Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП)

Взгляд Гидеона стал таким же острым, как и висящий на его бедре Врановый меч.

— Откуда ты узнал это имя?

— Из болтовни заключенных. Один из них думал, что их спасет «лорд Сайфер». — Саммаил прочел ужас на лице своего настоятеля. — Я ещё не успел исследовать планетарные записи, но я уверен, что мы достаточно скоро выгоним из норы этого вероломного дворянина.

— Ты ведь не говорил об этом кому-нибудь ещё? — В ответ на вопрос Гидеона Саммаил покачал головой. — Хорошо, пусть так и останется.

Саммаил чувствовал себя так, словно сделал что-то не так, но понятия не имел, в чем состояла его провинность. Он искал убежища в формальности, дабы скрыть свое смущение:

— Если таков ваш приказ, великий магистр.

По-видимому, попытка оказалась неудачной.

— Это дело куда более серьёзное, чем ты думаешь, Саммаил, — сказал ему Гидеон. По началу казалось, что это всё, что он хотел сказать по этому вопросу, но после некоторой паузы Гидеон продолжил, его голос был немногим громче шепота, а глаза шныряли по двору, пока не остановились на Саммаиле. — Этот титул берет начало не на Кафоне Бетис, а на Калибане.

— Калибане? Нашем уничтоженном родном мире? Как это возможно?

— Сайфер — один из Падших, Саммаил. И даже больше. Худший из них, полный решимости уничтожить всё, что осталось от Легиона, которому он когда-то служил. Раз он был на Кафоне, то здесь замешано нечто гораздо большее, чем эльдарские набеги и сторонники еретиков.

Скрип шагов за дверью выдернул Саммаила из его воспоминания о том, когда он впервые услышал имя Сайфера. Дверь камеры открылась, и в коридоре за ней замаячили две знакомые фигуры: верховный великий магистр Азраил и старший библиарий Иезекииль. Два самых старших Темных Ангела молча вошли, и дверь за ними закрылась.

Азраил жестом приказал Саммаилу сидеть и встал в стороне, в то время как Иезекииль уселся на стул напротив. Бионический глаз библиария сверкнул алым, подстраиваясь под красное свечение лампы. Другой его глаз казался провалом черноты, поглощавшим свет. Саммаил чувствовал, как его затягивает в эти глубины, и, несмотря на все усилия, вздрогнул, когда увидел золотые пятнышки энергии во взгляде псайкера.

— Ты расскажешь мне о Капуе. — Азраил произносил слова без эмоций, ровно, как констатацию факта. Саммаил ответил, но его взор неотрывно следил за взглядом Иезекииля, не в состоянии выйти из транса, наложенного на него библиарием.

— Поначалу это казалось не столь опасным. Мы засекли астропатический зов о помощи в подавлении небольшого восстания на мире Капуя. Вошли в систему примерно через семнадцать дней и вышли на орбиту над главным миром, Капуя-семь. После короткого совещания с адъютантами имперского командора, который, как нам сказали, лично наблюдал за сражением, великий магистр Гидеон организовал и начал стандартное десантирование на повстанческие позиции менее чем в пятидесяти километрах от города Веспенгард.

Иезекииль не моргнул, но как будто позволил Саммаилу миг облегчения, и Чёрный Рыцарь воспользовался им, переключив внимание на верховного великого магистра. Холодный взгляд Азраила был лишь чуть менее устрашающим.

— Охарактеризуй повстанцев, — сказал он.

— Ничего неожиданного, магистр. Диссиденты с похищенным со складов местных вооруженных сил оружием, возглавляемые политическими оппонентами имперского командора. Ничего такого, что могло бы оказать существенное сопротивление воинам Адептус Астартес. — Саммаил пожал плечами. — Мы понесли незначительные потери, но за несколько дней силы восстания были сломлены, их командование разбито, а пристанища уничтожены.

— Гидеон стал слишком самонадеянным. — И снова это было утверждение, а не вопрос. — Столкнувшись со слабым сопротивлением, он недооценил потенциальных угроз.

— Я не согласен, магистр. — Саммаил выдержал уровень своего тона, стараясь быть критичным в отношении суждения, но не произнесшего его человека. — В то время не было никаких оснований предполагать наличие любого более существенного врага, чем повстанцы, с которыми мы столкнулись.

— Быть может, ты не сомневался в решении Гидеона потому, что это плохо бы отразилось на его последнем заявлении. В поддержку твоего повышения на должность великого магистра. Если мы сомневаемся в первом решении, мы также должны усомниться и во втором.

Намек немного рассердил Саммаила, но тот не поддался на провокацию.

— Окончательное решение за вами, магистр. Я лишь рассказал о событиях так, как пережил их сам. Вы хотели, чтобы я выразил свое мнение, и я так и сделал.

Азраил кивнул, признавая это оправдание. После чего жестом велел Саммаилу продолжать.

— То, что произошло потом, не смог бы предсказать ни один из командиров, с которыми я служил, — сказал Саммаил.

Поток отчетов по вокс-сети был самым близким к панике, за всё время Саммаила в ордене. Каждое сдержанное, краткое сообщение изобличало анархию, внезапно охватившую Крыло Ворона, и от её размаха, а не от отдельных частей, можно было почувствовать стоящий за всем этим ужас.

Саммаил слишком хорошо понимал потрясение в этих голосах. То же чувство дезориентации и нереальности бушевало и в его мыслях, когда болтерный огонь и ракеты с пронзительным свистом обрушились на Чёрных Рыцарей из замаскированных блиндажей впереди.

— Противник в силовой броне, движется через лес на запад.

— Высокоточный огонь тяжелых орудий, мы отступаем.

— Сходящийся огонь с земли и сверху. Откуда они взялись? Сержант! Сержант?

— Брат, это что — дредноут? Сектор пять. Клянусь, я видел…

Взрыв пронзил мотоцикл Теранто всего в нескольких метрах от Саммаила, превратив коня и всадника в мутный шар перегретого пара и расплавленного керамита. Саммаил, узнав попадание мультимелты, бросился в сторону, избегая расширяющегося облака газа и распыленной материи. Выкрикнутое им предупреждение затерялось в шуме, наполнявшем вокс.

— Бронетранспортеры, старые модели Легиона, пробиваются через здания нам во фланг.

— О Император, предатели повсюду! Повстанцы начали массированную контратаку через сортировочные станции!

— Расчет автопушки, в конце террасы. Огонь на подавление из гранатометов.