Роберт Шекли - Кровавый Урожай

– Очень рад, сэр. Теперь мы можем улетать отсюда. Вы сможете выйти на орбиту?

– Нет, - ответил Стен. - Мы все еще находимся в челноке, который плохо маневрирует в такую погоду. Попробуем добраться до шлюпки Био-Фарма, но это будет непросто.

– Понятно, сэр, - произнес Хобан.

– Предварительная визуальная проверка показала, что панель управления той шлюпки сильно повреждена. Я сомневаюсь, что она полетит, но на нашей посудине нам точно не подняться. Вам придется спуститься и забрать нас.

– Есть, сэр, - без энтузиазма произнес Хобан. - А что с добровольцами?

– Мы потеряли с ними связь, - ответил Стен. - Как только мы выберемся отсюда, сразу займемся ими.

Хобану это не понравилось, но было неподходящее время для споров.

– Это будет несложно, - продолжал Стен. - Как только погода немного улучшится, вам придется прислать за нами другую шлюпку.

– Но мы не можем послать за вами шлюпку, - возразил капитан. - Ведь я уже докладывал вам, что Барсук и его люди захватили ее. Вы совсем не можете управлять вашим аппаратом, доктор?

– Не знаю, - признался Стен. - Ведь суда этого типа не предназначены для подобных полетов. Да и погода на поверхности очень плохая.

– Да, надвигается шторм, - сообщил капитан Хобан.- И вы находитесь в эпицентре.

– Черт, - выругался профессор. - Значит, и вы не можете прилететь за нами!

– Не в такую погоду. Тогда ни у кого из нас не останется шанса выжить.

– Понятно. - Стен замолчал. - Дайте мне подумать.

Именно в этот момент буря налетела на них. Несмотря на вес, шлюпку отчаянно затрясло. Почва под ним волновалась и раскачивалась. Свет погас, и его сменили тусклые красные огни аварийного освещения. Джулия закричала, когда пол после очередного толчка ушел у нее из-под ног. Гилл успел подхватить девушку.

– Быстро в грузовой отделяемый отсек! - закричал Стен, направляясь к маленькому люку. - Гилл, пробирайтесь туда и заводите силовые двигатели.

Андроид задумался, глядя на пятиконечную стальную дверь, ведущую в дальний отсек корабля:

– Может, мне остаться и попытаться помочь экипажу?

– У них нет шансов, а нам очень нужна ваша помощь! Пошли!

И они втроем - Гилл, Джулия и Стен - направились в отсек во время короткого затишья. Синтетический человек подождал, пока его товарищи пристегнулись, потом с шумом захлопнул дверь шлюпки. Шторм бушевал.

Гилл поднял отсек с максимальным ускорением. Когда он отделился от корабля, наступил момент пьянящей свободы, а потом ревущая буря набросилась на маленькое суденышко.

Стен успел обезопасить себя, используя магнитные зажимы, потом аппарат рванул в воздух, как выпущенное из пушки ядро. Повернувшись, Маковский увидел приближающуюся землю: судно попало в воздушную яму. Потом он посмотрел на Джулию, лежащую на закрепляемой койке. А через некоторое время зажегся свет.

Шторм бушевал за окнами грузового отсека. Долгие, сильные порывы ветра хлестали по аппарату вместе с проливным дождем. Они прибивали его к земле, и реактивные двигатели ревели, стараясь удержать судно в воздухе. Они могли работать только в воздушном пространстве, которое в тот момент было окрашено в охру и пурпур. Ситуация была нестабильна, и титанические силы боролись, как в начале мира.

– Вы не можете посадить корабль, Гилл? - спросил Стен, перекрикивая шум двигателей.

– Я пытаюсь, доктор, - ответил андроид, возясь с приборами.

– Ты сможешь, Гилл, - крикнула Джулия.

– Мы очень на вас надеемся, - подтвердил профессор.

Длинные пальцы Гилла прыгали по клавишам. Грузовой отсек, вибрируя, легко и быстро несся, едва не касаясь поверхности, как сумасшедшая летучая мышь, мечущаяся в огненном пространстве между твердой землей и раскатами грома. Маленькое суденышко походило на лист, попавший в объятия ветра. Джулии пришлось крепко закрыть глаза, чтобы удержать подступающую рвоту и головокружение, а грузовой отсек дрожал, трясся и вертелся, как машинка для заклепок в руках злого духа.

Стен с трудом переносил боль, причиняемую сильными толчками. Ему еще никогда не было так больно.

Но странно, в то же время он испытывал невероятное блаженство, ощущая себя конкистадором новых времен, преодолевшим боль и трудности и открывшим новые миры и новые возможности.

«Да, - думал он, - все могло быть и хуже, ведь боль напоминает мне о том, что я еще жив. И это открывает для меня дорогу вперед. А я так хотел остановиться».

Вдруг они попали в полосу безветрия, и Гилл смог маневрировать судном. Неожиданно грузовой отсек опустился на тридцать футов и на мгновение завертелся в нескольких дюймах от земли. Потом, издав недовольный вздох (будто машине нравилось летать по воздуху в потоках страшного ветра), он сел на землю.

Гилл включил систему крепления, чтобы корабль не отнесло в сторону. Потом объявил:

– Последняя остановка - Большая Центральная станция. Всем пассажирам приготовиться к выходу.

Стен отстегнулся:

– Ну вы даете, Гилл, а я и не знал, что у вас есть чувство юмора.

– И я не знал, - сообщил андроид. - Я выразился так лишь для того, чтобы поддержать ваш боевой дух.

– Похвально, - заявил профессор. Он на мгновение закрыл глаза, радуясь тишине и неподвижности. Потом поинтересовался: - Все в порядке? Тогда приготовиться к выходу.

Рыжий Барсук и его люди сидели на полукруглой койке. Рыжик вспомнил, что они запаслись провизией, упакованной в саморазогревающихся пластиково-алюминиевых контейнерах. У Вальтера Глинта нашлось в запасе полфляги изюмового вина, которое он сварил в гостиной корабля (до того, как погрузиться в сон) с помощью медной трубки, вынутой из нагревательной системы. Глинт приготовил пунш, а Мин Двин достала сигареты с наркотиками. Через некоторое время веселье было в самом разгаре. Если бы они могли включить музыку и немного потанцевать, тогда бы получилась совсем отличная вечеринка.

Барсук, как и все остальные, любил повеселиться. Но незнакомые обязанности командира мешали ему расслабиться. Он повернулся к портативному радиоприемнику, который нашел на складе. Ему было необходимо, чтобы его люди находились в хорошем настроении. Тогда ему проще будет рассчитывать на них.

Хотя Барсук притворялся и старался скрыть правду, он очень волновался из-за того, что им пришлось зайти так далеко на «Доломите». Он рассчитывал на захват корабля с первой попытки, используя фактор неожиданности. Думая о тех событиях, он жалел, что упустил инициативу. И вот они одни на дикой планете, приспособленной только для жизни чужих. Барсуку немедленно надо было придумать, как вырвать победу из челюстей поражения.

И он придумал.