поручение, Дарт Вейдер? — голос Императора заледенел. Не получилось… Смешно было надеяться.

— Нет, учитель.

— Я так и думал. Чем скорее Скайвокер будет с нами — или умрет, — тем лучше. Если ты лично возглавишь рейд, повстанцы убедятся, что похищенные данные имеют для нас огромную ценность.

— Да, учитель.

Он ушел, едва сдерживаясь. Прикосновение Ксизора напоминало густой ночной туман: темный, липкий, холодный, способный проникнуть в малейшую щель, фаллиену опять удалось вывести соперника из игры. Пока он будет на Коттлисе, кто знает, какую еще паутину он сплетет для Императора?

Путешествие будет коротким, решил Повелитель Тьмы.

— Код доступа? — спросил скучающий голос.

Гури поспешно набрала комбинацию цифр.

Пауза.

Все затаили дыхание.

— Доступ разрешен, — диспетчер с трудом подавил зевоту.

Гури управляла кораблем, почти не глядя на панель перед собой. Руки ее танцевали над консолью.

Лея и Чуи переглянулись: манера Гури обоим напомнила Хэна.

— На контрабанду нас проверят на таможне. У «Черного Солнца» там есть свои люди, но все равно не стоит привлекать к себе внимания. Идите переоденьтесь.

Чуи заныл.

— Ты сам напросился, — напомнила Лея.

Гури выдала Лее мешковатый комбинезон и уродливую шлем-маску, полностью закрывающую голову. Комбинезон вонял.

— Надевайте. Это вещи Боушха, охотника за головами с Убезии. Он выполнял кое-какие заказы «Черного Солнца», — пояснила Гури, с интересом наблюдая, как Лея морщит нос. — Но недавно он… удалился на покой. Совсем неожиданно.

— Я говорю немного по-убезийски…

Гури кивнула:

— Мы знаем.

— А что случилось с Боушхом?

— Он пытался взять с «Черного Солнца» больше денег, чем было оговорено в контракте. Это было неразумно с его стороны.

Решив не углубляться в эту тему, Лея натянула на себя комбинезон. Почемуто ей казалось, что бедолаге Боушху больше не понадобятся эти тряпки.

Зато, когда через некоторое время Гури привела из кабинки освежителя Чуи, Лея с трудом удержалась от хохота. Рыжевато-бурая шкура Чубакки была обильно украшена черными пятнами, вокруг глаз наведены темные круги, а космы на голове коротко подстрижены, — чтобы налезал шлемофон.

— Хочу вам представить Снуву, — усмехнулась Гури, — знаменитого охотника — вуки, единственного в своем роде.

Чуи было не по себе, о чем он не замедлил сообщить.

— Перестань жаловаться, — отрезала Лея. — Краска смоется, а мех отрастет. Через пару недель будешь выглядеть, как всегда.

Лея надела шлем и проверила вокодер: электроника до неузнаваемости исказила ее голос. Чтобы поддержать недолгую беседу, запаса известных ей убезийских слов хватит. Лея решила надеяться, что не наткнется на соотечественника Боушха.

Чуи стенал, Гури кивала.

— Мы скоро приземлимся, — наконец сказала она.

Лея кивнула и сняла шлем.

Щуплый человечек приносил Люку еду и воду дважды в день. Распорядок обычно был один и тот же. Охранник отпирал дверь, направлял бластер на Люка и подходил к нему вплотную, заставлял сесть на койку. Тощий человечек ставил поднос с едой на пол возле порога и уходил вместе с охранником.

На этот раз Люк спросил человечка, сколько времени.

— А тебе какое дело? — огрызнулся тот.

— А что, трудно сказать?

Человечек презрительно осклабился, но сказал Люку время и ушел.

Это оказался ужин. Пока Люк не сбился со счета.

Бежать легче под покровом темноты. Как только он выберется из здания, пусть лучше будет темно.