Александр Тихонов - Кремль 2222. Легенды выживших (сборник)
– Посмотри на мою руку. – Вертер растопырил три пальца. – Сколько…
– Три. Дай попить… – прохрипел я ему в ответ ссохшимся горлом. – Все нормально.
– Нормально? – Бездушная машина издала скрип, похожий на смешок. – Я не включал освещение.
А, точно, что-то я вижу как-то странно хорошо… В полнейшей темноте.
Сейчас:
Профессор Головач – громадная металлическая коробка, раскатывающая взад-вперед на колесах с мягкими шинами. В середине этой коробки находится то, что осталось от когда-то целого профессора, – голова, почти полностью защищенная углепластиком, кевларом и сталью с добавлением чего-то там. Наружу торчит только лицо. Все остальное скрыто всякими там трубками, кабелями и прочим оборудованием, поддерживающим ее в живом состоянии. Раз в месяц Вертер запирает хозяина в одном из закрытых помещений, откуда тот выкатывается спустя трое суток, прямо-таки помолодевший и снова строящий злобные планы в огромном количестве. Забыл сказать, что мой шеф – гнида с большой буквы, мерзкая двуличная мразь, жаждущая для чего-то власти и поклонения. От кого только? От нео или шамов? Так это вряд ли.
И подобрал меня его верный киберслуга исключительно как интересный образец. Это мне сказал сам Головач, сразу же, как только моя маленькая тогда головенка начала что-то соображать. Интересный образец…
Матерью у меня была женщина хомо, отцом – нео, если верить словам консервной банки с говорящей головой. Шерсти, как у родителя, у меня нет. Ну не весь покрыт ей, во всяком случае. Сдается мне, что папашка мой был знатным воином. Потому что слишком уж большим я вырос, всего лишь чуть уступаю нео. Если учесть кровь хомо, текущую во мне, так отец был явно не замухрышка.
Мое прекрасное детство прошло здесь. Книги, файлы, обучающие программы с информационных кристаллов. В промежутках между ними, пытками в операционной и наукой выживания я играл. Автоматами, пистолетами, ножами. Вертер гонял меня взад-вперед по огромному пространству подземного гаража, где стояли на полной консервации несколько бронемашин. Стоило мне сильнее увлечься неполной разборкой АК-109, эта механическая тварь подкрадывалась и нежно проводила по худенькой детской спинке концом плазменного резака. Зато теперь вряд ли кто подберется ко мне ближе, чем метров на пятьдесят. Все это пригодилось, когда я вышел в город и начал сталкиваться с населяющими его новыми жителями. И в первую очередь, со своей мохнатой как бы родней.
Нео меня… мягко говоря, не любят. Смотрят как на мерзость и постоянно дают об этом знать. Только вот мне наплевать на их мнение. Я-то знаю, что кроме него есть еще кое-что. Эти волосатые вонючие твари боятся меня, полукровку. Есть за что. О, да, есть за что…
Намного раньше:
– Сдохни, хомо! – рыкнул серый здоровяк с рыжими подпалинами на груди. – Убью!
И ударил толстенной дубиной с торчащими из нее кусками заостренных железных прутьев. В победе своей он не сомневался, будучи одним из первой десятки бойцов племени.
Он ошибся. Странный пришелец, потревоживший покой часовых, сильно смахивал на нео, правда был меньше, щуплее и пах как человек. У него не было таких громадных валунов мышц под толстой шубой, острых клыков и высоченного роста. Но здоровяка с дубиной этот хомо (или кто он там был на самом деле) убил тремя ударами. Пропустил мимо выпад, со свистом разрезавший воздух, сместился вбок и ударил ногой в колено противника. Кости сухо треснули, лопнули и сломались. Нео, припав на колено, взмахнул еще раз оружием, выплюнул тягучую слюну.
Странный хомо увернулся, рубанул широким тесаком, выхваченным из-за спины, закрытой длинным и потертым серым плащом. И пока лапища его противника, еще сжимающая дубину, падала на землю, правой рукой хомо выдрал кусок горла караульного.
Двое часовых, заревевших от вида крови товарища, бросились на пришельца. И зря. Махать сталью человек не стал. Срезал здоровяков двумя короткими очередями АПСа, молниеносно выхватив его из набедренной кобуры.
– Стоять! – Жуткий, с присвистом голос человека заставил вздрогнуть остальных часовых. – К вождю мне надо. Это у него украли меч?
…Непонятный хомо ушел из стойбища не скоро. Племя входило в клан Рренга, где у вождя племени Руррка были свои серьезные привилегии. А кроме привилегий еще был у него красивый и очень острый меч, сделанный из куска откованного рельса. Его вождь взял с тела бродячего маркитанта и очень любил. Меч украли. А неведомый пришелец пообещал найти и вернуть. Плату называть не стал, сказал, что попросит услугу.
Хомо, сам себя называвший Герром Хаундом, вернулся на закате следующего дня. И вернул вождю Руррку его клинок. А услугой пользоваться не захотел, как и тремя предложенными самочками нео. Ушел и пропал. А на следующий день в стойбище нагрянул сам вождь клана Рренг, грозный, плюющийся во все стороны и требующий к себе Руррка. Сердце незадачливых вождей грозный хозяин клана обычно поджаривал и ел.
Но в этот день повезло всему стойбищу. Незнакомец вырезал две семьи из клана Крагга, а его Рренг не любил. Молодой тогда еще вождь оставил жизнь Руррку и его племени, но забрал все ценное. С Краггом ссориться он пока не хотел и подарил тому, на всякий случай, два хороших меча, снятых с кремлевских дружинников, и трех самочек провинившегося племени. Тех самых, от которых отказался Герр Хаунд. Но сначала Рренг вырезал им языки. Чтобы не проболтались о незнакомце. И начал усиленно искать встречи с ним.
Только Герр Хаунд пришел к нему сам, без приглашения.
Сейчас:
Сколько же дней прошло с того времени… Мои услуги стали нужны многим. Я был неуловим, как сумасшедший робот-серв Джо, и неотвратим, как последствия заражения нанобешенством. Будущее, для которого меня готовила живая голова на колесах, быстро превратилось в настоящее.
– Что с тобой? – Вертер продолжал штопать мое плечо. – Семеро гнилых дампов чуть не вывели тебя из строя. Тебе надо пройти полное обследование и курс некоторых препаратов для улучшения реакции.
– Данке. – Тоже мне, эскулап. Каждый раз после его курсов голова раскалывалась несколько дней. – И к тому же чуть не вывел меня из строя один-единственный дамп. Что касается обследования, я уж сам как-нибудь.
– Это решать профессору, а не тебе. – Киборг вкатил мне несколько кубиков противостолбнячной сыворотки. Плечо тут же заныло, налившись тупой болью. Вот это он сделал верно, заразу подцепить в схватке с дампами проще некуда.