Александр Тихонов - Кремль 2222. Легенды выживших (сборник)

А раз так, то придется потратить немного драгоценного времени и вернуться. И поговорить с «темными» по душам куда основательнее, чтобы рассказали все свои страшные и ужасные тайны. Чем я и занялся, немедленно покинув берлогу и стараясь не наследить. Про запах беспокоиться не стоило. Средство, созданное пусть и безумным, но гениальным Головачом, их крысопсу нюх отобьет.

И, кстати, прихватим-ка с собой кусок рубашки, лежащей в металлическом коробе. У меня, натюрлих, достоинств много, но мое обоняние не жесткий диск. А запах этого хитрого подонка, якшающегося с крысопсом, мне постоянно нужен под рукой. Вот рукав-то как раз и сойдет, йа.

– Вас?

– Чего?

– Тьфу… что, говорю?! Вы, натурально, продаете нео и хомо каким-то шайнам? «Худой» утвердительно качнул головой. Ну ни хрена ж себе они тут торговцы «черным деревом», оказывается. Капитаны Себастьяны Перейры, мать их. Хотя про шайнов, если вдуматься, кое-что мне уже довелось слышать. А одного, невысокого и худенького недоросля, покрытого мягкой шерсткой, даже видеть. На Савеловском вокзале, в ихней корчме.

– И как раз перед пропажей Геда вы выкупили у вонючек девку из Кремля и сбагрили ее туда же? Правильно понимаю?

«Худой» и «колобок» переглянулись и кивнули. Дружно так, прямо как сросшиеся вместе нео, какие порой появляются на свет в племенах Новых людей. «Темные» близнецы, ни дать ни взять.

– Не, я понимаю, что вы еще те думкопф, но чтобы так… И не стыдно, да? Доннер веттер, вы даже хуже, чем я. Ладно, ваши дела. Где мне их искать?

Эти двое снова переглянулись. Но все-таки сказали то, что мне от них требовалось узнать. Но один я в ту сторону не пошел, взяв в компаньоны проштрафившегося Рвача. Если уж идти через Садовое кольцо, так лучше с маркитантом. И неизвестно что хуже – этот путь или тот тоннель, воняющий багами – хоть и уродливыми, но не самыми страшными обитателями моего мира.

Совсем давно:

– Ладная бабенка… – «Темный» маркитант осмотрел девку с ног до головы, помял, пощупал, заглянул в зубы. – Не жалко отдавать?

– Берешь – нет? – Савеловский ощутимо нервничал. – Давай уже это, решай, да…

– Ты мне не указывай, да? – Черные капли солнцезащитных очков дрогнули. На «савеловского» уставился ствол АК. – Дома указывать будешь, как и кому первому конину жрать. Торопишься, что ль?

Можно было и не спрашивать – торгаш явно торопился. Интересные дела. Итак, какой у нас расклад по данному конкретному случаю? В наличии имеются: два «темных» маркитанта, охраняющих переход через Садовое кольцо, вертлявый нервничающий уберменш, явно с Савеловского, и с ними три девки. Одну из которых, совершенно безропотную, он отдает в качестве оплаты. Странная и удивительная картина, натюрлих.

Если у торгаша нет с собой червонцев, то о чем оно говорит? Мужичок явно где-то напакостил и теперь жаждет скрыться по ту сторону одного из кругов нашего А-да. Готов поспорить вон на ту чернулю с большой грудью, что за ним по пятам уже летит карательная зондеркомманде его бывших компаньонов и дружков. И чего же, интересно, он такого у них спер, что не побоялся ухода в совершенно незнакомый ему край?

– Берешь? – Савеловский тоскливо посмотрел на маркитанта в очках. – Ну?

– Беру-беру… – тот почесал переносицу. – Всех и оптом. Бесплатно.

А, шайссе, следовало ожидать. Вот тебе и неписаные законы, и все прочее. Деревянный приклад напарника «темного» быстро поздоровался с головой незадачливого беглеца. Та черноволосая, одетая в пончо, среагировала сразу. Всадила напавшему нож, выхватив его из широкого рукава. Второй «темный» отпрыгнул назад, поднимая автомат и нажимая на спуск. Простучала короткая очередь. Ох, хомо – хомо, как же вы друг друга любите-то.

Маркитанта я убил выстрелом из АПСа, попав тому прямо в голову. А вот из женщин удалось спасти только чернавку. Ей пуля попала в плечо, выдрав знатный кусок мяса, но оставив в живых. Во всяком случае, до того как я притащил ее в бункер.

Сейчас:

Рвача бросило на ребро развалившейся кирпичной кладки. Внутри опального старшины что-то хрустнуло и, чавкнув, захлюпало. Хотя почему что-то? До хирургических познаний Вертера мне, несомненно, далеко, яволь. Но и того, что есть в голове, вполне хватило понять: ребра у Рвача сломались к такой-то матери. И не просто сломались, а пробили острыми краями обломков левое легкое. То-то он и хрюкнул, выдавив из себя хрип. А чавкнула, разорвавшись на несколько кусков, селезенка. Странновато услышать ее на таком расстоянии, рихтих, но уж как вышло.

Ничего удивительного в таких травмах не было. Как еще может сложиться, если тебя ударил конечностью «Раптор», пусть даже и слегка? Что силы не занимать плотоядной механизированной скотине, что твердости старым кирпичам. Молодцы были старые мастера. Крошка, конечно, полетела во все стороны, смешавшись с кровью Рвача, но стена устояла, не развалилась.

Откуда на нас свалилась эта дрянь? Ответа у меня нет. Запах ее я не почувствовал, как ни странно. То ли из-за изменившегося ветра, то ли шибко я занят был. Ну, что поделать, брезгую отливать на виду у кого-либо. Пришлось отойти в небольшой закуток между тесно стоящими домами. А там, как на грех, оказался труп какого-то бедолаги. Уже совершенно несвежий. Вот тухлятинка и перебила аромат остатков давно гниющего мяса в стальной пасти и ржавого запаха свернувшейся крови недельной давности, оставшейся на биороботе.

«Раптор» не удостоил сломанного, словно кукла, Рвача своим вниманием, полностью сосредоточившись на мне. А то, как же я понимаю сейчас металлическую разумную дрянь! У самого с утра практически ничего в желудке не было, живот подвело так, что готов не просто ессен, нет. Как уже и говорил, это люди ессен, а вот свиньи – фрессен. Вас ист дас свинья я представлял, хотя ни разу до сих пор ни одну не встречал. Да и странновато найти свиней, посреди остатков бывшей столицы, йа-йа. Откуда им тут взяться? Хотя речь не о том, совершенно. Так вот, я сейчас готов даже не ессен. До самой минуты появления «Раптора» мне жуть как хотелось совершенно по-скотски фрессен, да-да, именно фрессен.

Полагаю, что био сейчас испытывает то же самое. Не зря же все они то и дело рыщут по округе, отыскивая живую белковую пищу, хотя не брезгуют и мертвечиной. А тут такая пруха, ой-вэй, сразу два огромных бифштекса притащились на своих двоих. Да еще чуть ли не точнехонько в титаново-стальную клыкастую пасть! Просто праздник какой-то… натюрлих.

«Раптор» развернулся ко мне, всем своим видом показывая: жить тебе, Герр Хаунд, осталось немного. Ну-ну, пугали ежа голым задом, как говорит… говорил порой Рвач.