Александр Тихонов - Кремль 2222. Легенды выживших (сборник)

Ближнего ударом ноги в пах отправить на пулеметчика, сопроводив броском ножа тому под челюсть. Когтями правой руки (я же не говорил о том, что мой паскуда-родитель оставил мне в наследство нехилые когти) по горлу второму. И пока тот будет фонтанировать кровью – пальцами левой руки проткнуть Рвачу глаза. Первого же караульного, что явно успеет вскочить, ухайдакать топором. Он же у меня двулезвийный, коротким ударом снизу аккуратно рассекаем ему гортань, кадык, нижнюю и верхнюю челюсти с носогубным треугольником и – вуаля, вгоняем металл в мозг. Дас ист фантастиш и вундербар шёйн просто какие-то, а не план.

Парни в черных комбинезонах, скорее всего, что-то поняли. Старший весь аж напрягся, вплоть до капель пота на лбу и вцепившейся в рукоять тэтэшника ладони. Я хмыкнул и пошел к начавшему закипать Рвачу. Похлопал его по плечу и двинул в сторону двери, что предварительно открыл еще один незнакомый маркитант, возникший из-за второго мешочного бруствера в коридоре.

Сам Рвач зашел следом за мной, почему-то сняв свой неразлучный шлем.

– Вот он… – Ба-а-а, что это старшина такой весь тихий? Кого тут принесло в Хитровку такого важного? – Герр Хаунд, гос…

– Свободен, – один из двух сидящих за столом мужиков прервал его не церемонясь. – Распорядись, чтобы нашему гостю принесли пожрать.

Ишь, какой партайгеноссе-то, а? Лампы на столе у этих двоих стояли так, что не присмотришься, кто да что. Но мне и так было видно, если уж честно.

Первый, что говорил со старшиной, – высокий, худющий. Кости да кожа и сивый ежик волос, торчащий вверх. Второй – полная противоположность. Невысокий и широкий, совершенно лысый боевой колобок. Весь такой из себя хмурый и подозрительный. Надо же, никак и верно я угадал. Пожаловали в Хитровку важные маркитантские чины. Дас ист интерессире, слово чести. Но есть момент еще интереснее. И момент этот сидит в самом углу, за ширмой, делая вид, что его нет. Хотя я и так могу сказать, что мылся дядя с неделю назад, ел на обед мясо и пил непонятного происхождения самогон.

– Не пожрать… – Я плюхнулся на готовый для меня стул. – Ессен – едят люди, фрессен – жрут свиньи. Понимаешь?

– Чо? – Худой недоуменно вытаращил глаза.

– Ай, ладно. Скажи своему третьему камраду, чтобы выходил уже. И посоветуй не пить спиртное сомнительного способа изготовления. А то такое ощущение, что настаивали его на кишках осмов.

– Хорош… – протянул боевой колобок. – Не врали.

– Смотря что не врали, йа? – Ага, вот третий и вышел. А чего это у меня так странно засвербило в висках, майне херрен? – Так кто вы такие?

– Мы принимаем решения. – Худой задымил. Вот, к слову, интересно, откуда у них табак? Ведь смолит трубку, а не сохранившиеся где-то в захоронках сигареты. – Нам нужна помощь хорошего спеца. Говорят, что ты один из лучших.

– Йа, есть такое дело. Только вопрос в том, надо ли оно мне?

– Начнем с самого дела или с оплаты? – Колобок выключил одну из ламп. Верно-верно, зачем нам эти дурацкие фокусы в стиле гехаймстаатполицай.

– С дела, натюрлих.

Худой переглянулся с товарищами, выбил пепел из трубки в патронный цинк.

– Из Хитровки кто-то выкрал старшину Геда. Убил двоих караульных, а еще раньше – парня из каравана. И ушел, натравив на погоню рукокрылов.

О как, надо же! Такого я еще не слышал, а слышать пришлось многое. Чтобы прямо из крепости умудриться умыкнуть не кого-то там, а одного из старшин… хм. Кое-какие смутные подозрения в голове уже закрутились, но пока им не время. Но работа явно интересная и высокооплачиваемая. Да и кажется мне, тьфу-тьфу, что в довесок к полноценному материальному вознаграждению есть шанс получить бонусом кое-что намного ценнее. Посмотрим, вдруг ошибаюсь?

– Нам нужно найти эту сволочь, а ты можешь это сделать. – Колобок уверенно рубанул воздух ладонью. – Притащить его живым сюда, а дальше дело наше. Оплата на выбор: золото, патроны, бабы, но в пределах разумного. За живого больше, за мертвого – будем торговаться.

О как! Уверены полностью, что я не откажусь. Хорошо. Значит, сейчас самое время поторговаться. Понять этих хмурых дядек вполне себе можно. Авторитет их подорван серьезно, шутка ли, такое провернуть? Значит, что и требовать можно многое.

Оно, рихтих, золото хорошо, конечно. Да и от бабы кто откажется, тем более что у «темных» генофонд сохранился куда лучше, чем у нео или кормовых. Вот только куда мне ее девать – солить, что ли? Схроны мои, они и есть схроны, а домой ее не потащишь. Профессор же, вытеки у него вся тормозуха, наверняка тут же ее на запчасти разберет ради науки. Оружие, патроны? Этого добра у меня хватает, да и не стоит слишком сильно надеяться на огнестрел сейчас, в наше непростое время. Без мышц, реакции, скорости и мозгов любой огнестрел – простая палка, не более.

– Цена у меня есть.

– Говори, – чуть ли не хором выпалили маркитанты. Эвон как их приперло-то, родимых. Не иначе как еще большие шишки среди торгашей дали этим уберменшам весьма куцый отрезок времени на поимку неведомого пока супостата.

– Золото я возьму, договоримся. Но мне куда интереснее ваш молчун и любитель шнапса. Ты, дружище, не нейромант часом?

Кривой на один глаз молчун довольно осклабился. Ухмылка у него вышла поганая, наглая такая, самодовольная. За такую ему можно и по морде лица дать, да не ко времени. Но угадал верно, не зря все мои нанодрузья в организме зашевелились, как только я оказался в комнате, – аж шерсть на затылке торчком встала и мурашки по коже забегали.

– О чем он говорит? – Худой повернулся к нейроманту. – А?

– Ему есть от чего избавиться. И сделать это он сможет только с моей помощью. – Кривой ухмыльнулся еще шире. – А что, я не против.

– Дас гут. – Я усмехнулся в ответ, показав разом все свои зубы. Улыбаться нейромант перестал сразу, а худой еще и побелел. – Вот только не надо думать, что ты тут самый умный, йа? Если ты считаешь, что сможешь меня обмануть, то очень сильно ошибаешься. Потому что голову тебе разнесу сразу же.

– Не сможешь… – хмыкнул нейромант. – К тому же учти, что вывести из тебя наноботов можно только под наркозом. Иначе от болевого шока подохнешь.

– Потерплю. Ты даже не представляешь, какой я терпеливый… – Ага, проняло. Да, нейромант точно сможет выковырять из меня проклятых наноорганизмов, я уверен. Но больно будет, это точно. – А чтобы ты мог их использовать потом, дорогой камрад, коды для перезапуска я дам тебе после завершения всей операции.

Дам-дам. Код у меня есть один, на уничтожение. Душка профессор его мне рассказал на случай моей поимки или фатального ранения. Чтобы не мучился, если что, а сам себя уничтожил. И, соответственно, чтоб его наноподы не попали в чужие руки. Гуманист у меня Головач, ничего не скажешь.